Последний ментор. - Максим Кротов

— Это многое объясняет. — Катя была на удивление хладнокровной. — Но ты мне вот что объясни. Если твоя Мать могла закладывать в генокод верность кому — либо, почему она привязала потомков Мастера к нему, а не к Императорской семье? Это же более логично.

— Логично, но только в короткой перспективе. Моя Мать была дальновидной и расчётливой женщиной и понимала, что время людей небезгранично и будущее за людьми нового поколения. Она боялась, что без чётко обозначенного лидера, они повторят судьбу людей и вновь начнут бессмысленные войны. А так как мутация Мастера, по сути, давала ему бессмертие, он был идеальным кандидатом на должность лидера нового вида.

— Так как же всё это должно было сработать?

— Думаю, скрывать смысла уже нет. Примерно в том же возрасте, в котором ты сейчас находишься, тебя бы выпустили из капсулы конечно с ложными воспоминаниями. Моя Мать учила бы тебя управлять своими эмоциями и силами, а Мастер, в это время должен был тренировать новобранцев. Когда тебе исполнилось бы двадцать один, тебя назначили бы в напарники к Мастеру. Таким образом, во время совместных операций ваши отношения развивались бы естественным образом. К сожалению, мы имеем то, что имеем.

— Из - за этого он думал, что меня кто - то контролирует.

— Возможно. И бессмертие, которое он получил, добавляет ему проблем.

— Похоже бессмертие его совсем не радует.

— Это только в романах и глупых мечтах бессмертие это что - то хорошее. А по правде, вечная жизнь — это самая страшная участь, которая может выпасть человеку. Воспоминания, как хорошие, так и плохие, становятся непосильной ношей. Это сводит с ума, а так как у Мастера не распадаются нейронные связи, он помнит буквально всю его жизнь в мельчайших подробностях.

— То есть, когда Мастер говорил, что помнит всех своих жертв, это была не метафора?

— Да. В его памяти калёным железом выжжена каждая морщинка и гримаса боли, удивления или страха, которые испытали его жертвы. Но хуже всего, он помнит тех, кого любил и потерял. За столько лет его это настолько доконало, что к цели восстановить планету, добавилась ещё одна - найти способ умереть и обрести долгожданный покой.

Катя шла по слабо освещённым коридорам следом за маленьким роботом, который показывал ей дорогу к комнате Мастера. Цербер собирался тоже пойти, но, к удивлению Кати, Иса попросила его остаться и рассказать ей о мире вокруг. Катя слегка улыбнулась, вспоминая, как Иса стояла перед Цербером, облокотившись на стол и внимательно слушая его рассказы. Повернув за угол, Катя увидела кончик хвоста, торчащего из одной комнаты. Приблизившись к дверному проёму, она осторожно заглянула внутрь. Комната была небольшой, всего три на четыре метра, и довольно скудно обставленной. Металлическая неширокая кровать, небольшой стол с миниатюрным галопроектором и простое кожаное кресло, вот и вся мебель, которая была в комнате. У дальней стены сидел Мастер и с тоской в глазах разглядывал фотографию в рамке. Через пару мгновений он отложил фотографию и перевёл взгляд на Катю.

— Заходи. Не стой в проходе.

Катя зашла и села на край кровати. Некоторое время они сидели в тишине, не зная с чего начать. Слишком много было информации, на которую они не рассчитывали. Наконец, Катя решила начать разговор.

— Ты нашёл, зачем мы пришли?

— Да. — Мастер снял с пояса блестящий цилиндр и, слегка провернув, разделил его на две части. Между половинками в стазисном поле висело семя, длиной с палец. По всей оболочке, словно вены, расходились синие полосы. — Мы неправильно задали параметры поиска, поэтому Иса и не смогла ничего найти. Мы искали устройство, какой - то механизм, а нам нужно было растение.

— И как это дерево нам поможет? — Катя была в недоумении.

— Это не простое дерево. Я тебя учил, как проникать в память человека, это растение действует схожим образом. Оно было выведено для мягкого восстановления повреждённой или уничтоженной экосистемы. Особенность этого дерева в том, что оно способно использовать энергию пустоты и с её помощью восстанавливать первоначальное состояние местности.

— Это сработает?

— Надеюсь. Других вариантов я не вижу.

Катя чувствовала, как в Мастере бурлил гнев, хоть он и старался подавить это чувство.

— Ты зол из - за того, что тебя использовали в тёмную и не сказали всей правды?

— Нет, Катя, не поэтому. Когда мой отряд предал империю, я отдал себя в руки Наследницы. Так что даже если бы она решила меня препарировать, просто ради интереса, я бы не возражал. Меня взбесило то, как обошлись с тобой, — кулак Мастера сжался, — тебя лишили возможности выбора, буквально внушив, что тебе делать. Это просто неправильно.

Она собиралась ещё о чём-то спросить, но вместо этого широко зевнула. Сонливость подкралась к ней незаметно. Решив не бродить по базе, Катя осталась на ночь в комнате Мастера. Змей достал откуда - то тонкое одеяло и накрыл её.

— Знаешь, — сонным голосом сказала Катя, — как - то мы встретили по дороге одного проповедника, он рассказывал, что у каждого человека есть пара, предназначенная только для него и, если удаётся такого человека найти, ты будешь счастлив до конца своих дней. — Она улыбнулась. — Я не знаю, правда это или нет, но я знаю, кто мой создатель. И я точно знаю, кто предназначен мне.

— Спи давай. Рано тебе об этом думать.

Через пару минут Катя уже крепко спала. По сравнению с голой землёй или бетонным полом этот тонкий старый жёсткий матрас казался самым мягким и комфортным предметом на планете. Мастер некоторое время понаблюдал как спит Катя и убедившись, что она заснула, он вновь взял в руки фотографию в рамке. Мастер просидел несколько часов рассматривая портрет девушки и проведя большим пальцем по ней, беззвучно произнёс.

— Скоро мы встретимся вновь. Подожди ещё немного.

К полудню Катя, Мастер и Цербер готовились возвращаться домой. Катя выглядела полной сил, она ещё ни разу в своей жизни так хорошо не спала. Мастер и Цербер, в свою очередь, так и не сомкнули глаз. Цербер всю ночь рассказывал Исе о мире за стенами базы, а Мастер… Мастер потерял счёт времени, блуждая по закоулкам своей памяти. Их маленькая группа шла по коридорам базы в полнейшей тишине, единственным звуком, который отражался