Лалиса и её друзья. - Вахтанг Глурджидзе

- Да, сонсенним!

- Вот, ленивые задницы! Смотрите, какой должна быть настоящая девушка! Следующая!

Ну, рядом с Розэ стою я. поэтому чётко прохожу к мату, на котором все демонстрировали свои умения, и начинаю своё выступление. Это каскад гимнастических и танцевальных движений. Мы их на танцах прорабатываем каждый день для разогрева мышц.

Один из элементов, продемонстрированный Лалисой.

Девчонки смотрят во все глаза. Тем более, что у меня ноги то ровные, как палки, поэтому я знаю, как это выглядит. И на шпагат я садится, свободно могу. Розэ смотрит спокойно, она знает мои возможности. Физрук останавливает меня, а то я уже демонстрирую себя минут десять, и могу продолжать. Правда, устану.

- Манобан, ты случайно, не гимнастка? Очень гибкая ты, и легко выполняешь разные элементы.

- Нет, сансенним! Я танцую с четырёх лет. После уроков я езжу в танцевальный зал.

- Тогда понятно!

Когда проверка класса завершается, физрук командует:

- Бегом!

И мы бежим три круга. Половина класса сваливается по пути с охами и ахами. До конца добегаем только я и Розэ.

- Вот видите, ленивые задницы! Вас обошли «бананы» и тайцы! Как же может наша страна надеяться на вас, если вы даже двигаться не хотите и не умеете!

Как обычно, начинается трудоголический корейский промыв мозгов младшего поколения

После перемены у нас физика. Все кореянки, кроме Розэ, распластались за своими столиками, и практически не слушают сансеннима. У них на столе положены телефоны. Сейчас идёт запись того, что говорит учитель. Этот метод тут разрешён, поэтому администрация не обращает на это внимание. Ведь главное, как дети усвоят предмет, и сдадут тесты… Другие уроки проходят также. Уборка помещений, зато проходит весело и энергично. Сейчас приедет за мной машина, и мы направимся в танцевальный зал…

Глава 12. Суббота и воскресение.

Место действия: дом семейства Ким, комната Лалисы.

Время действия: двадцать первое августа две тысячи девятого года, десять часов утра.

Всю неделю я и Розэ разучивали медленный танец и песню. Пока получается плохо. Но время ещё есть. С «Крабом» в обоих вариантах у меня наоборот, всё отлично. Розэ готовит отдельно песню. Я такой не слышал. Поэтому стало интересно, что она там поёт.

https://www.youtube.com/watch?v=QTMNW_jN2jU

Ничего. Пару раз послушать можно. Ну, Розэ то только на прослушивании её споёт. Я, наконец, закончил всё тестирование по языкам. Русский и японский принесли мне, соответственно девятьсот двадцать и девятьсот баллов. В следующую субботу поеду за сертификатами на тайский и китайский. На этом моя эпопея с подтверждением языковых навыков кончится. Завтра я иду на встречу с ПСИ. Мне позвонила Пак Юн Ми, что Чжэ Сан вместе с друзьями из подтанцовки прибыл в Пусан. Должны искать место, где будут снимать. Завтра мы встречаемся. ПСИ хочет со мной познакомиться лично. Может быть, я буду танцевать в его клипе. Но это не точно, всё зависит от того впечатления, которое останется у ПСИ после встречи со мной. Записывать песню будут в студии Пак Сан Хёна, родственника моей классной руководительницы. Вот там мы завтра и встретимся втроём – ПСИ, Юн Ми и я.

Надо подготовиться и хорошо выглядеть. С Хё Мин я уже поговорил насчёт возможности сняться на КБС. Она всё досконально у меня узнала. Посмотрела мою запись песни и танца, покивала головой. Сказала, что может позвонить директору КБС и предложить новую песню, но, только после просмотра того, что у ПСИ получится в окончательном варианте. Об этом я скажу самому ПСИ при встрече. Пусть лучше работает, не покладая рук, как любят говорить сами корейцы.

Чтобы я выглядел при встрече соответственно моменту, Хё Мин ведёт нас в дамский салон. Я хочу сделать такую причёску, какую носит Лалиса Манобан из моего мира. Посмотрим, получу ли я то, что хочу. Сейчас поедим, и двинемся в салон.

Место действия: салон дамской красоты.

Время действия: двадцать первое августа две тысячи девятого года, одиннадцать часов утра.

Приехали быстро. В старом мире я бывал в таких заведениях в качестве сопровождающего лица при даме. Теперь я сам – девочка. Меня сажают перед компьютером, и мастер начинает, показывать разные фасоны причёсок. Выбираю по памяти, стараясь больше соответствовать тому образу Лалисы, который я помню. Наконец, через полчаса останавливаюсь на одном из образцов.

- Ну, что выбрала? – Подходят Хё Мин и Сон Ми. Им уже причёски сделали, а Розэ только начинают.

- Но тогда придётся волосы обесцветить, чтобы окрасить именно в такой цвет. – Говорит мастер.

Минуту думаю, а потом даю своё согласие. Меня сажают в кресло, и я закрываю глаза. Почему я это сделал? Просто захотелось сразу увидать конечный результат. Чувствую, что с меня летят волоски, по голове постоянно движется гребень…. От этих прикосновений постепенно засыпаю…

Меня будят через час. Открываю глаза, и спросонья пугаюсь. На меня из зеркала глядит Лалиса Манобан в синей майке нарисованным на ней дымчатым котом, чёрной юбке со светлыми волосами, и чёлкой. Вот только кожа немного темновата.

- Тебе надо сделать макияж, Лалиса! – Принимаются убеждать меня Хё Мин, Сон Ми и Розэ. Они столпились вокруг моего кресла, и восторженно глядят то на меня, то на моё отражение в зеркале.

- Да, Лалиса-ян, тогда вы будете похожи на вегугинку! – Поддакивает мастер. – У вас большие глаза, поэтому вам точно подойдёт светлый макияж!

Мне макияж? Они что, с дуба рухнули?! От него кожа портится! И вообще, я мужик, и мне не пристало мазать лицо всякими красками! Попытался встать, но мне не дали этого сделать.

- Не упрямься, Лалиса-ян! – Строго сказала тётя. – Мы хотим, чтобы ты завтра всех поразила своей внешностью. Это важно, очень важно! Тем более, мастер говорит, что ты будешь, похожа на европейку.

- Да, госпожа Ким, будет вылитая европейка! – поддакивает мастер. Ну, с ним всё понятно. Заработать на макияже хочет. А вот от тётки я этого не ожидал! Хотя, если учесть преклонение корейцев перед иностранцами с Запада, то, возможно, она права. Тут подключаются и Сон Ми с Розэ:

- Мы твои онни и сонбэ, и зла тебе не желаем, поэтому ты должна нас слушаться!

Ага! Ещё чего! А может мне накостылять им обеим по шее? Знают ведь, что мне не нравятся их корейские закидоны