Знак Пожирателя - Дмитрий Сангулиа

– А «несколько десятков» - это много? – снова послышался второй голос.

– Уж поболе, чем у нас, точно. Может, ащё столько же, да и ащё. Но я так думаю, што врут они. Хоть сами и выглядят больно уж чистенькими. Издалече, видать.

– Погодь, а помнишь, как мимо нас те дивные шли? Ну, все блестючие, с тряпками на палках? Их ведь тож много было. Могёт, то и были энти самые, с городу?

– Дура ты, Вторица. Недаром второй родилась. Быть того не могёт, чтобы столько людёв шло. То само небесное воинство проходило. Так уж блестели, што у мя глазёнки заслезились.

Лада и Дроган переглянулись.

– Мы от них ничего не добьёмся, – прошептала женщина. – Может, сходить в ту деревню, за озером?

– Это там, где ещё хуже, чем здесь? Не удивлюсь, если тамошние жители и вовсе считают, что живут на спине черепахи. Давай-ка отсюда выбираться.

– Вот уж не думал, что эта болотная гниль покажется мне свежим воздухом, – сказал Мормагон, вдыхая полной грудью, когда они оказались снаружи.

– Где Ромашка?

Находясь в жилище старух, Лада совсем забыла о подобранной ею девочке, и теперь беспокойно оглядывалась по сторонам.

– Не бойся, вон она. За деревом прячется, – успокоил Мормагон. – Ох. Как я её понимаю. Хватит с меня этой глухомани. Давайте уж лучше вперёд, по дороге.

– Мы обещали найти её дом, – ответила Лада. – Как бы ни хотелось выбраться из этой глухомани, обещания нужно держать.

Остальные не возразили. Но не успели они отойти и на десяток шагов, как увидели ковыляющего к ним местно жителя. Одежда его была довольно чистой, на ногах – крепкие лапти. Голову украшал кожаный обруч с привязанной к нему связкой сорочьих перьев. Как и встреченный ими до этого, человек обладал заметным горбом и хромал. Лада слышала о том, что в небольших глухих деревеньках, где все уже давно стали друг другу близкими родственниками, часто встречаются уродства.

Остановившись, незнакомец изобразил кривой поклон.

– Здравия вам! Я слыхал, вы с сёстрами говорили?

– И тебе не хворать, – отозвался Дроган. – Говорили, было дело.

Незнакомец улыбнулся, продемонстрировав гниющие пеньки зубов.

– Мнится, не было в том особого толку?

Воитель молча кивнул.

– Да чего тут стоять, верно ведь? Давайте ко мне, там, за жратвой, и перемолвимся парой слов.

– Нет, уж лучше здесь, – вырвалось у Лады, ещё не до конца отошедшей от тошнотворного запаха в жилище старух.

Горбун нахмурился, но затем черты его лица разгладились и на губы вернулась улыбка.

– Да, думается, знаю, чего не так. Ну, я ж не какой-то старый дед, вросший в свою землянку. Как-никак, самый богатый я тута! Не простого роду!

– О, смотри-ка, – шепнул Мормагон. – Едва десяток дворов в деревне, а всё туда же – своя аристократия.

– И на чём же ты, добрый человек, разбогател?

– Известно, на чём! – горбун выпрямился, насколько это было возможно, пытаясь придать себе величественный вид. – Есть у меня яблонский сад! Такого ни у кого тутова нету. Вот за яблочки мои мне и платят.

– Ладно. А от нас-то чего хотел?

Горбун поманил рукой, отступая на пару шагов.

– Сюды пойдёмте. Говорить надо.

Спутники переглянулись. Дроган вздохнул и кивнул.

Яблоневый сад рос на противоположном склоне холма. Под этим гордым названием скрывались пять старых, искорёженных деревьев, на ветвях которых можно было найти едва ли пару десятков цветов.

– Представляю, каково на вкус это «сокровище», – пробормотал Мормагон.

Лада согласно кивнула.

– Но посмотри вокруг. Думаю, эта мелкая кислятина – всё равно самое вкусное, что можно найти. За это люди и готовы платить. Наверное, ещё и не едят потом эти яблоки, а выставляют у себя дома как знак достатка. Хотела бы я только знать, откуда у них взялись деньги. Или скот. Или любые другие ценности, которыми можно было бы заплатить хоть за что-то.

Землянка хозяина сада и правда была самой крупной. Впрочем, по меркам любой обычной деревни это жилище всё равно было таким скромным, что не каждый отшельник согласился бы провести в нём хотя бы ночь.

– Скажи-ка мне, добрый человек, – заговорил Дроган, пригибаясь почти вдвое, чтобы войти. – Зовут-то тебя как?

– Клином меня кличут.

– Хорошо, Клин. А в чём твоё богатство-то заключается?

Лада огляделась. И правда, обстановка здесь была такой же бедной, как и в доме у старух. К счастью, не было того запаха грязи и приближающейся смерти, который едва не сводил с ума в прошлом доме. Но и здесь смотреть было особенно не на что – те же плетёные стены, циновки на полу, лежанки. С потолка свисали странного вида не то обереги, не то украшения в виде ниток, намотанных на свёрнутые в круг ивовые прутья, к которым были привязаны пучки сорочьих перьев.

Клин стоял, нахмурившись и явно не понимая вопрос.

– Ты, может, и впрямь издалече к нам. Но за дурака-то меня держать не моги! Чай сам не видишь?

Теперь уже пришла очередь Дрогана непонимающе оглядеться. Лада, которая уже успела догадаться, что за сокровища хранил Клин, лишь усмехнулась.

– Дроган, смотри внимательнее. Вот он – признак местного достатка.

– Обереги?

– Сорочьи перья.

– У меня их так много, что и сосчитать не могу! – с гордостью сообщил новый знакомый.

У Дрогана не нашлось слов. Мормагон лишь покачал головой.

– О чём бы ты ни хотел договориться с нами, приятель, надеюсь, что ты предложишь нам что-то поинтереснее.

– О, нет! – поспешно заверил его Клин. – Купить вас у меня в мыслях не было. Тут другое. Сказать я хотел о подлых колдунах и язычниках, что водятся недалече. Средь соседей наших, сталбыть. В той поганой яме, что Лысенкой зовётся. Вы, сразу видать, люди божьи. Может, того? Выжжем богохульников под корень?

Глава 26

– Предложение, конечно, заманчивое, ничего не скажешь, – осторожно заговорил Дроган.

– Да уж, – в тон ему отозвался Мормагон. – Жечь еретиков и богохульников – идея не новая, но даже в такой глуши находит своих последователей.

Клин между тем уже суетился в дальней части