Подчиняйся, будешь моей! - Айрин Лакс

– Вот так, да? Идеальная моя…

Адам начал покусывать мои губы. Пальцы кружили вокруг заднего отверстия, подбираясь понемногу.

Соблазняя.

Проверяя выдержку, которой не осталось.

– Скажи, кто будет трахать твою попку? Скажи мне это, – соблазнительно произнес Адам и посмотрел мне прямо в глаза.

Зачем. Зачем он это делал?

Пытал меня грязно и сладко, заставлял не только делать, но и говорить вслух.

– Говори.

– Ты, – выдохнула я едва слышно.

Он ближе. Все ближе.

Скользит по самому краю, надавливает.

С губ начали срываться не стоны, но всхлипы.

Мольбы о пощаде? Но какого черта они были такие… развращенные… Как будто не просьба остановиться, но приглашение продолжить и довести начатое до конца.

Мне хотелось быть нанизанной им всюду. Так открыто…

– Хочу, чтобы ты трахал меня. Всюду.

Я была растеряна и покорена им, не оставив ничего для себя.

– Румяная девочка… Раскраснелась от желания? Или от стыда?

– И от того, и от другого.

– Да, Эвочка… Сейчас мы будем трахаться. Трахать твою попку…

– Я хочу не только этого.

– Вот как? – посмотрел на меня с интересом. – Чего еще хочет самый обворожительный десерт?

– Хочу, чтобы ты… занялся любовью… С моей… В общем, ты понял.

– Кисную твою отлюбил?

– И как можно нежнее, – согласилась я, вот теперь точно от стыда сгорая.

– Обязательно, – пообещал Адам. – Но только после того, как ты сдашь мне свой задний бастион!

– Фу, пошляк! – рассмеялась я.

– Тебе хватает сил смеяться? Пора это исправить! – пригрозил Адам и…

Я не поняла, как это произошло так быстро и непринужденно, но его палец надавил и проник внутрь меня.

– О… Ох!

– О да… Мягкая, но эластичная… Впустила меня без сопротивления. Хочет… Быть присвоенной. Невинная, но сексуальная! Ядерный коктейль…

Он снова начал меня целовать, расслабляя, мягко тараня члено и двигая пальцем в таком же ритме…

Расплавляя мои границы, ослабляя их настолько, что когда к первому пальцу добавился второй, я лишь застонала протяжнее и едва не кончила, словила мощный заряд удовольствия.

– Хочу, чтобы ты была открытой в своих желаниях. Смело требовала того, чего хочется.

– Смело?

– О да…

– Насколько?

– Насколько тебе хватит запала… И… готов поспорить, ты жутко горячая штучка, можешь спалить дотла нас двоих!

Кипяток по венам – это еще слабо сказано!

Мы были словно в жерле пробудившегося вулкана, который, в свою очередь, стоял в самом жарком местечке ада. Грешные, истосковавшиеся, берущие охотно то, в чем так долго себе отказывали.

Долго-долго…

Если перевести на общепринятые мерки времени, мы знакомы с Адамом не так давно. Но рядом с этим мужчиной время текло совершенно иначе.

Мне казалось: мы целую вечность знакомы. Но узнаем друг друга с каждым мгновением ближе и ближе.

– Сильнее, быстрее. Адам…

– Быстрее?

– Ооох да… Вот так… Идеально! Идеально…

Я застонала и, как бы себя не сдерживала, все-таки оргазм сокрушил мою выдержку, навалившись штормом. Губы выпускали стоны, меня трясло. Диванчик подо мной стал совсем мокрым.

Пульсировало все – каждая клеточка тела сжималась и расширялась, снова сжималась…

Особенно остро пульсировало сзади, там, где пальцы Адама деловито трахали мою попку. Я же совсем дискомфорта не ощущала.

Чувствовала приятную наполненность и острые всплески.

Яркие волны.

Приятное покалывание вдоль всего позвоночника.

Тугую спираль вожделения.

– Ты классная, – выдохнул Адам. – Фееричная. Черт подери, я рад, что ты так рядом. Ни дня не могу без тебя представить!

– Ты хочешь расплавить мою волю окончательно? – спросила я, отдышавшись.

– А что? Неужели еще не расплавил? – искренне удивился он и рассмеялся. – Даю тебе минутку-другую, чтобы ты перевела дыхание. Потом будет нечто особенное. Тебе понравится!

– Уже хочу нечто особенное.

– Ненасытная! Мне это ебать как нравится…

Толчки стали медленными, чувственными. Я импульсивно стискивала его в себе, пылая от эмоций, которые бурлили внутри.

Адам поднялся, и я сразу же ощутила, как стало холодно без него.

– Ты далеко? – поинтересовалась я.

– За сюрпризом. Глаза закрой.

– Но я хочу смотреть!

– Эва. Ты мне доверяешь?

– Да.

– Тогда закрывай глаза. И, чтобы ты не сжульничала, я завяжу тебе глаза.

Адам нашел в моем шкафу тонкий летний шарф и завязал у меня на глазах, лишив возможности подсматривать.

Стало темно. Жарко.

Лишенная возможности видеть, я вся обратилась в слух.

Комната стала казаться огромной, полной неясных звуков. Я пыталась понять, что происходит по едва слышному шороху, звуку шагов.

Игра в «угадай, что происходит» мне нравилась, придавала глубину и остроту.

Адам передвигался по комнате, двигал что-то.

Снова щелкнули застежки.

Знакомый, громкий, звонкий звук…

Адам снова достал мой чемодан? Тот самый, с игрушками?!

Я не думала, что Адам так быстро вернется к идее использовать что-то из игрушек сегодня.

Внутри заныло предвкушение.

О-о-ох… Что же меня ждет?

У меня большой арсенал игрушек. Только не хватало смелости и фантазии, чтобы испробовать все из них.

Адам говорил о попке. Вдруг выберет что-то для нее? И…

Боже, как бы не течь еще сильнее!

Как я буду сдавать диван в химчистку? Мне будет стыдно, что я его так залила…

– Готова?

Ой, он уже выбрал. Так быстро? Так… уверенно!

Будто всегда знал, чего хотел!

– Готова, Эва? – поинтересовался Адам.

– Нет, – призналась я, сглотнув комок, вставший в горле. – Но тебя же это не остановит?

– Не остановит. Клянусь, стоит тебе разочек попробовать, потом за уши не оттянешь.

– Хорошо. Хорошо… Можно снять повязку.

– Нет! Мы играем в чувствительность. Когда притупляется одно из чувств осязания, обостряется другое. Слух, обоняние…

Я слушала его голос и признавала правоту. В полной темноте, в которую я оказалась погружена благодаря повязке на глазах, голос Адама приобрел глубину и чувственность, полную скрытых намеков, о значении которых я могла лишь догадываться.

Фантазировать…

Ох, на полную катушку, да?

Кожи живота коснулись кончики его пальцев, и я чуть не задохнулась от того. каким нежным вышло это касание.

Адам поднялся выше, поиграл с тугими сосками и провел дорожку касаний вниз.