Мортена: Перерождение - М. Борзых

Мы стояли на краю и взирали на бурные потоки воды, срывающиеся со скалистых уступов. Я вдыхала влажный воздух полной грудью, и, кажется, во мне просыпалась та самая черта, которую отец называл бесшабашностью. Азарт бурлил в крови. Игра начиналась, и отныне она пойдёт по моим правилам.

— Прежде всего, благодарю за ваш подарок! Исключительно своевременный, хочу заметить! Если бы не клинки, то птеры бы из нас сделали фарш или отбивную в зависимости от их кулинарных предпочтений. — Я улыбалась, поглаживая рукояти оружия. — Уруи выжил?

— Выжил. Очень сокрушался, что тебе пришлось его спасать, а не наоборот.

— Не хотелось бы, чтобы такой момент вновь наступил, но, чувствую, что не в этой жизни… не в этой, — я грустно улыбнулась, отворачиваясь от водопада и усаживаясь в одно из плетеных кресел.

— Ты изменилась, — Муар последовала моему примеру и села напротив, закинув ногу на ногу.

— Ой ли! Только заметили?

— Не только. Но не понимаю причины, — амори молчала, внимательно разглядывая меня, будто увидела в первый раз. — Я бы вообще предположила, что ты — другая душа, но духи рода тебя признают беспрекословно. Твоё взаимодействие с тотемом прямое тому подтверждение.

А не глупа амори, не глупа. Глупые здесь долго не живут. И ведь даже верно угадала ситуацию, но не может поверить в её реальность.

— Три похода на грань к предкам считаются? — бросила первый намёк на новое исключительное положение. Всё и сразу им никто не расскажет, но дозировано, по чуть-чуть пора бы уже.

— К предкам говоришь… — заглотила наживку амори. — И что они тебе сказали?

— Не сказали. Показали, — раззадоривала я фантазию Муар, чуть ли не прямо намекая на способности Видящих. У той даже зрачки на секунду расширились, заполняя чернотой глазницы, но тут же вернулись в исходное положение.

— Что? — голос её звучал сипло, словно горло резко схватил спазм.

— Я пока только в начале пути, — скромно потупила свой взор, — но уже способна определять ядовитые вещества в воздухе, пище, воде.

— А раненые… — Муар смотрела на меня во все глаза, забыв про сдержанность и поведение подобающее статусу, — … у тотема тогда тоже?

Я кивнула, не став вдаваться в подробности.

Амори откинулась на спинку кресла, на лице её калейдоскопом менялись чувства от неверия и восхищения до ужаса и решительности.

— Будет война!

Глава 23

Я молча уставилась на амори ягуаров в ожидании пояснений.

— Да не смотри ты так! — махнула та рукой и встала, резко расхаживая по площадке. — Ты же не понимаешь. Никто не понимает. А за последнего Видящего была реальная война. Два клана перестали существовать буквально за один день.

— Как это перестали существовать?

— Вот так. Когда-то у аэров были кланы Танагров и Кетцев. Вот только Танагры оборачивались в маленьких, буквально чуть больше ладони, птичек с оперением от нежно-салатового до изумрудно-зелёного. А Кетцы… — Муар запнулась, подбирая слова, — птера ты видела, а у этих размер похожий, но была возможность складывать крылья и передвигаться на четырёх лапах.

Я прикинула разницу в габаритах и тихо присвистнула. У Танагров явно не было ни единого шанса в этой войне. А Муар продолжала исторический экскурс:

— У Кетцев начались серьёзные проблемы в клане. Духи на них разгневались. Дошло до того, что вторая ипостась проявлялась лишь у трети всей молодёжи. Их перестали выбирать в качестве партнёров двуипостасные из других кланов. Они практически стали изгоями. — Амори качала головой, рассказывая о делах давно минувших дней, которые для этого мира были не страшной сказкой, а вполне себе реальностью. — Каждый клан обязан сообщить о появлении в своих рядах Видящего на Совете Триары. Когда Кетцы узнали о ней, а это тоже была девушка, то устроили натуральную облаву на Танагров. Они и сватались, и пытались её выкрасть, и в конце концов одной ночью просто совершили налёт на гнездо Танагров. Что там произошло, никто не знает доподлинно, но с карты Мортены буквально исчезло два тотема. Орласы летали в те краях. Два гнезда будто никогда и не существовали. Оставшихся в живых Кетцев и Танагров приняли беженцами в других кланах, и они растворились, перестав существовать как вид.

Я переваривала услышанное. Было бы похоже на сказку, если бы тотем Беаров точно также не исчез после моего соглашения с духами их предков. Если принять во внимание, что среди Танагров тоже была Видящая, то она могла провернуть что-то подобное намеренно или случайно, как я в своё время. А значит, сами тотемы вполне можно было попробовать оживить, поговорив с духами. Вот только я плохо себе представляю такую вторую ипостась, которая смогла бы выстоять против Кетца при взломе их тотема. Да и найти кого-то с кровью этих кланов надо ещё постараться. Да и надо ли вообще это делать? Пока же я спросила у амори другой вопрос, шкурно касающийся меня лично:

— Обо мне вы тоже объявите в этом вашем Совете Триары? Если да, то когда?

— Обязаны, — со вздохом покачала головой Муар. — Следующий Совет соберётся через месяц на играх Триединства. Там и придётся объявить. Ягуары, конечно, не Танагры, так просто нас не сомнёшь, будем стоять насмерть, но…если будет коалиция кланов, мы не выстоим.

— Значит, будем сколачивать собственную коалицию, — уверенно заявила, глядя в глаза взволнованной амори. — Задел у нас уже есть. Орласы нам должны, Кобричи — родственники, как ни крути, а за возможность меня периодически использовать амори Эфа согласится. Клан волков вообще не обсуждается, папенька вцепится клещом в такую возможность, — перечисляла я, загибая пальцы. — Ещё есть снежные барсы, их я попробую обработать сама, через наследника.

Амори Муар хмурилась, взирая на меня с каким-то благоговейным страхом.

— Кто ты и куда дела мою внучку? — спросила она то ли в шутку, то ли всерьёз.

— Бабушка, вот разберёмся со всем этим, и я обязуюсь вернуть вам ту Рогнеду, которой не придётся выживать в этом дивном мире, — криво улыбнулась правительнице ягуаров. Взгляд при этом не отвела, ибо этой шуткой я сказал истинную правду. Как только получится здесь всё уладить, я постараюсь вернуть тело Рогнеде и вернуться домой. Кое-какие мысли на сей счёт у меня появились.

Как бы это глупо не было, я просто не