Отцы - Антон Гау

– Точно всё хорошо?

– Не переживай, врач сказал, скоро отпустит. Останься у Бори сегодня, завтра тебя заберём.

– Хорошо, пап. Ну, ты там, поосторожней.

– Ладно, пока, сынок.

Саша повесил трубку и вопросительно посмотрел на Бориса. Тот ободряюще улыбнулся:

– Не волнуйся, всё нормально будет. Я твоего папку давно знаю, организм у него сильный, оклемается. Да, Саня, твои-то вон какой бардак оставили, а у нас порядок такой: поели – убери за родней! – бодро проговорил Боря и принялся соскабливать сгоревшее мясо с шампуров.

Саша чувствовал, что где-то внутри, из груди холодным ядом по всему телу растекается страх. Мысли кружились вокруг маминой фразы "папа в больнице". Тело как бы заиндевело и выполняло команды мозга с едва уловимым запозданием. Если с папой что-то случится, кто возглавит бизнес, кто будет давать маме деньги на поддержание уюта в их доме, кто, в конце концов, защитит их семью? Он посмотрел на Борю, который со знанием дела сортировал мусор и убирал оставшиеся продукты в забытые корзины. Саша почувствовал, что нужно быть рядом с этим человеком, получить от него знания, которые помогут выжить. Он думал, что его отец, такой сильный и хваткий, будет таким всегда, но он забыл о том, что время нельзя остановить, оно течет и изменяет всё вокруг вопреки человеческим желаниям. И очень скоро ему, Александру Демидову, придется содержать старых родителей, продолжать и укреплять свой род. Саша потихоньку начал растапливать холодную ледышку неуверенности, вгрызавшуюся в его грудь. Он медленно, ломая себя, принялся помогать Боре.

Обуглившееся мясо никак не хотело покидать почерневшие штыки шампуров, оставляя рваные ошметки телятины, намертво впившиеся в сталь. Погружённый в свои мысли, Саша усердно скоблил шампура друг о друга, будто пытаясь содрать пригоревшее мясо вместе со слоем металла. Скользя взглядом по хаосу окружающих его предметов, он вдруг заметил узорчатую ореховую рукоять папиного топорика. Саша подошел и с усилием вытащил его из пня. Он держал его всего пару часов назад, в машине, но теперь тот же самый топор начал источать тепло отца. Парень повертел им в воздухе, словно взвешивая. Холодный блеск дамасской стали отразился в его глазах. Саша решительно сунул топор за пояс и с остервенением принялся за прежнюю работу.

– Ну, что брат, тут пообедать не удалось, пойдем посмотрим, что там Егоровна наготовила. – Боря взял в свои огромные ручищи пару корзин, давая понять Саше, что остальные пакеты придется тащить ему. Два мужика – один нашедший свой путь и другой, только ищущий, зашагали вниз по узкой лесной дорожке.

Егоровна как чувствовала, что от пикника толка не будет, и наготовила разных вкусностей. Стол был заставлен мочёными грибочками, солеными огурчиками и помидорами, отварной картошкой, приправленной пахучим подсолнечным маслом и посыпанной свежей зеленью. Старушка выложила на большую овальную тарелку свежевыловленных запечённых в сметане карасиков. Поставила на стол кувшин с квасом и плетёный поднос с еще теплым ржаным хлебом. Боря, по обыкновению, помолился, и они оба перекрестились на образа.

– Гляди, Саня, красота какая, – сказал хозяин, обводя рукой стоявшие на столе яства, – разве в городе ты бы такого попробовал? Хлеб Егоровна сама печет, зелень всю на подоконнике выращивает, карасей, вон, ей рыбаки принесли. Ну ладно ешь, а то уморил я тебя своими разговорами. Вгрызайся.

Егоровна сидела чуть поодаль у печи и умильно глядела на уплетающих за обе щеки мужиков.

– Ну что, наелся? – с удовольствием сказал Боря, разливая остатки кваса себе и гостю.

– Вкусная у вас еда, – принимая кружку, сделал комплимент Саша.

– А только так и надо, не пластик же из супермаркета глодать, в самом деле. Ну ладно, – добавил Боря с хитрой улыбкой, – про наш порядок ты знаешь.

– В гостях порядок такой: поел – убери за собой. Так?

– Хватаешь на лету, студент, – похвалил его Боря.

Когда мужчины вышли во двор, всё еще залитый лучами заходящего солнца в повеявшей вечерней прохладе, Боря с довольным видом похлопал себя по животу и сказал:

– Ну что, Саня, по субботам у меня порядок такой… в общем, в баню идем, что-то рифма сегодня не клеится.

Они прошли по мощёной дорожке мимо полосы препятствий в самый конец участка. Там, прямо на маленьком ручейке, стоял небольшой сруб.

– Вон, дрова видишь? Вот тебе колун, наруби побольше, а я пойду, венички принесу.

Саша был рад, что рубить дрова он начнет один и к Бориному приходу уже кое-как освоит новое для него дело. Задержав дыхание, Саша занес над головой колун с тяжеленной призмой лезвия и с громким выдохом обрушил его на полено.

Боря зашел за баню и лицом к лицу столкнулся с Егоровной.

– Ну что, Борис Иванович, не очень я переборщила с антуражем?

– В самый раз, где он еще такой исконности испытает? – улыбнулся Боря, но тут же нахмурился. – Только тут такое дело… Олег, отец его, в больницу попал, приехать за ним не сможет пока.

– Батюшки, Олежка! – всплеснула руками Егоровна. – Что ж стрялось-то?

– Да вроде все нормально, отпустило. Поговорили с ним по телефону. Но старый план модифицируется, парень здесь на ночь останется, устрою ему крэш-курс вправления молодых мозгов. Но надо, наверное, ослабить напор древнерусской сермяжности.

– Да нежто я не понимаю, Борис Иванович? Все будет "ол-инклюзив".

– Ну, я и не сомневался, Егоровна. Спасибо.

– А париться-то сегодня с чем будете? С прополисом или… мята еще есть…

– С полынью надо, Егоровна. С полынью. Пойдем, возьмём. Где ты ее там хранишь?

И, насвистывая "Тореадора" из "Кармен", он пошел по тропинке к дому вслед за старушкой.

Когда Боря вернулся с двумя берёзовыми вениками и несколькими ветками сухой полыни, слева от Саши уже образовалась приличная груда поленьев.

– Ого, да ты расстарался. Молодец, вот этого нам как раз хватит.

Саша с гордостью посмотрел на результат своего труда:

– Да я еще могу.

– Ну, понятно, что можешь, но лес беречь надо. Заноси внутрь, сейчас печку топить будем.

Внутри деревянного сруба царил приятный полумрак. Саша с сухим стуком сбросил охапку поленьев недалеко от Бори, присевшего на корточки возле открытой дверцы печки. Сначала в топку полетел комок бумаги, затем туда была брошена заранее заготовленная охапка лучинок. Когда они, слегка потрескивая, занялись, в ход пошли поленья. Печь натужно загудела и потихоньку начала отдавать тепло через свои кирпичные бока.

– Через часок прогреет парилку, но надо иногда дровишки подкидывать. Так что здесь посидим.

– Дядь Борь, расскажите, пожалуйста, что вы там ещё в Америке делали.

– Да… Там я покуралесил. Увлекся всем восточным, тогда много легенд о японских