Игра не для слабых: Меж двух огней - Мстислав Константинович Коган

Я попробовал оттолкнуть клин от себя. Дверь заскрипела. Послышался натужный треск старого, пропитанного влагой дерева. Рукоятка металлического штыря едва заметно подалась в сторону, но этого всё ещё было недостаточно. Твою мать. Всё-таки следовало уделить больше внимания физической форме.

— Генри, оно…

— Да знаю-знаю, — раздражённо бросил я, поудобнее перехватывая штырь, — Чем торопить, лучше спрячь меч и помоги. Мне сил не хватает.

Девушка на секунду замешкалась, неуверенно смотря то на меня, то на дверь. Убрала клинок обратно в ножны, сделала шаг вперёд и обеими руками схватилась за кольцо.

— Готова?

Айлин молча кивнула.

— Взяли! — рявкнул я и всем весом навалился на клин. Сверху послышался скрип кольца. По шлему зашуршала осыпающаяся ржавчина. Первые несколько секунд казалось, что все наши усилия тщетны. Дверь стояла на месте, будто приросла к поросшему плесенью, мокрому камню. Но потом у меня за спиной послышался протяжный, натужный скрип. Полоска света льющаяся из-за створки медленно, но верно начала увеличиваться.

— Полу… чается… — тяжело дыша выдавила из себя девушка.

Я хотел было ответить. Но короткий взгляд, брошенный ей за спину, оборвал меня на полуслове. На горле сомкнулись костлявые холодные руки ужаса и слова просто застряли в моментально пересохшей глотке. В паре метров за её спиной клубилась тьма. Та самая тьма, которая преследовала нас в гробнице. Мрак медленно, но уверенно наступал. Полз вперёд, обволакивая стенки коридора. Тянулся к нам десятками полупрозрачных, костлявых рук, лап и щупалец.

В голове пульсировала одна-единственная мысль. Все эти туманные образы, все эти руки, ноги, глаза, рты и пасти — принадлежали когда-то живым существам. Существам, которым не посчастливилось попасть в её сети. Соприкоснуться с бездной. Она поглотила их образы. Впитала их мысли, эмоции. Сделала единым целым с собой. И теперь весь этот рой тянулся к нам. Тянулся с одной-единственной целью. Коснуться. Хотя бы краешком пальца, когтем или кончиком щупальца.

— Давай, — рявкнул я, и со всей силы навалился на штырь. Дверь со скипом отъехала в сторону, оттолкнув меня и Айлин. Девушка заскользила по мокрому полу, потеряв равновесие. Качнулась назад. Её пальцы соскользнули с кольца и…

Я нащупал подошвами стену. Оттолкнулся. Распрямился словно пружина и прыгнул. Руки схватили её за плечи в тот момент, как она начала заваливаться назад. Пальцы вцепились в грубую, неподатливую ткань гамбезона и со всей силы швырнули в образовавшийся дверной проём. Я попытался рвануться следом. Но подошвы ботинок заскользили по мокрым камням пола, забрав у меня несколько драгоценных мгновений.

Тьма, клубившаяся в паре дюймов от моего лица, рванулась вперёд. Протянула ко мне свои щупы. Открыла дымчатые, полупрозрачные пасти в сладостном предвкушении. А я… Я уже ничего не успевал сделать. Да и не мог. Единственное что мне оставалось — это закрыть глаза. И я закрыл. А в следующий миг ощутил обжигающе — холодное прикосновение бездны.

Глава 3

«Подгород»

Что-то ухватило меня за шиворот. Ухватило и с силой рвануло назад. Я потерял равновесие. Заскользил по полу и начал заваливаться на спину. На мгновение перед лицом промелькнула обжигающе яркая вспышка, обдав меня потоком жаркого воздуха. Тьма, сомкнувшая на моём горле свои ледяные пальцы, отступила. Лишь на мгновение. Но и его хватило, чтобы та самая рука, вцепившаяся мне в ворот, снова дёрнула меня назад, вырвав из холодных когтей тьмы. Дёрнула и попыталась оттащить. Но в этот раз ей уже не хватило сил.

Я открыл глаза. Упёрся пальцами в холодный, неестественно гладкий пол. Напружинился, вскочил на ноги и рванул к дверному проёму, из которого бил ослепляюще-яркий неестественно белый свет.

— Беги! — крик наждаком продрался через глотку. Ладонь вцепилась в рукав на мгновение замешкавшейся девушки. Вторая упёрлась ей в спину. Рывок. Она вылетела в дверной проём. Запнулась и упала на колени. Я почти сразу же выскочил следом. Развернулся.

Перед взором вновь предстала клубящаяся, бесформенная тьма. Она проглотила огненный шар, который швырнула Айлин. Пропустила его сквозь себя и сомкнулась, образовав плотную, непроницаемую стену, из которой торчали десятки рук, лап и щупалец. И не просто торчали. Они, цепляясь за трещины в камне, ползли вперёд, стремительно сокращая расстояние между завесой и проёмом.

Я рванулся обратно к двери. Ухватился пальцами за покрытое холодной, липкой ржавчиной, кольцо. Дёрнул створку на себя. Послышался скрип петель. Дверь неохотно подалась, сдвинувшись на пару ладоней. Дымчатая поверхность тьмы колыхалась уже в метре от меня. И ползла дальше. Ползла, несмотря на нестерпимо яркий белый свет, льющийся откуда-то сзади. Он упирался в её поверхность и не мог пробиться дальше. Но судя по ряби, идущей по ней, по рукам и щупам, растворяющимся в воздухе, стоило им только коснуться его лучей — свет всё равно доставлял сильную боль этой твари.

Я упёрся ногами в порог. Отклонился назад и рванул створку на себя. Раздался громкий, тягучий скрежет. Но дверь не сдвинулась с места. Твою мать, петли опять заело.

В следующий миг в кольцо рядом с моей рукой вцепились пальцы девушки. Она бросила на меня короткий взгляд. Кивнула.

— Давай, — рявкнул я, отклоняясь назад и со всей силы таща створку на себя. Девушка тоже упёрлась каблуками ботинок в порог. Напряглась и рванула. Дверь натужно заскрипела. Заскрипела и с грохотом захлопнулась прямо перед дымчатыми щупальцами мрака. Захлопнулась и тут же понемногу начала подаваться назад. Будто кто-то ухватился с той стороны за кольцо и настойчивыми методичными рывками тащил створку на себя.

— Клин! В сумке! — прошипел я, с трудом удерживая в руках мокрое и скользкое кольцо. Девушка сообразила быстро. Одним ловким движением выхватила длинный железный штырь. Поднырнула под моими руками и со всего маха вогнала его в паз засова. За первым клином тут же последовал второй. Я отпустил кольцо. Отошёл назад и вытащил из ножен меч. Айлин встала рядом со мной, обнажив фальшион.

Дверь содрогнулась под новым ударом. Железо заскребло по каменному пазу. Послышался скрип петель и натужный гул дерева. Но створка выдержала. За первым рывком последовал второй. За вторым — третий. На несколько мгновений в воздухе повисла напряжённая тишина. Её тонкое полотно разорвал тяжёлый грохот удара. Нечто, находящееся с той стороны перестало тянуть.