Пустынное пламя - Астрид Бьонрон

потом резко поднялся со своего рабочего места, опрокидывая со стола свитки и амулеты. Он в панике кинулся к книжному шкафу и стал судорожно искать какую-то книгу, приговаривая: "Хронос, Хронос". Аматино удивлённо наблюдал за ним, не мешая. В конце концов, Вин нашел толстый фолиант, обрамлённый золотом. Зачаровник, крехтя и ворча, тяжело положил книгу на стол. Амато не вмешивался, хоть и было очень интересно узнать, что такого ищет его наставник. Старик шелестел старыми листами книги, смачивая палец для их переворачивания. Наконец он остановился у одной очень короткой главы и быстро пробежался по ней глазами.

— Ага. Да. Ага. Хм. Да, да, оно! — воскликнул Вин и поманил Амато к себе рукой: — подойди, ученик. Вот, взгляни сюда. Эта глава всегда была маленькой во всех учебниках. Не важно, какой возьмёшь — по истории медицины, история расы эльфов омбретр, история материка… Везде! Слышишь? Везде эта глава такая маленькая и повторяется точь в точь, слово в слово! Я вижу, мой юный ученик, ты не понимаешь о чем я… Кхе. — он кашлянул и пододвинул фолиант поближе к Амато. — Эта глава написана задолго до правления рода Леджи. Я могу ошибаться, но мне кажется, что написана она где-то за двадцать, может, за тридцать тысяч лет до нашей эры… Здесь описана Алая хворь. Всё, что о ней известно, так это то, что она тогда скосила добрую часть континента. Предполагается, что в её распространении сыграла большую роль магия Хаоса. Но какая конкретно — огня, крови или чистейшая магия, — я не знаю. Да, признаться, никто не знает. Но! — Вин указал на одно из предложений. — Здесь сказано, что в те года природа будто сошла с ума. Стихийные бедствия были не редкостью: на юге шел снег, а потом резко засуха; на севере шли проливные дожди… я боюсь..

— Наставник, — перебил его Амато. — Но ведь магию Хаоса истребили многие столетия назад. Откуда ей взяться? Разве это не байки, что б пугать детей по вечерам?

Вин немного помолчал, причмокнул губами и взволнованно стал искать свою трубку с табаком. В итоге он ее нашел, наполнил свежим табаком и закурил. Только когда наставник затянулся несколько раз, он ответил ученику:

— Я боюсь, что магия Хаоса возвращается. Что-то, — или кто-то, — пробудил её.

Он сказал это таким спокойным взглядом, что Аматино пробрало до дрожжи. Не было никаких сомнений: Вин утверждал это, а не гадал. Он четко верил в то, что магия Хаоса пробуждается. Амато напрягся. Эльф вспомнил, что когда пытался изучить магию целительства, то его окружало пламя. Парень побледнел, руку стало покалывать ещё сильнее, чем было нынешним утром и Аматино вновь стал чесаться.

— Наставник, Вы уверены? Я много раз слышал, что магия Хаоса опасна.

— Кхе. Да, если верить записям. Она не поддается никакому Порядку, её нельзя просто так обуздать. Поэтому большинство магов, владевших ею, сходили с ума. Но! Мир не может существовать без темной энергии. Свет не существует без Тени, а Порядок без Хаоса — иначе наш мир бы погиб ещё столетия, если не тысячелетия, назад, — Вин вновь затянулся и выдохнул большой клубок дыма.

Аматино переминался с ноги на ногу, продолжая чесать руку. Наставник заметил его мешканья и вопросительно приподнял бровь.

— А может ли магия Хаоса зародиться в ком-то самостоятельно? Ну, я не знаю… Появиться внезапно!

— Кхе-кхе… Не знаю, мальчик мой. Последний, кто мог бы тебе это рассказать, умер восемь тысяч лет назад, будучи за решеткой. А что? Почему ты интересуешься? — Вин с подозрением взглянул на ученика.

— Любопытно, — пожал плечами Амато, стараясь сохранять спокойствие.

— "Любопытно"… — повторил за ним наставник и призадумался.

В конечном итоге, они замолчали. Каждый думал о своем и никто не собирался делиться друг с другом, что у него на душе.

* * *

Непогода бушевала долго. Солнце давно уже село, но по небу ещё плыли черные мрачные тучи. Зачаровники закончили большую часть амулетов, как в окно влетела фея. Она устало приземлилась на плечо Вину, передавая тяжёлое письмо, которое перевешивало маленького почтальона. Аматино быстро среагировал — приготовил для феи сладкого мёду и протянул маленькую кружечку. Крохотные ладошки схватили напиток, благодарственно глотая его. Вин, читая письмо, мрачнел и хмурился. Ученик помогал фее, ухаживая за ней и старался не мешать своему наставнику.

— Собирайся, — бросил ученику Вин.

— Куда?

— У Лето только что трое умерло от болезни, а ещё двое перешли в тяжёлое состояние. Он созывает всех, кто хоть немного может помочь в целительстве и просит о помощи.

Глава 15. Об ужине

Сиявия.

День 13, месяц Двух Сестёр.

Вечер обещал быть скучным.

Несмотря на то, что Сиявия сама лишила всяких титулов своего младшего брата и сама же назначила ужин с Фондаторской принцессой — желание приходить на ужин не появилось. Она хотела запереться в библиотеке и продолжить свои исследования, если бы не несколько "но" в виде Сия и собрания.

Сегодня ей хотелось одеться по-свободнее. Лёгкое, почти невесомое платье, тянулось за девушкой, словно туманное облако. Внезапное желание Сиявии не надевать обувь сильно разгневало гувернантку, но поперек слова королевы та не пошла и отставила туфли на маленьком каблучке обратно в шкаф. Именно поэтому сейчас девушка передвигалась легко и непринужденно. В какой-то момент она даже научилась радоваться теплой погоде. Обмахиваясь большим веером, Сиявия зашла в Зал Собраний. Оглядев взглядом помещение, королева заметила, что Шармер Серый все ещё отсутствует. Она недовольно со звонком щелчком закрыла веер, от чего присутствующие уже Одиннадцать Избранных испуганно оглянулись на дверь.

— Ваше Сиятельство! — сказал Двун Рыжий скрипящим неприятным голосом. — Вы так тихо вошли, что никто Вас не заметил.

Королева недовольно сузила глаза. Хорошее настроение в миг улетучилось.

— То есть, — сказала та, — Вы хотите сказать, что не замечаете свою собственную королеву?

— Что Вы, Ваше Сиятельство, — бегло пробормотал Двун, — я совсем не это хотел сказать! Я хотел сказать, что Вы сегодня очень легко и грациозно появились перед нами!

— А в обычные дни я, значит, не грациозна? — уточнила девушка.

Двун хотел было вновь ответить, но Сиявия плавно раздвинула веер и продолжила им махать, как ни в чем не бывало. Вот только с Рыжего она не спускала глаз и маг чувствовал на себе ее пристальный взгляд. В зале воцарилось неловкое молчание, которое только сильнее нагнеталось с каждым взмахом веера королевы. Первой решила заговорить Шейра:

— Вас что-то беспокоит, моя королева? Не желаете отправить феечек на разведку?

— Вы правы, Шейра, беспокоит. Как Вам всем известно,