Время наточить ножи, Кенджи-сан! - Тим Волков

Нам с Наоми оставалось только руководить процессом, вовремя направляя ребят.

У нас даже осталось немного иен, которые мы с Наоми потратили на продукты — брали в основном специи и приправы, но взяли также и немного овощей. И нужно было это для единственной важно вещи, которую я планировал.

— Открываться будем завтра утром, — произнес я, чем сильно удивил Наоми.

— Уже завтра? Не рано?

— Чем быстрей, тем лучше. Клиенты ждут, а это последнее, что им нужно. Заставлять их ждать — значит дать повод вспомнить все наши недостатки. Поэтому откроемся завтра.

— Но у нас не так много продуктов.

— Я позвоню сегодня Брюсу, попрошу привезти как можно больше. Думаю, он не откажется принять заказ по телефону. Так что откроемся завтра с утра. Думаю, остальные тоже не будут против этого.

— Конечно же нет! — кивнула девушка. — Все без работы сидят и переживают, что ничего не получится.

— Получится. Все получится.

Мы зашли в сувенирную лавку, где я обнаружили красивые подержанные картины. На одной их части были написаны короткие стихи, а на другой — иллюстрации. Хайку были на разнообразные темы, но все эти картины выглядели так гармонично и изящно, что я не сдержался и купил их.

— Украсим зал «Красного фонаря», — предложил я, протягивая сумму продавцу.

Тот завернул картины, и я вдруг ощутил, что их и не хватало в «Красном фонаре». А еще что именно они являются той самой точкой в ремонте, которая говорит — все получилось и после которой наступает душевное успокоение.

Но расслабляется как оказалось было рано.

* * *

День с утра явно не задался. Приехал Брюс с заказом, который я сделал вечером. Я ожидал его с надеждой, но один его кислый вид лица заставил меня насторожиться. Среди списка того, что я хотел видеть, было около двадцати позиций. Но доставщик привез только пять коробок.

— Кенджи, это все, что смог достать! — развел он руками. — Склады закрыты на ревизию. Там у них проверка какая-то, опять внутри корпорации страсти кипят.

— Какие еще страсти?

— Да там они друг другу всякие козни строят, то один отдел с другим войну начнет, то вот так скрыто гадости строят и палки в колеса суют. Власти хотят больше, вот и толкаются локтями. Правда задевает это других. Если удаться, то сегодня во второй половине дня съезжу еще раз на склад и привезу все, что нужно. Надеюсь. Что ревизию у них там не на весь день будет. А пока бери что есть.

— А что есть? — спросил я, понимая, что открытие под угрозой. Под очень большой угрозой.

— Осьминоги есть, Кенджи! Отличные, хорошие, свежие. Правда маленькие. Но много, — Брюс открыл коробку, демонстрируя осьминогов. Я бы даже сказал осьминожек — такие они были маленькие.

— Так что же мне с ними делать? — спросил я. — У нас в меню нет такого блюда!

— Ну на день добавь. Кормить то чем-то людей нужно! Еще рыба есть, но ее не так много — три крупных лосося. Ах да, еще черешня есть! Целая коробка!

Я тихо выругался.

— Брюс, зачем мне ящик черешни? Я ей работяг с завода кормить что ли буду?

— Кенджи, ну что было, то и привез. Вон «Золотой Дракон» вообще до вечера закрыли из-за отсутствия поставки. Я у тебя хоть что-то есть. Прояви смекалку, ты парень оригинальный, что-нибудь придумаешь. И вообще, чем тебе черешня не нравится? Вкусная. Правда кисловатая. И мелкая. Но ведь это ничего.

Я вновь тихо выругался. И махнул Брюсу — принимаю товар.

А что мне оставалось еще делать? Мы только открылись, обновленные, с новой вывеской и залом. А у нас нет продуктов. Нельзя из-за этого вновь закрываться — народ не поймет. И это мягко сказано. Нас разорвут на части. Поэтому будем обходиться тем, что имеется. Осьминоги есть — это уже хорошо. Рыбы тоже вполне хватит протянуть до обеда. С учетом того, что мы вчера с Наоми взяли немного овощей, можно что-то придумать. А вот черешня… куда ее вообще можно использовать? Предлагать уставших заводчанам в качестве закуски? Могут не понять. Настойку какую-нибудь придумать? Но тут время нужно.

Ладно, что-нибудь придумаем.

— Спасибо, Брюс. За то, что хотя бы привез это.

— Как смог помог.

Мы пожали друг другу руки и я принялся принимать товар.

* * *

Дверь закусочной отворилась, пропуская внутрь фигуру старика. Одет он был просто, в кимоно темных тонов, потертое временем и многочисленными стирками. Но в его осанке, в том, как он осторожно повесил на вешалку свою бамбуковую трость, чувствовалась недюжинная сила и уверенность в себе.

Гость невольно прикован к себе мое внимание, я и сам не мог понять почему.

Лицо старика было изрезано глубокими морщинами, но глаза светились ясным и проницательным светом. В них таилась мудрость, закаленная годами, и скрытая сила, готовая проявиться в любой момент. Когда старик огляделся вокруг, его взгляд скользнул по посетителям закусочной, цепляясь за каждого с такой силой, что казалось, он читает их мысли.

Несмотря на свою простоту, старик явно выделялся на фоне остальных посетителей. В нем чувствовалось наследие эпохи, давно ушедшей в прошлое. И хотя он был одет в потертое кимоно, в каждой его позе, в каждом движении чувствовался аристократизм, свойственный людям, привыкшим к власти и уважению.

Старик сел в дальний уголок, принялся оглядываться. Он с интересом рассматривал стены, потолок, украшения. И каждый раз одобрительно кивал, словно ведя с самим собой внутренний диалог. Старик явно был здесь впервые и утолял свое любопытство. Особое внимание он уделил картинам с хайку, которые мы купили вчера.

К гостю подошла Сакура.

— Что хотите заказать?

— Вас зовут Сакура? — спросил старик, мягко улыбнувшись.

— Откуда вы знаете? — удивилась официантка.

— У вас бейджик на груди.

Сакура рассмеялась.

— Я совсем о нем забыла! Да, меня зовут Сакура. Я приму ваш заказ.

— Сакура, — задумчиво повторил старик, словно пробуя слово на