Хозяин рубежа. Книга ll - Михаил Ежов

Разумеется, мне не хотелось тратить такие бабки на псину, но бизнес есть бизнес. Гончие на охоте мрут часто, так что отбить четыре ляма можно будет относительно быстро. Если я собираюсь открыть этот бизнес, то вложиться можно.

Так что первым делом я позвонил Лопарёву. Трубку взял дворецкий, который заверил, что буквально за пару минут отыщет того, кто сможет меня проконсультировать. Ждать пришлось дольше, но, в конце концов, какой-то хлыщ подошёл к аппарату. Увы, лишь для того, чтобы очень вежливо сообщить, что сука на заводе всего одна, других не предвидится, а если даже какая и родится, то её оставят в бизнесе.

Тогда я позвонил графу. Ситуация примерно повторилась. Не менее вежливый управляющий уведомил, что пара сук имеется, но ни одна из них не подлежит продаже. Называл он их при этом почему-то «самочками», от чего меня прямо-таки коробило.

Скрепив сердце, я предложил четыре с половиной миллиона. Затем повысил до пяти.

— Мне жаль, ваше благородие, но это политика завода, — самым что ни на есть елейным голосом ответил мне менеджер. — Самочки не продаются. Это принципиальная позиция, и дело вовсе не в цене. Надеюсь на ваше понимание.

О, я отлично всё понимал. Но легче от этого не становилось.

Звонить Молчанову не хотелось. На данный момент он мне ничего не должен. И едва ли согласится расстаться с псиной, которая рожает, в среднем, по четыре-шесть золотоносных гончих за раз. Но иного выхода не оставалось.

— Алло, — проговорил мой сосед спустя минут пять после того, как слуга пообещал его найти.

— Ярослав Карлович, добрый день. Это Родион Львов.

— О! Мой дорогой сосед, — ни капли приязни в голосе. — Чему обязан?

— Слышал, у вас имеется завод гармов.

— Есть такое.

— Всего один вопрос: сколько у вас сук?

— Две. А что?

— Не согласитесь ли продать одну? По хорошей, честной цене.

Повисла пауза. Затем Молчанов сказал:

— Прошу прощения, мой друг, но бизнес есть бизнес. Плодить конкурентов невыгодно. Надеюсь, вы понимаете.

— Конечно. Без обид.

— Рад слышать. Ещё чем-нибудь могу помочь?

Как будто он сейчас мне помог!

— Впрочем, есть один вариант, — вдруг заявил после паузы Молчанов. — Думаю, вас устроит. Вы ведь будете на Дворянском собрании?

— Планирую.

— Тогда там и обсудим. Лично. Не возражаете?

— Нет.

— Значит, до встречи.

Повесив трубку, я задумался. Гадёныш что-то задумал. Это очевидно. Вот только что именно?

До собрания местной аристократии оставалось два дня. Я это знал, потому что Сяолун предупредил меня, как я и просил. Являться на мероприятие полагалось в смокинге. В моём гардеробе имелся один, сшитый на заказ. Синтетик настоял, чтобы я обзавёлся таковым прежде, чем отправляться на Фронтир. В дальновидности ему не откажешь.

Двое суток я провёл относительно спокойно. Занимался постройкой жилых комплексов, делал чертежи для новой карты, а ещё — начал возведение фортификаций на границе. Да, вышка достигла-таки периметра, так что пришлось отправиться в военный лагерь гарнизона, чтобы заложить пару карт со схемами укреплений. Ну, и миньонов наделал, чтобы они занялись делом. Теперь роботы сновали туда-сюда вдоль дороги, таская стройматериалы. На это уходило больше времени, чем на само строительство, но с этим я ничего поделать не мог.

Наконец, настал день, когда я должен был познакомиться не только с цветом местного общества, но и с губернатором. Назимов, понятное дело, являлся предводителем здешнего дворянства, так что не прибыть на мероприятие просто не мог.

За день до события я связался с секретарём Собрания и предупредил, что намереваюсь быть.

— Очень рад слышать, — ответил тот. — Будут обсуждаться важные вопросы по самоуправлению. Начало в двенадцать, затем обед, после которого намечены продолжение собрания и ужин. Забронировать для вас комнату в гостинице? Ехать ночью не безопасно.

— Будьте любезны.

— Хорошо. Гостиница называется «Грандиоль». Вы там будете не единственным членом собрания. Мало, кто решает возвращаться в темноте. Ещё один момент, господин Львов. У Собрания своя казна, и существует она за счёт взносов. Тратятся деньги, в основном, на организационные моменты и для создания кассы взаимопомощи.

— Понимаю. И сколько с меня?

— Полмиллиона разовый взнос и затем по двадцать тысяч ежемесячно. Вероятно, вам будет удобно подключить автоматический платёж.

— Пришлите реквизиты, я всё оплачу.

Таковой ответ сразу сделал моего собеседника раза в два любезней. Особенно когда я сказал, что внесу полмиллиона одним трансфером.

— Отчёты по расходу средств предоставляются на каждом собрании, — добавил он, продиктовав реквизиты.

И вот я ехал с охраной (больше для статуса) в Орловск. Отбыть пришлось рано утром, чтобы поспеть вовремя. Вообще, надо подумать о том, чтобы собрать вертолёт для таких путешествий. Оно, хоть и не безопасно, однако всяко быстрее. Да и трястись по кочкам не нужно будет.

Местные дворяне собирались в здании филармонии, которое арендовалось для этого трижды в год. Плюс иногда (довольно редко) для экстренных совещаний.

Когда я прибыл, перед зданием уже стояло несколько машин. В основном, массивные внедорожники. На некоторых красовались гербы, но таких было меньшинство.

Оставив охрану скучать на парковке, я поднялся по ступенькам и переступил порог, за которым меня тут же встретил высокий, очень худой человек с седыми зализанными назад волосами и тонкими усиками над плотно сжатыми губами. Пахло от него терпкими духами так, словно он облился ими сверху донизу. В руках он держал планшет.

— Родион Львов, — представился я. — Участок ЗФ-36.

Мужчина быстро заглянул в список.

— Добро пожаловать, ваше благородие. Вы ведь впервые?

— Именно так.

Старик жестом подозвал паренька лет двадцати, одетого в зелёную ливрею. Ещё пятеро таких же молодых людей дожидались, выстроившись вдоль стены.

— Ефим, проводи, — коротко велел тощий.

— Прошу за мной, ваше благородие, — поклонился паренёк, и мы двинулись через просторных холл с колоннами к большим двустворчатым дверям из полированного дуба с инкрустацией латунью. Они были приоткрыты, и за ними я сразу увидел настоящую толпу.

Были только мужчины. Человек тридцать. И, учитывая, что прибыл я немного раньше полудня, можно было предположить, что ряды аристократов ещё пополнятся.

В центре концертного зала стоял огромный длинный стол, окружённый стульями, но садиться никто не спешил.

Я сразу узнал несколько человек, с которыми познакомился на именинах Лобанова. Пришлось раскланиваться.

Сам Лобанов тоже был здесь. Как и Молчанов. Держались они разных концов зала, явно не желая пересекаться.

Ко мне