Эпоха Опустошителя. Том V - Вел Павлов

— Детка, тебе стоило научить его приветствию. Я архидемон как-никак! — выпалила ей мать, чуть ли не задыхаясь от наигранного возмущения. — Хотя бы для окружающих мог сделать уважительный вид. Твердолобый мальчишка!

— Вы вообще не должны были видеться, — не унималась молодая гиара. — Надеюсь, теперь ты убедилась в моей правоте и его решимости?

— Более чем убедилась, но появились новые обстоятельства, что ввели в замешательство, — загадочно изрекла женщина, которая, судя по звуку, неторопливо поцеживала вино из фужера.

— Обстоятельства? — с недоумением полюбопытствовала Искрида. — Какие еще обстоятельства?

— Нет, лучше помолчи. Об этом тебе пока рано знать.

— Мама, ты начинаешь меня пугать.

— Это ты меня пугаешь, крошка, — с толикой недовольства отозвалась Марагна. — Ты бы видела своё лицо, когда мальчишка начал мне противостоять. Ты чуть не бросилась на собственную матушку. Как так можно?

— Хватит! Не преувеличивай! — взбеленилась смущено правительница Лавалара. — Я тебе уже говорила, что он весьма ценный актив.

— Ага, как же, — насмешливо произнесла архидемон. — Сдаётся мне, что гибель Атараза тут играет не ключевую роль. Я обещала не вмешиваться в твои личные дела, но спать с деспотом и к тому же с человеком — явный перебор. Твой отец пеплом в усыпальнице бы перевернулся.

— Мама! Хватит! Всё совсем не так, как ты думаешь, — однако смущенный голос девушки тотчас сменился интересом. — Как ты узнала?

— Мама же глупая. Мама ничего не понимает, — заохала делано демонесса. — Да ты же сияешь похлеще огня Инферно! К тому же я в курсе, как ты выглядишь, когда спускаешь пар с теми, кто тебе по душе. Жаль, что таких совсем немного. А точнее сущие единицы. Было бы их больше, было бы проще.

— Ты, кстати, разрушила часть защиты над Лаваларом в момент своего перемещения!

— Восстановишь, — отмахнулась женщина. — Зато будет тебе чем заняться. Не съезжай с темы, крошка! Я не закончила. Найди ты себе мужа гораздо раньше и всё стало бы проще, а большинство проблем с другими архидемонами можно было избежать.

— Найди я мужа раньше и не достигла бы таких высот, — решительно оспорила сей момент Верховная.

— Тут ты права, — удовлетворённо заключила Марагна, вновь отхлёбывая вино. — В этом вся ты, дочь моя. Я это знаю, ты это знаешь, а теперь еще и ОН это знает. Не так ли, мальчишка?

Вот же холера! Ну да! Кто бы сомневался, что она заметит…

Глаза я открыл неспешно и также неспешно принял сидячее положение. Невзирая на случившееся ранее чувствовал я себя вполне сносно. Апартаменты оказались знакомы. Искрида тут порой бывала. Судя по всему, это временная замена тем, что мы разрушили.

Несколько долгих мгновений я находился под прицелом двух пар женских глаз, но первой не выдержала правительница Лавалара.

— Как самочувствие?

— Не прикончили и на том спасибо, — хрипло отозвался я, благосклонно кивая обеим женщинам, но в большей степени я это делал для Марагны.

Услышанное до сих пор не укладывалось в голове, но если исходить из её поведения, то убивать меня не собираются. По крайней мере, пока не собираются.

— Несносный мальчишка, — фыркнула весело архидемон, залпом допивая вино, но свой цепкий взгляд еще долго не сводила с меня. — Ты жив по счастливой случайности. По очень счастливой случайности. Не только моя дочь нашла тебя интересным, но и я тоже. Наука на будущее — надо быть более терпимым и лояльным. Иные давно тебя прикончили бы за непослушание. Не все столь прозорливы, как я. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я говорю?

М-да! Не думал, что когда-нибудь меня будет отчитывать одна из владычиц Инферно как нашкодившего пацана. Прозорливая, значит.

Неужели это она о тебе, малышка?

«Так и есть, — нехотя призналась Руна. — Я не думала, что меня смогут распознать в таком состоянии, но догадываюсь в чём именно дело».

— Мама, о чем ты? — с полнейшим непониманием вопросила Искрида, включаясь в беседу.

— Позже объясню. Сейчас слишком рано. Необходимо кое в чем разобраться.

— Ты продолжаешь говорить загадками, но к такому я уже привыкла, — закатывая глаза к потолку, выдохнула девушка, а затем она медленно обратила взор на меня и слабо улыбнулась. — Ты молодец, малыш, хорошо постарался в тронном зале. Я довольна. Как и обещала ранее ты заслужил награду за всё, что сделал, а заинтересовав мою мать, ты увеличил ту самую награду.

Раздался тихий щелчок пальцев, а через секунду апартаменты наполнились тихим металлическим звоном, если не шелестом. В руках у Искриды пестрела тонкая золотая цепь и от неё веяло просто запредельной сковывающей мощью. Завидев данный предмет, брови Марагны слегка приподнялись, и та довольно фыркнула.

— Не знаю, как такая ценная вещь оказалась в руках у мерзости Атараза, но я нашла её в его накопительном кольце, и кое-что разузнала. Она пришла из ушедших эпох и носит название Глейпнир. Когда-то давно реликвия принадлежала какому-то верховному северному клану.

— Знамо какому, — заметила спокойно архидемон. — Она принадлежала верховному клану Асгард. Точнее уже уничтоженному верховному клану Асгард.

— Спасибо, мама, — кивнула благодарно Искрида. — Значит, Асгарду. Позже передавалась из рук в руки, как приз. По слухам, она в прошлые эпохи сковывала какое-то ужасное чудовище, но монстра уничтожили. В итоге ей стали владеть другие северные кланы. Пару сотен лет назад вещь пропала. Но как понимаю, к этому приложил руку кто-то из архидемонов. Возможно, сам Баал, — предположила гиара, передавай мне артефакт. — Я видела несколько раз, как ты пользовался цепью в сражениях. Думаю, тебе она подойдет как нельзя лучше. Вероятнее всего, Атараз хотел заполучать не только меня с Лаваларом, но и возможности моей матери. Сплавить такой артефакт с оружием Верховного может только она. Только у её пламени достаточно силы, чтоб преобразовать вещь из ушедших эпох. У матушки на годы вперед очередь из таких желающих.

— Скорее всего, так и есть. Баал давно засматривался на Лавалар. Даже хотел выкупить его у меня, — расплылась в предвкушающей ухмылке Марагна. — Но кое-кто нарушил его планы. Неплохо, мальчишка. Моя дочь оказалась права на твой счёт.

Честно сказать слова матери Искриды я пропустил мимо ушей, потому как был очарован цепью. Лёгкая, прочная и острая. Настолько острая, что её звенья