Финансовые проблемы. Книга 2 - Павел Вербицкий

- Нееет! - бил кулаком землю Марат. – Ты не можешь этого сделать! Ты сам станешь преступником. Тебя поймают!

- Не думаю! Я ведь теперь полицейский! – глаза Марата округлились. – Как и мой отец, я работал под прикрытием. И самое забавное… - Алекс указал на пистолет, которым Франсин истребила остальных в ангаре. – Это ведь ты убил их всех! – Только сейчас Марат заметил, что и Франсин, и Алексей были в перчатках. А пистолет, который держал Алекс, был одним из тех, которые сегодня утром он предлагал ему «на выбор». – На нем твои отпечатки и этого достаточно. Кроме того, я свидетель, и этого тоже достаточно!

- Нет, нет, нет! – бормотал Марат. – Как же так?! Почему?!

- А теперь последний штрих!

Видение начало расплываться. Я все еще видел отдельные детали. Алекс посмотрел на Магнолию. Она умоляюще смотрела на него в ответ, продолжая плакать. В ее глазах ощущалась волна тепла, грусти и тоски. Смесь воспоминаний, желаний – всего, за что не хотела умирать эта женщина. Она часто переглядывалась с сыном, и, казалось, прошла вечность, пока Алекс хладнокровно направлял на нее пистолет. Рука его тряслась. Он понимал, осознавал, пропускал через себя, через сердце, ту боль, что хотел причинить. Сам не замечая, он покрылся испариной, лицо покраснело, скулы свело от страха. Господи! Как же это на самом деле тяжело было сделать! Чтобы сказал его отец? Но как можно оставить вот так это преступление? Душа Алекса металась. Нужно было что-то придумать! Ведь если он это сделает, то может еще спасет не одну жизнь. Вот что было важно! Но как же все равно тяжело!

Алекс закрыл глаза. Он подумал, что сейчас он был не здесь. В другом месте, в другой вселенной. Где всегда спокойно, где теплый ветер несет тебе только радость, где нет боли и страданий, где все счастливы. Палец на спусковом крючке дернулся сам. Вспышка озарила финал рассыпающегося видения, поджигая его кусочки и развеивая пепел в сознании. Крик Марата оглушил. Алекс стоял, как вкопанный. Казалось, что им в момент выстрела овладел кто-то другой. Он не верил, что все-таки сделал это.

Последние слова, которые он проговорил уже под звуки приближающихся полицейских сирен:

- Беги, или тебя арестуют! Сделаем вид, что ты ушел!.. - Алексу пришлось прикрикнуть на бывшего друга, толкнуть его. Марат просто был в шоке. Наконец, совладав с собой, он побежал прочь от ангара, но почти не осознавал, что делал. Франсин тоже исчезла. Скрылась, как всегда, бесшумно и без следа.

Алекс часто задышал, чтобы предстать перед полицейскими в нужном виде. А дальше видение окончательно рассыпалось на части, только еще слышались едва отчетливые голоса. Марат составлял рапорт высшему начальству. Рассказывал, что все случилось, как он и задумывал. Полиция поверила ему, что Магнолия и Фрэд Кукас были убиты Маратом, как конкуренты, чтобы получить контроль над всей преступной сетью. Но Марат понимал, что многим было все равно. Главное - преступная империя Крузонов оказалась полностью уничтожена. Детали мало кого интересовали. И Алексей просто был еще нужен им в конце концов.

Вскоре Алексу дали престижную должность в отделе полиции. И с того времени он окончательно проникся вкусом власти, которая давала ему возможность осуществить задуманное и, возможно в корне изменить Эдембург, а может, и целый мир.

Когда я пришел в себя, тьма по-прежнему окружала нас. Казалось, мы слились с ней. По крайней мере, я точно. Сколько же я вот так пролежал без сознания?

- Гриша? Ты тут? – позвал я осторожно, вслушиваясь в пространство перед собой.

- Ну наконец-то ответил! – выдохнул друг. – Я уже думал, ты ушел!

- Я тоже тут… - отозвался японец.

- Да где тут долбанный свет включается? – злился Грибоед. - Есть чем подсветить?

- У меня нет, - ответил ему в темноте Сега.

- А, вот… Кажется что-то нащупал…

Зажегся свет - Гриша нашел сбоку на стене панель и дернул рубильник. Мы оказались в простом тоннеле с гладкими стенами. Провода с лампочками тянулись по стенам куда-то вперед.

- Да будет свет… - хлопнул в ладоши Гриб и посмотрел на меня.

Я в этот момент встал, но в руках у меня все еще был пистолет. Мгновенно я вспомнил, что сделал. Пристрелил того толстяка. Пускай и бандита, но я чувствовал себя настоящим злодеем. Я будто постиг все истины на свете, но внутри ощущал пустоту.

- Ты сделал это?! – спросил Гриша, глядя мне прямо в глаза и похлопав по щеке. Я медленно кивнул и улыбнулся. - И каково?

- Да почти ничего… - ответил я, хотя в душе чувствовал немного иначе. Я знал, что это рано или поздно это случится. Но теперь, когда я фактически был готов к этому, все внутри горело огнем, но я чувствовал себя, как бы это выразиться - возвышено. Да! Но в тот момент, когда я выстелил в него, видел его падающее тело, кровь из его раны, его душа будто прошла через меня. И она забрала что-то во мне, прежде чем исчезнуть. Раствориться в пороховой дымке, тянущейся из дула пистолета. Физически это было просто, но морально… Естественно, в этом нет ничего хорошего! Я чувствовал, что теперь просто смирюсь с этим, как смирялся со всем остальным. И не только приму, но и придумаю себе оправдание, насколько бы оно ни было лживым или правдивым. «Либо ты – либо они!» - больше нечего сказать. Я ответил на выжидающий взгляд лучшего друга: - Что еще я мог сделать?! То, что смог!

Он коротко кивнул и обнял меня. Я чувствовал, что это мне действительно было нужно.

- Мы всего одну жизнь живем, - шепнул он мне на ухо. – Не мы создали эти правила, а значит, остается как-то жить в них. Но мы сделаем все, что в наших силах, чтобы наши поступки - не по мнению окружающих, а по истине - были справедливыми и честными. - Тяжесть на сердце немного спала. Боже, как же я любил его, моего друга. Самого настоящего, самого дорогого. Даже не знаю, какое слово еще придумать, да и стоит ли? Хватит и этого!

- Парни,