Захват замка - Элизабет Дир

Фрэнки невозмутимо взглянул на нее. — Мои глубочайшие извинения, Андреа. Должен ли я предстать перед поркой? Десяти должно хватить, тебе не кажется?

— Ты не смешной, маленький психопатичный засранец, — рявкнула она. — Ты думаешь, я не смогу забрать фамилию Ферреро так же легко, как дала ее тебе? У тебя есть место в этой Семье до тех пор, пока ты остаешься полезным мне. И позволить мертвой девушке втоптать наше доброе имя в грязь - это. Не. Блять. Полезным.

Он только усмехнулся ей. Он привык к ее отношению к нему, надоедливому маленькому ублюдку, сводному брату, которого она бросила много лет назад, но я ненавидел это. Фрэнки пролил кровь за эту Семью так же, как и я, и он заслуживал лучшего, даже если был немного... не в себе.

— Я думаю, что неспособность убить ту девушку с самого начала была ошибкой, дорогая сестра, — ответил он. — Всемогущие главы Семей не смогли застрелить беззащитную маленькую девочку! Как жаль.

Она швырнула зеркало на стол, и треск эхом отразился от сводчатых потолков ее кабинета.

— Вон! Вы оба, — скомандовала она, затем остановилась с натянутой улыбкой, посланной в мою сторону. — Закари, уладь это в Академии для меня, пожалуйста.

— Конечно, мам, — сказал я, небрежно махнув рукой, и последовал за Фрэнки к двери.

Я направился к лестнице, намереваясь захватить сумку с одеждой из своей спальни, прежде чем вернуться к Ною на время каникул, когда Фрэнки зашагал рядом со мной.

— Где спасибо за маленький подарок, который я тебе оставил, — практически пропел он, обращаясь ко мне.

— Что ты имеешь в виду? — Я ответил, не обращая на него внимания, пока поднимался по лестнице, и он последовал за мной.

— Твоя девушка. Я позволил ей спрыгнуть с крыши.

Я резко остановился на лестничной площадке второго этажа, развернулся, схватив его за воротник потрепанной футболки и толкнул в угол полутемного коридора.

Он ухмыльнулся мне, нисколько не обеспокоенный моим грубым обращением с ним.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

— Я стянул с нее рюкзак во время драки, так что она оказалась в ловушке на крыше, — сказал он, его ухмылка стала маниакальной. — Я загнал ее в угол, и когда я стянул с нее маску, я сразу узнал ее. Не могу поверить, что вы, идиоты, этого не сделали.

— Ты издеваешься надо мной, чувак, — сказал я, качая головой. — Ты не видел ее с тех пор, как ей было лет восемь или девять.

— Хорошо, я сжульничал, — ответил он, подняв руки в притворной капитуляции. — Я слышал, как ее партнер называл ее Джоджо. И, учитывая ситуацию, в которой мы оказались, это просто разожгло мое любопытство. И когда ты смотришь на ее лицо с такими мыслями, это становится чертовски очевидным.

Я вздохнул. В этом был смысл. Наша милая Джоджо была мертва - с чего бы нам вообще думать, что дерзкой, восхитительной студенткой-стипендиаткой из Саутсайда может быть она?

— И ты… отпустил ее? — Тихо спросил я.

— Я не мог упустить возможность устроить такой фейерверк.

Фрэнки действительно любил хаос, слава богу. Я у него в долгу.

— Плюс, — добавил он, похлопав меня по груди. — Я знал, что ты захочешь ее вернуть. Просто присматриваю за своим племянником.

— Я… да. Это было правильное решение, чувак, — сказал я, затем смерил его суровым взглядом. — Но предупредить заранее было бы неплохо.

Он только усмехнулся. — Что в этом забавного? А теперь, если ты меня извинишь, у меня свидание с несколькими несчастными душами, которые задолжали Андреа кучу денег.

Он оттолкнулся от того места, где я прижал его к стене, и неторопливо спустился по лестнице.

Вся эта ситуация становилась все более дикой, и я, например, с нетерпением ждал возможности прокатиться на американских гороках.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

БЕННЕТТ

Н

а время месячных зимних каникул в Академии, мы втроем залегли на дно в пентхаусе Ноя, уезжав только на один уик-энд к Заку, когда отец Ноя ненадолго вернулся в Сити.

После стольких лет избегать своих родителей стало для нас почти второй натурой. Пока мы отвечали на их звонки и появлялись, когда нас вызывали, чтобы получить приказы, их, как правило, не волновало, что наши пути редко пересекались.

Я действительно иногда заходил домой, чтобы убедиться, что моя мать все еще жива, но я очень старался делать это только тогда, когда знал, что моего отца нет дома.

Как и ожидалось, он потребовал личной встречи со мной вскоре после того, как на нас троих накричали всей группой, и недвусмысленно сказал мне, что я неудачник, жалкое подобие сына и наследника, и что он ожидает, что я разберусь с этой проблемой, прежде чем она выйдет из-под контроля.

Я просто смотрел на него, не обращая внимания на его оскорбления и ярость, надеясь, что выгляжу серьезным, а не скучающим и раздраженным.

Все это время она не выходила у меня из головы.

Наша лучшая подруга, девушка, которую мы оплакивали семь долгих жестоких лет, вернулась в нашу жизнь, обманула нас, заставив думать, что она никто - болтливая нарушительница спокойствия, запретный плод болтался перед нами день за гребаным днем - и все это время она строила против нас заговоры, как будто мы были ее врагами.

У нее был Зак, живущий в стране фантазий.

Она разбила сердце Ноя.

И она бросила вызов, и мне предстояло стать тем, кто выстоит против нее.

Я ненавидел во всем этом все.

За исключением того факта, что