Секретные коммандос - Джон Л. Пластер

В то же мгновение его серо-белая "Цессна Скаймастер" поднялась над облаками, и оба A-1 спикировали. На земле это был вдохновляющий момент для людей Родда, когда звук мощных поршневых двигателей раздался над верхушками деревьев. Затем пилот Кови Фултон встретил вертолеты "Кингби" и повел их вниз по кроличьей норе[55] в облаках и, один за другим, вдоль долины к РГ "Арканзас".

Это поразило людей Родда, но что еще важнее, это удивило северовьетнамцев, которые оттянулись, вероятно, считая, что ни один борт не может лететь в таких условиях. РГ "Арканзас" вытащили без единого выстрела. Ральфа Родда, одного из наших самых опытных разведчиков, и Сэма Барраса эвакуировали в Японию, а затем перевезли в Штаты для проведения дополнительных операций. Отважный пилот Кови, капитан Фултон, был награжден Крестом за выдающиеся летные заслуги.

Затем нашей группе, РГ "Иллинойс", пришло время отправиться на цель "Альфа-Один". Мы сидели возле стартовой площадки, ожидая перемены погоды. У Кови только дважды в день появлялось время, чтобы залететь так далеко на север, примерно за тридцать миль (48 км) от остальных наших развернутых групп. Поскольку группы были очень рассеяны, его самолет редко оказывался в пределах радиослышимости, когда мы были на земле.

Это стало зловещей рутиной, лететь в Дакто лишь затем, чтобы сидеть там весь день и думать о том, что мы видели на предыдущем рекогносцировочном облете. Больше всего я боялся, что в муссонной облачности может появится "подлая дырка", через которую мы пройдем, а затем она затянется, отрезав нас от авиаударов или эвакуации. Я начал задаваться вопросом, сколько из наших пропавших без вести разведгрупп исчезло в такую погоду. Я бы предпочел отправиться на любую другую цель, кроме Альфа-Один.

Беспокойство росло с каждым перелетом в Дакто. Однажды утром мы загрузились в "Хьюи" и долетели до Альфа-Один, но к тому времени, как мы оказались там, погода снова испортилась. Когда над вами внезапно нависает опасность, на страх нет времени — но это! Мы своими глазами видели ту долину, и теперь целыми днями, всю неделю, мы просто сидели у взлетки. Опасения и предчувствия росли. Плохая погода едва не погубила РГ "Арканзас". Застрянем в такую погоду на опасно удаленном Шоссе 165, и мы все погибнем. Я устал и чувствовал, как уверенность группы слабеет. Психологическое напряжение стало настолько очевидным, что оперативный офицер дал нам двухдневный перерыв. Слава богу.

Расслабляясь в Контуме, весь первый день мы даже не заикались об Альфа-Один. Затем на второй день я проснулся, чувствуя головокружение, лихорадку, и спазмы желудка. Меня рвало, и я не мог удержать в себе даже воду. К обеду у меня не было аппетита, и я чувствовал себя настолько слабым, что лег. К тому времени спазмы одолели меня настолько, что я не мог сидеть. Во второй половине дня я потерял контроль над своим кишечником и был вынужден шатаясь брести в медпункт. Затем мои подкашивающиеся ноги отказались работать.

Медики поставили капельницу, когда я потерял сознание. Позже я узнал, что у меня была опасная для жизни болезнь — бактериальная дизентерия, которая так подорвала мое состояние, что тридцать шесть часов спустя, когда оно стабилизировалось, я потерял двадцать два фунта (10 кг) от обезвоживания. Источником было неизвестно что — в тропиках болезни повсюду.

Когда я наконец пришел в себя, я поднял глаза и увидел Боба Ховарда. Он пожелал мне скорейшего выздоровления и сказал, что у него был долгий разговор с Джоном Алленом. После того, что Джон пережил в РГ "Алабама" — чудо, что он остался жив — он был неправ, считая себя обязанным вернуться в разведку. Ему не нужно было доказывать, что он все еще может это делать, хотя он и сделал это.

"Джон отправляется в Лонгтхань, чтобы преподавать в разведшколе Один-Ноль", — объявил Говард. "Им там пригодится такой хороший парень, как он". А что насчет РГ "Иллинойс"?

"РГ "Иллинойс" теперь твоя", — сказал Говард. "Ты Один-Ноль, Джон. Возьми пару недель и просто потренируйся".

Эти новости и большая доза тетрациклина поставили меня на ноги два дня спустя, как раз вовремя, чтобы Первый сержант разведки Норм Дони отправил Гленна Уэмуру и меня на комиссию по повышению. В результате боевых потерь у нас освободилось множество нашивок штаб-сержантов, так что мы с Гленном вернулись свежепроизведенными из E-5 в E-6. Что же до РГ "Иллинойс", там все выглядело нестабильно. Я унаследовал Джеффа Гарсию как своего Один-Один и взял в качестве Один-Два другого добровольца, который нес охрану на воротах. Оба были многообещающими, но они были коротки[56]: через несколько недель они начали оформлять ротацию для возвращения домой, оставив меня единственным американцем в группе.

Затем, аллилуйя, это было будто я получил первый выбор в драфте NFL. Первый сержант Дони дал мне только что прибывшего штаб-сержанта Билла Спенсера, кадрового NCO Сил спецназначения с предыдущим боевым туром во Вьетнаме в Проекте "Дельта", и годом в Таиланде в 46-й роте Сил спецназначения, занимавшейся подготовкой местных солдат. Билл был умным, сильным, увлеченным и опытным — я не мог бы выбрать лучшего человека. Хотя он был на семь лет старше, он был абсолютно профессионален и предан. Теперь у нас был фундамент для группы.

С помощью Билла я вскоре поставлю РГ "Иллинойс" на зеленый статус, готовую к бою.

Однажды днем в середине августа мы с Биллом были в дежурке разведроты, когда из Центра тактических операций появился первый сержант Дони и объявил: "РГ "Нью-Йорк" пытается взять пленного". Вместе с несколькими Один-Ноль мы отметили, что светлое время заканчивается — было пять вечера — и задумались о целесообразности затевать бой в столь позднее время.

Джон Сент-Мартин из РГ "Нью-Йорк" взял с собой восемь человек, включая Один-Один Эда Волкоффа, Один-Два Джона Блаау и пятерых монтаньяров. Его группа была высажена двумя днями ранее, менее чем в двух милях (3,2 км) от места, где был убит Деннис Бингем из РГ "Гавайи".

Они не слышали сигнальных выстрелов, не видели следопытов и не наталкивались на свежие тропы — вообще никаких признаков противника — до конца третьего дня, когда они вышли из бамбуковых зарослей и обнаружили постройки из толстых бревен, хорошо замаскированные под пологом двухъярусных джунглей. Пробираясь вперед, Сент-Мартин видел троих северовьетнамцев,