По ту сторону дороги - Екатерина Андреева

Я живо обернулась. По тропинке и впрямь шёл старший, направляясь, по-видимому, в сторону башни. Я не видела Двэйна с вечера праздника. У него свои заботы, у меня свои, и за всё это долгое время нам ни разу не удалось пересечься. Не то чтобы я неожиданно соскучилась по этому замороженному типу, но всё же вместе мы прошли через многое и, как ни крути, те события установили между нами определённую связь. Двэйн коротко кивнул в нашу сторону и повернул к башне, когда я вдруг выкрикнула его имя и, бросив лейку, побежала следом. Старший остановился и удивлённо уставился на меня.

— Привет! — чуть запыхавшись, поздоровалась я.

— Привет, — всё с тем же выражением лица ответил он. — Ты что-то хотела?

— Ну… просто… узнать, как дела у тебя? — я заикалась, не понимая, зачем окликнула его.

— Вполне. У тебя? — скорее из вежливости, чем из интереса, спросил старший.

— Работаю вместе с Джоанн, — я слегка махнула в её сторону, — так что… Она такая странная, — прибавила шёпотом, и Двэйн усмехнулся:

— Оставь её. Она любит вешать лапшу на уши. Ей не хватает внимания. Так что, будь добра, не обижай ребёнка, — произнёс он с улыбкой.

— Кто кого ещё обижает! — искренне возмутилась я. — Ты знаешь, что она…

— Ах, Алиса, тебе бы в детский сад вернуться, — вздохнул старший, и я закусила губу. Конечно, он прав.

— Куда ты пропал? Рейт, конечно, большой, но не настолько, чтобы за несколько недель не наткнуться друг на друга.

— Неужели соскучилась? — насмешливая улыбка растянулась на его лице.

— Разумеется! Кто же ещё мне будет досаждать своими недовольствами! — съязвила я. Двэйн снова усмехнулся и добавил уже серьёзно:

— Было много работы.

— Всё выясняешь про свою «цитадель»? — не замедлила спросить я. Старший посмотрел на меня уставшим взглядом:

— Алиса, я тебя прошу, забудь ты об этом. Мне Ли с его расспросами хватает с головой. Ты ещё Джоанн это скажи, и тогда весь рейт будет гудеть от очередных выдумок.

Я молча кивнула, но на моём лице, видимо, осталось выражение немого недовольства, потому что Двэйн вдруг добавил:

— Возможно, наступит момент, и ты сможешь узнать об этом. А пока забудь. Излишнее любопытство в Пустоши может принести много проблем. Мне пора идти.

И, не дожидаясь ответа, Двэйн направился к башне. Меня вдруг охватила непреодолимая грусть. Я привыкла к старшему и ощущала себя в безопасности, когда он находился поблизости. Это чувство выработалось у меня за время перехода, и теперь его сложно было побороть. Но необходимо. Наши с ним дороги разошлись: он выполнил свою работу, я больше не нуждаюсь в его защите.

Через несколько дней в рейте произошло событие, поразившее всех до глубины души и поселившее во мне новый страх.

Мисс вела меня на своё занятие: я училась стрелять из лука; хоть я и не собиралась становиться охотницей, но правило рейта гласило, что каждый должен уметь защитить себя.

— Почему вы не используете ружья для охоты? — поинтересовалась я по дороге.

— Тратить драгоценные пули? И перебудить всю Пустошь? От нас итак шуму хватает. Будем часто стрелять, тогда не только живность в лесу пропадёт, но и рыба из реки уплывёт. Нет уж, спасибо! Что за идиотские вопросы!

Я уже привыкла к грубости Мисс, поэтому невозмутимо продолжила:

— Шон сказал, что научит меня драться, но я не поняла, это всерьёз или шутка.

— Чему-то научит. Но не обольщайся, ничего особенного, лишь необходимые навыки самозащиты. Он больше болтает, чем делает. Или больше пьёт…, — сморщившись, добавила девушка.

Некоторое время мы шли молча, а потом я спросила:

— Тогда в лесу… он так странно сказал. Про мертвяка…

Мисс остановилась и посмотрела на меня с непривычным для неё замешательством:

— Да… знаешь, я понимаю твоё любопытство, но не уверена, что имею право говорить об этом. О том, как Шон попал в Пустошь, знает только наша маленькая команда.

— Конечно, ты не должна мне ничего рассказывать, — тут же отозвалась я, смутившись. — Я спрашивала не из любопытства, просто… его слова меня напугали.

— Реальность напугала бы тебя ещё больше, — она тяжело вздохнула и посмотрела куда-то вдаль. — Он всё надеется запить это воспоминание. Двэйн всегда следит за тем, чтобы в выпивке он не переходил черту, но всё равно позволяет больше, чем следовало. Так мне кажется.

— Надеюсь, однажды ему станет лучше, — искренне пожелала я.

Мисс пожала плечами.

— Знаешь, на самом деле, тебе в каком-то смысле повезло. У тебя наименее жуткая история из многих…

Я почувствовала, как мороз прошёлся по коже, но не успела ничего ответить: по рейту пронеслись громогласные крики, и мы испуганно обернулись.

Среди домов мы заметили толпу. Где-то там кричал мужчина, злобно и яростно, ему вторил женский плач, переходящий в истерический визг, остальные голоса звучали приглушённо, но в них чувствовалось напряжение. Мы переглянулись и побежали на шум. Многие тоже спешили туда. Стоило нам повернуть за один из фургонов, как нашим глазам предстала странная картина: Рейган и Шон крепко держали за руки бородатого мужчину и тащили его за собой. Тот, в свою очередь, отчаянно вырывался, что-то неистово горланя, так что брызги слюны разлетались в разные стороны. Позади них маячила фигура женщины, громко рыдающей и просившей не трогать её мужа.

— Это не я! Это не я! — наконец, разобрала я. — Отпустите!

— Успокойся и двигайся вперёд! — рявкнул Рейган.

— Ты не смеешь! Я ничего не сделал!

Шон крепче вцепился в плечо мужчины и, кажется, даже ударил его под ноги. Тот пошатнулся и злобно выругался. Мне казалось, что ещё немного, и здесь завяжется кровопролитная драка. Наверное, собравшиеся вокруг люди почувствовали то же самое, их лица напряглись, некоторые благоразумно отступили назад, а другие, напротив, придвинулись ближе, готовясь вмешаться. Но этого не понадобилось: из толпы вырвался Двэйн и направил пистолет прямо в лоб сопротивляющемуся:

— Ты заткнёшься и пойдёшь с нами спокойно, тебе ясно? — его голос прозвучал бесстрастно и тихо, но в нём чувствовалось столько ненависти, что я поёжилась.

Двэйн выглядел всклоченным, а по виску у него