Детективное агентство "Штык" 1 - Самат Айдосович Сейтимбетов

— Отец Фёдор, она оскорбляет нашу веру!

— Обычаи и традиции!!

Неизвестно, чем бы все это закончилось, толпа вокруг накручивала себя, староста ушел, а отец Фёдор молчал, как воды в рот набрал. Иван ощущал себя намного лучше и легче, чем за долгие годы, уже приготовился прыгать и стрелять, понимая, что его сметут ответным огнем, но тут Олеся еще раз ударила водой. Окатила всех и охладила толпу, буквально.

— Я отбил радиограмму в Тырнов! — появился радостный Михайло. — Мы продадим им секрет управления погодой и сможем расширить общину вдвое, нет, втрое! Поможем нашим братьям и сестрам везде!

— Что там было? — спросил Иван у подлетевшего Ахмата.

— А, дед их захлебнулся в камере, но Олеся тебя и так почистила, командир.

Отец Фёдор собиравшийся что-то сказать Листве, побледнел и ушел. Толпа остыла и расступилась, рассеялась даже, шарахаясь от "Штыка", как от чумы. Сама Олеся ничуть не смутилась и что-то объясняла Лиле и Матияшу, или, скорее, колдовала над ними.

— Логи сохранились. Они на стенки церкви внешний пояс датчиков налепили, но тому не хватало вот этой штуки, внешнего модуля, предназначенного для управления погодой.

— Что?

— Да, я там орал на весь бункер, когда понял. Анализатор состава среды вокруг, чтобы эффективнее управлять погодой.

— И наносить удары?

— Модуль зафиксировал враждебное воздействие неопознанной энергии и в бункере включилась система самозащиты. Живые операторы отсутствовали, и автоматика сама приняла решение, ударила и устранила источник опасности.

— Молнией.

— Управление погодой, командир, управление! Староста как услышал, побежал, не чуя ног, чтобы Тырнову секрет продать. Теперь власти города еще сильнее их в задницу целовать будут.

— Так Олеся же сожгла внешний модуль!

— Ничего, пошлют экспедицию в Руины, новых найдут, Хемулю медаль дадут! — Ахмат захохотал громко.

— Да, невозможно такое представить. То есть это все-таки было убийство?

— Самооборона бункера.

— Погоди, ты сказал, живых не было, а дед Тарас?

— Так он не числился в операторах, мал был еще, я так понял, — пожал плечами Ахмат. — В любом случае, дело мы раскрыли, ситуацию не накалили...

— Не торопись.

— Мы не накалили, а Олеся пусть сама отдувается. В любом случае, она должна мне шляпу!

— Шляпу?

— Она же обещала съесть шляпу!

Ахмат помчался к Олесе, которая уже оставила детей и общалась с Протыком, договариваясь о поставках воды из источника. Староста мял бороду в руке и ломил цену, явно намекая, что если Олеся останется в общине, то сможет получать воду бесплатно.

— Ты обещала съесть шляпу! Ешь! — заорал Ахмат.

— Еще ничего не доказано!

— Ничего, скоро сюда примчатся из Тырнова, и все докажут! Готовься!

Крики Ахмата услышали и жители общины.

— Лучше бы нам получить оплату да убраться отсюда, — тихо заметил Иван. — Пока в спину не выстрелили.

— Грузовик еды и две бочки воды из источника, за помощь с детьми, — продолжала торговаться Олеся.

— Мертвым вода не нужна.

— Зато и шляпу есть не придется!

Обстановка вокруг и правда накалялась, по новой. Остывшая было толпа рассеялась и тут же на краю зрения замелькали вооруженные люди. Ворота в общину прикрыли, количество дозорных увеличилось, а Олеся упиралась, будто не понимала.

Или верила, что ее магия пересилит?

— Что такое? — поднял голову староста. — Кто стрелял?

— В церкви, — безошибочно определил Кабанкин.

Пару секунд спустя донесся горестный возглас, затем еще один. Почти сразу стало понятно, что отец Фёдор застрелился, оставив короткую записку, в которой просил прощения за детей, деда Тараса и погибшего мага, Павла. Случившееся парализовало и шокировало жителей общины, оружие исчезло, накал желания устроить самосуд над "Штыком" резко стих.

— Берите машину и уезжайте, — сказал Михайло, — пока не опомнились. Еду и воду я потом пришлю, даю слово, но... обязательно было вот так вываливать всю правду? Отец Фёдор, он...

В голосе его звучали горечь и тоска.

— Скажите спасибо, что не сожгла, — снова сверкнула глазами Олеся.

Ее вставшие дыбом зеленые волосы угрожающе шевелились, будто змеи.

Выезжая за пределы общины, "Штык" едва не столкнулся с целой колонной, возглавлял которую капитан Лисов:

— Куда это вы собрались, а отчет? — возмутился он.

— В Тырнове, — ответил Иван. — Там еще священник застрелился, но думаю, ты легко раскроешь это дело, Лис.

Он поддал газу и покатил по степи, держась вдоль колеи. Олеся сняла с себя шляпу, превратила ее в какую-то условно-съедобную гадость и молча начала жевать, давясь кусками.

Молчание в машине сохранялось до самого Тырнова.

Дело о королеве красоты

Голос Олеси, громко чирикавшей по стационарному телефону, наполнял здание агентства "Штык" и ввинчивался в уши Ахмата и Ивана.

— Вот надо было тебе, командир, тогда посоветовать этому "Володеньке" сбрить усы, — ворчливо заметил Ахмат, болтая коротышечными ножками в воздухе. — Одна радость, что может кучу денег заработать, и те спустит на бумажные книги да шоколадные конфеты. Эх, нет в жизни счастья!

Иван лишь пожал могучими плечами в ответ и налил себе еще воды, осушил стакан одним глотком. Который день парило, а метеомаги Тырнова словно все ушли в отпуск и некому было заставить тучи пролиться дождем.

— Да, конечно, дорогая, я вас уверяю, такого зелья нет, не было и не будет ни в одном городе! — визгливо долбилось в уши. — Тройной эффект за те же деньги! Будете самой красивой без всяких усилий! Вся омертвевшая кожа станет живой!

— Так до нас ни один клиент не дозвонится, — зашел с другого угла карлик.

— Придут как раньше — ногами, — еще раз пожал плечами Иван.

Раздалась трель звонка, на мгновение заглушившая слова Олеси, но только на мгновение. Кабанкин не стал развивать тему зарабатывания денег и внесения доли в общий фонд, просто поднялся со словами.

— Вот, пришли.

— Олеся могла бы и открыть, раз сидит рядом, — проворчал Ахмат, вылетая следом.

— Откройте! — крикнула Олеся, хотя ее отделяло от остальных лишь несколько метров. — Наверняка это ко мне пришли, чтобы купить еще моих зелий!

Она убрала руку с трубки и снова зачирикала в нее.

— Дорогая, конечно, я не могу открыть вам секрета своей магии, но мне помогал Володенька, да, да, он такой душка и красавчик, ах,