Поцелуй черной вдовы - Евгения Бергер

Уже перед самым началом торгов, когда один из распорядителей кивнул человеку у двери, велев ее запирать, в помещение быстрым шагом вошел высокий, широкоплечий мужчина в плаще. Он был, как и прочие, в маске, лица не разглядеть, но при виде него у Соланж ёкнуло сердце…

Не может быть, нет, мозг играет с ней шутку!

— Многоуважаемые дамы и господа, рад приветствовать вас на наших закрытых торгах для избранной публики! — провозгласил, между тем, распорядитель и указал на первую клетку. — Позвольте представить вам первый лот нашего аукциона: молодого матерого волка с темпераментом столь горячим, что даже зимняя ночь рядом с ним покажется знойным летом. Поглядите на эту серую шерсть, мягкую, как гусиное перышко, в эти глаза, горящие страстью… Станьте тем, кто смирит дикого зверя и насладится его выпестованной покорностью! — Говоривший выдержал паузу, позволяя каждому его слову впитаться в сознание присутствующих клиентов. — Итак, начальная ставка — пятнадцать фунтов, — провозгласил он.

Тут же взметнулась рука мужчины в первом ряду, потом рука женщины рядом.

— Тридцать фунтов, — сказала она.

— Тридцать пять, — перебил ее ставку мужчина.

— Сорок. — Его оппонентка не собиралась сдаваться.

— Сорок пять.

Дама поджала пухлые губы, решая, как быть, и распорядитель подзадорил участников:

— Сорок пять фунтов за матерого перевертыша в самом расцвете сил и способностей. — Он улыбнулся многозначительно. — Кто даст больше? — И обвел участников взглядом. — Сорок пять фунтов раз…

— Пятьдесят, — оборвала его женщина.

Распорядитесь ей улыбнулся.

— Кто-то не хочет упустить свое счастье, и я прекрасно вас понимаю. Пятьдесят фунтов раз… пятьдесят фунтов два… пятьдесят фунтов… три. Продано даме в первом ряду! Поздравляю с прекрасным приобретением, мэм.

Дама победоносно стиснула веер и с выработанной годами сноровкой заработала им, освежая горящее от довольства лицо.

После первого лота последовало пять остальных: три волчицы, совсем юная рысь и малыш-медвежонок. Соланж по всему оставили напоследок, так как она, с замиранием сердца ожидавшая свою очередь, каждый раз выдыхала от облегчения. И ругала себе за эти эгоистичные чувства…

А еще наблюдала за человеком в плаще.

Он не участвовал ни в одном торге по лоту, только сверлил темным взглядом распорядителя на подмостках и, казалось, случайно забрел в это место простым наблюдателем. Впрочем, все изменилось, когда к ее клетке приставили яркий фонарь, и аукционист в своей привычной манере провозгласил:

— А теперь главный лот нашего аукциона: молодая лисица с такой мягкой шерстью, что дух занимается. Ее пышный хвост сведет любого с ума… — Говоривший облизнул губы. — Ммм, вы даже не представляете, что за красотка скрывается под личиной маленького зверька… Одинаково хороша что в одной, что в другой ипостаси, она, клянусь королевой, подарит вам несказанное удовольствие! — восторженно заключил говоривший, и один из мужчин поднял руку. — О, кто-то торопится начать торг! Похвальное нетерпение, — похвалил его распорядитель. — Но учтите, начальная ставка… сорок пять фунтов. Кто готов заплатить пятьдесят?

— Семьдесят, — подал голос мужчина в плаще.

И от звучания этого голоса у Соланж встали волосы на загривке. Она узнала его и поразилась той радости, что наполнила ее вдруг… Захотелось, как той же рыси, грызущей прутья соседней решетки, словно могла она, в самом деле, их перегрызть, вырваться из своей тесной тюрьмы и устремиться к нему. Признать, какой глупой была… и как ей его… не хватало…

Действительно, не хватало.

— Семьдесят фунтов раз… семьдесят фунтов…

— Семьдесят пять, — прервал распорядителя мужской голос с первого ряда.

Соланж ахнула и прижала к голове уши, рассматривая перебившего ставку мужчину. Он был толст и неповоротлив как боров; ни дать ни взять мистер Аллен, ее последний супруг.

— Восемьдесят, — произнес Кайл.

— Восемьдесят пять.

Сумма была колоссальной, и Соланж замутило от мысли, как дорого обойдется ее выходка Кайлу. И есть ли у него вообще эти деньги?

— Сто фунтов, — перебил Кайл ставку мужчины.

Глаза соперников встретились.

— Девка ваша, — признал нехотя тот, взмахивая рукой. — Она не стоит ста фунтов. Приятно с ней поразвлечься!

Распорядитель произнес привычные фразы, и Кайл, поднявшись со своего места, проследовал подписать закладную на нужную сумму.

— Нам доставить товар на указанный вами адрес? — осведомился один из мужчин. — Или желаете забрать его сами?

— Заберу сам.

— Пользуйтесь с удовольствием, сэр, — лебезя, пожелал ему распорядитель. — А коли пресытитесь, возвращайтесь — всегда будем рады предоставить вам новое… развлечение!

Соланж заметила, с каким едва сдерживаемым бешенством Кайл глянул на собеседника.

— Будьте покойны, именно так я и сделаю, — пообещал он, подхватив ее клетку, и зашагал к выходу.

В доках было темно, не видно ни мзги, только звезды и освещали едва приметную дверь. Они первыми из присутствующих покинули место торгов, и Соланж уже мысленно предвкушала, так дорого стоившую свободу, когда Кайла окликнули со спины:

— Эй ты, не торопись уходить! Разговор есть.

— Я не приучен беседовать с незнакомцами, — кинул Кайл, продолжая идти. — К тому же я занят.

— Торопишься девку опробовать? Так не спеши: она не твоя.

Кайл обернулся, насмешливо улыбаясь.

— Я за нее заплатил, а значит, моя, — ответствовал он.

— А это еще спорный вопрос. — Толстяк мотнул головой в сторону тени у себя позади. — Даг, эта лисица моя. Разберись с парнем!

Из темноты выступил здоровяк с огромными кулаками. Секунда — и он зарычал, исторгая из своей грудной клетки поистине устрашающий рык!

Глава 41

Кайл несся по улицам города всадником апокалипсиса: мечтал разгромить всех и вся, чтобы вызволить свою маленькую лису, но в доках услышал голос у уха.

— Вас, сэр, ясное дело, тянет на подвиги, я понимаю, но лучше сделать все тихо, не привлекая внимание. Зайти, изобразив одного из гостей, и сторговаться о том, что вам дорого…

Сказав это, его спутник замолк, позволив Кайлу осмыслить услышанное, а вскоре почти на бегу соскочил с крупа животного и подхватил того под уздцы.

— Мы уже близко, дальше пойдете один, — сказал он. — Свет фонаря послужит вам маяком… Вот еще, непременно наденьте. — Нищий протянул Кайлу маску. И, приняв его промедление за нерешительность, подбодрил вдруг: — У вас все получится, сэр. Вы со всяким справлялись — и с этим справитесь.

Кайл посмотрел на него в темноте пристальным взглядом.

— Кто ты такой? — спросил он. — Я должен знать.

— И узнаете в свое время. Сейчас медлить нельзя: если двери запрут — вас уже внутрь не пустят. Ну, идите же! И не забудьте про маску. Там все в