Точка Бифуркации VIII - Дейлор Смит

В следующий миг сконцентрировавшись на монокулярах сразу пары бойцов, я силой телекинеза сжал приборы, мгновенно выводя их из строя. Незамедлительно, такая же участь постигла и остальных бойцов противоборствующей стороны, не оставляя им и единого шанса в бою со мной на такую роскошь как визуальный контакт.

— А вы чё, суки, думали, эта хрень вам поможет? — злобно бросил я, когда дело было сделано, с удовольствием наблюдая пришедшие в лёгкое замешательство лица врагов.

— Стой, сука! Стой на месте! — внезапно взрычал один из бойцов спецназа. — Нападёшь — и все твои друзья в ту же секунду сдохнут!

Едва он это произнёс, вызывая тем самым у меня крайне неприятные чувства и желания, как стали одновременно поступать сразу от нескольких бесов сообщения о случившемся ЧП.

— Господин! Судя по всему, это газ! Их отравили!

— Так вытаскивайте их! — тут же бросил я в ответ самое очевидное.

По спешным объяснениям Аластора, в помещение, где хранились деньги, враги сначала пустили газ, а затем, когда мои люди, в том числе Стёпа с Максимом, стали валиться с ног, включили противопожарную систему. Только вот вода, которая стала моментально заливать всё помещение, оказалась такой же непростой, как всё вокруг. Демонов, которые помогали перетаскивать деньги и золото, вышвырнуло из хранилища как ошпаренных, судя по отзывам, в прямом смысле этого слова.

— Ну, допустим, стою, — выдавил я, дабы не провоцировать оппонента.

— У нас сейчас два варианта развития событий, — тут же включился в беседу главный среди ощетинившегося стволами отряда. — Первый: ты по-хорошему сдаешься, и твои друзья остаются живы. И второй: я отдаю приказ на их устранение, а потом сдохнешь и ты!

— Мне вот просто любопытно, ты действительно думаешь, что я настолько дурак, чтобы поверить тебе на слово? — параллельно отправляя Нах-Наха на помощь ребятам, произнёс я.

— Ты можешь мне эти понты корявые по ушам не гнать! — гневно рыкнул мужчина и добавил: — Спроси у своих бесов, что они видят?

Как оказалось, эти ублюдки действительно подготовились намного лучше, чем я изначально себе представлял. По докладу Аластора, плиты на полу в центре хранилища разъехались в стороны, а затем, на небольшом подъёмном механизме вверх поднялась гигантская бомба, по типу тех, что мы так любили сбрасывать с неба на своих врагов.

— Думал, только у тебя есть такие игрушки, урод? — бросил собеседник, очевидно предугадывая моё удивление. — Она рванёт, если ты прямо сейчас не уберешь эту чёрную гадость и не сдашься!

Не желая подвергать риску своих людей, я тут же развеял чёрный дым, внимательно уставившись на руку противника, угрожающе сжимавшую в кулаке детонатор.

Не опубликовал главу пару дней назад чтобы не заканчивать её на клиффхэнгере, но в итоге оно всё равно к этому и пришло:(

Глава 25

Крутившийся в голове вопрос «Как мы все умудрились так дружно облажаться?» быстро находил не самые приятные ответы. Во-первых, было очевидно, что все, в том числе я сам, просто и банально поторопились. Однозначно следовало взять паузу и подольше понаблюдать за зданием банка. Но в моменте казалось, что такой подход позволит противнику наоборот отойти от прошлых ударов и значительно лучше подготовиться к будущим. А во-вторых, даже если бы не было спешки, что можно было при подготовке этой диверсии сделать иначе? Банк полностью окружён защитным полем артефактов, и система его безопасности выстроена так, что ни о каком шпионаже с помощью бесов мне особо мечтать и не приходилось. Точнее, пару вариантов, конечно же, имелись, но в случае провала, они ставили жирный крест на всей операции, и всерьёз их никто не рассматривал. Надежда на фактор неожиданности и отсутствие у врага каких-либо сведений о наших планах именно на этот объект сыграла с нами плохую шутку. И нет, это не означало, что мы шли сюда без плана «Б», и никак не подготовились на случай возможной тревоги и прибытия группы быстрого реагирования. Но предположить, что нас здесь явно ждут и более того, вдобавок минируют святая святых этого места — как-то не приходилось. И как показала практика, очень зря.

К слову, мне внезапно стало крайне интересно, а им совсем денег не жалко? О чём, собственно, я и решил тут же полюбопытствовать.

— Там бумажек всяких много. Миллиардов десять. Так высоко меня цените? — улыбнулся я, буравя лицо противника.

— Это ещё вывезли в два раза больше, — улыбнулся стоявший напротив матёрый вояка, и добавил: — Впрочем, мне на них срать. Не моё. Пожарский тоже как-нибудь переживёт.

То, что он и его люди были серьёзными бойцами, бросалось в глаза не только из-за крутого «обвеса». Выверенные движения, слаженность, боевая сноровка и, в конце концов, их непоколебимые лица, с которыми воины шли на дело, говорили без слов — передо мной самое настоящее боевое элитное подразделение.

— Не твоё, да. Но я могу поделиться, — не переставая раздражать оппонента своей улыбкой, произнёс я, и добавил: — Там всем хватит.

Естественно, надежды на то, что они согласятся, у меня практически не было. Хотя такими предложениями врагам брезговать точно не стоило — в некоторых случаях ситуация может решиться гораздо быстрее и проще, чем обычно у меня бывает. Правда, сейчас я ставил себе совсем другую цель, нежели просто подкупить врага. Для меня было очевидно ясно, что сдаваться этим уродам без боя никакого смысла нет — в таком случае однозначно убьют и меня, и всех моих близких. Даже отомстить будет некому… Поэтому единственно верным решением оставалось тянуть время и забалтывать противника, пока Нах-Нах усердно старается вытащить всех, кто застрял в этой проклятой сокровищнице.

— За идиотов не держи нас, — оказываясь вместе со своими людьми уже в полутора метрах от меня, презрительно бросил лидер вражеского отряда, и следом же ещё раз напомнил: — Дёрнешься — я взрываю.

— Почему же за идиотов? Вы ведь не люди Пожарского, — застыв на месте, начал я, наблюдая как меня берут в полукольцо и одновременно сдерживая демонов от преждевременной атаки. — А значит, клятвы никого из вас не держат. Чем ещё, кроме как деньгами, он мог вас привязать?

То, как небрежно вражеский командир позволял себе отзываться о князе, явно указывало, что никакого прямого