История героя: Огонь наших душ - Евгений Чепурный

два варианта. Первое, Онеказа их за такие приколы подвергнет остракизму — хоть она и позволяет им многое, границы с ней переходить не стоит. Вон как она меня осадила поначалу, когда я про Желудок речь завел. Ну и второе, менее вероятное — они на своем острове тупо не знают, как правильно.» Почесав в затылке, гламфеллен переступил порог внутренних помещений Медной Цитадели, где располагалась ставка командования. Там оказалось неожиданно уютно — симпатичная коралловая инсталляция в прихожей, разделяющие комнаты бумажно-деревянные стены, и устилающие полы тростниковые маты.

«Свитков с мудрыми изречениями на стенах не хватает,” подумал бледный эльф, с интересом осматриваясь. «И еще стоек с мечами и бонсая. А так — миленько.»

Он подошел к скучающему у раздвижных дверей солдату, и объяснил ему цель своего прибытия. Тот, указав им, в какой стороне кабинет местной главной, продолжил скучать.

«Вероятность того, что рауатайцы тупо не знают, как правильно, растет подобно бобовому ростку Джека,” удивился такой беспечности Кьелл. «А вдруг я — коварный убийца? Впрочем, может быть, во внутренних помещениях есть и доблестные мечники охраны, и скрипящие полы для крадущихся врагов[6].»

В кабинете хазануи Кьелл с веселым удивлением обнаружил-таки искомые настенные свитки, с некими рауатайскими надписями на них, щедро развешанные тут и там.

«Не, я один хрен не читаю по-рауатайски, так что это вполне могут быть плакаты о технике безопасности, или там страницы из ихнего устава. Впрочем, страницы из устава — самая офигенная мудрость, это вам любой дрилл-сержант подтвердит.»

Хазануи обнаружилась у стены, увлеченно двигающая фигурки по модели местности на длинном столе в компании еще одного берегового аумауа, глядящего на нее с безразличной полуулыбкой. Именно он заметил бледного эльфа сотоварищи, и обратил на них внимание хазануи тихой репликой:

— У тебя гости, Кару, — его голос был под стать внешности — ровный до полной безэмоциональности.

— Ладно, Атсура, в другой раз выясним, чья взяла, — женщина легко развернулась вокруг своей оси, и четким шагом подошла к Кьеллу. — Видящий. Хорошо, что ты зашел. Я подумывала выслать тебе приглашение сегодня, — она протянула ему руку для пожатия.

— Привет, Кару, — пожал ее ладонь Кьелл. В отсутствие крикуна-вайлианца, и, особенно, стоически терпящей хазануи Онеказы, эта разумная вызывала у него гораздо меньше раздражения. — Во что играем? — он кивнул на стол с фигурками.

— Хазатоа, — ответила аумауа с легкой полуулыбкой. — Отличный отдых для военного ума. Атсура любезно составил мне компанию. Кстати, познакомься с моим мастер-шпионом.

— Упомянутый тем вайлианским стариком «скользкий насенале»? Кьелл Лофгрен, к вашим услугам, — он развернулся к означенному «насенале» и протянул ему руку для пожатия.

— Видящий-нуи. Наслышан о тебе, — со все той же нечитаемой улыбкой шпион шагнул вперед и неожиданно сжал Кьелла в крепких объятиях.

Оторопевший гламфеллен бросил удивленный взгляд на Кару, но та старательно отвела глаза, делая вид, что ее вдруг крайне заинтересовал один из настенных свитков. Только проявившиеся морщинки в уголках глаз выдавали ее истинную реакцию.

«Издеваются, гады,” подумал несколько опешивший Кьелл, когда Атсура, разжав объятия, отступил, обратив на него все тот же безразличный взгляд. «Я близок к тому, чтобы натравить на этого любителя мужских объятий нашего Текеху. Он вряд ли откажется поукреплять отношения между державами аумауа с помощью личных, ха-ха, связей.»

— Что же, раз с представлениями покончено, — Кару если и забавляла эта нелепая ситуация, то она старательно прятала данное чувство, — я хотела бы уточнить кое-что из твоего отчета об адровом гиганте. Атсуре тоже будет полезно послушать из первых рук.

— Угу. Конкретнее? — гламфеллен несколько оправился от внезапно нашедших его обнимашек, и хоть и не особо горел желанием повторять по второму кругу сказ об Эотасе, решил удовлетворить рауатайский интерес. Особенно если это сподвинет Кару выделить ему что-то помимо одного стрелка в компании с птицей.

— Спрошу прямо — так ли велика угроза? Действительно ли это существо не остановить? Не опускай деталей, будь добр.

— Так, и действительно, — равнодушно ответил Кьелл. Снова недоверие, снова желание продолжать сидеть в скорлупе неведения. Он воспринял это с неким усталым стоицизмом.

— Ваша колония, Хасонго, скорее всего, в руинах. Если из нее до сих пор нет вестей, то ее жители, наверняка, мертвы, почти все. И не надо ходить вокруг да около — это Эотас. Знак Утренних Звезд на лбу, помнишь?

— На Хасонго был расквартирован стрелковый полк, а его стены оснащены по последнему слову артиллерии, — пробормотала хазануи, и сама, впрочем, не убежденная своими словами. Суровая реальность погасшего маяка и отсутствия вестей которую неделю говорила достаточно насчет того, насколько помогли упомянутые ей вещи.

— Я не так давно наблюдал, как Эотас прошел сквозь какой-то корабль, — отрешенно ответил Кьелл. Такой эпизод и правда был им замечен во время той короткой погони за Эотасом сквозь эмпиреи, после прикосновения к адровому столпу Порта Маже. — Вайлианец, один из их вооруженных купцов. Он прямо-таки ощетинился этими их крупнокалиберными пушками — «бронеломы», кажется? Канониры старательно по Эотасу стреляли. Потом, правда, прекратили — затруднительно стрелять, когда твоя душа выпита, как стакан воды в жару, а тело стало пеплом. Эотас даже не замедлился, когда этот корабль оказался на его пути. Просто прошел дальше, а тот галеон стал частично щепой, а частично — тонущими обломками.

«Я прям сцену из ‘Войны Миров’ описываю,” подумал Кьелл, глядя на мрачно-задумчивых аумауа. «Только с намного меньшими успехами флота, ага.»

— Думаю, наши джонки были бы несколько менее беспомощны в данной ситуации, — хазануи не выглядела верящей в свои слова.

— Послушай, Кару, — раздраженно отозвался Кьелл. — Патриотизм — это, конечно, здорово, но здравый смысл, знаешь ли, еще лучше. Можешь и дальше мне не верить. Я так или иначе сплаваю на Хасонго, и сообщу вам, что там увижу. Но я и сейчас могу большую часть этого описать — разруха, мертвые тела, гигантские следы, и погасшая адра, из которой Эотас сосет души, чтобы толкать свою махину для массовых убийств дальше. Я понимаю твой скептицизм — сам бы рад не верить, да только добрая половина моей эссенции сейчас медленно переваривается внутри Эотаса. Еще чего-нибудь тебе рассказать? Спрашивай, пока я здесь.

— Каких моделей орудия твоего корабля? — неожиданно спросила рауатайка. — Мы поставим тебе достаточно ядер для них, и первоклассный артиллерийский порох, лучше которого в Некетаке не найти. Если в твоем