Цвет красный - Богдан Ричи

- Твой друг опять забыл, где он находится. Возомнил что вправе указывать мне что делать.

Ларсоний дернулся, но на его плечо опустилась рука Думадила.

- Спокойно, - сказал он. – Время придет. Иди.

Зеленый свет перископа просвечивал насквозь. Его хозяин не спешил следовать совету.

- Ларсоний, - спокойно повторил Думадил.

Ноздри Ларсония раздулись, словно капюшон кобры.

- Время придет, - сказал он, и только после этого пошел прочь, изливая целую прорву злости.

Напыщенный придурок.

- Ты будешь наказан, - тихо сказал Думадил. – В армии не место для статусов и кланов. Но о равенстве речи не идет. Каждый должен знать свое место. Ты свое – забыл.

После этого он тоже ушел.

Взгляд скользнул по Каре. Если девушка и слышала последние слова Думадила, то никак это не обозначила. Она что-то искала в своей сумке.

Или делала вид что что-то ищет.

Ты будешь наказан… Еще один напыщенный придурок.

Но этот конфликт надо как-то решить. Этих двоих сдерживает только присутствие Махаона.

Которого я собираюсь убить иглой, лежавшей в надежно закупоренной полой трубке…

***

Когда рассвело окончательно, Махаон объявил о сиге готовности к выходу. К этому времени я уже отыскал свое нехитрое оружие и собрал вещи.

За границей леса начинались просторы степи, поросшие холмами, как сказочная ведьма бородавками.

Только не это… Слишком они похожи на те, по которым мы путешествовали с Зули, прорываясь через заросли травы и тучи насекомых…

Но выбора нет. Все шли. Шел и я.

Солнце пекло словно тэн в духовке. Мелкая мошка тонула в обилие пота, украшая тело черными точками трупиков. Вместо уютного, технологичного комбинезона, я носил тряпки.

Один день. Надо потерпеть один лишь день. И я терпел.

Радовало то, что рядом терпела Кара.

А вот тема, всплывшая постепенно в разговоре, не радовала.

- Так что у тебя там с Ларсонием и Думадилом происходит? – спросила девушка, когда мы чуть отстали от всех на подъеме в горку.

- Ничего. Это наши дела.

- Ну-ну. Ваши. Только о них уже все шепчутся, догадки строят.

- Их это не касается…

- Ты правда так считаешь новичок? Или говоришь из чувства, что должен сказать именно так?

- Я так считаю.

Кара поправила перекинутые через плечи сумки и только потом продолжила.

- Слушай, Ларсоний и правда не подарок. Но Думадил… Он просто слишком старательно следует кодексу клана. В остальном он… Нормальный.

- И? Что мне делать с этой информацией?

- Что бы между вами не происходило, это нужно решить новичок. А с Думадилом можно договориться…

Договориться. Ага. Что-то мне подсказывало, что это будет далеко не так просто, как воображает Кара.

- Я же говорю, это только наше дело.

- Ты слышал командира? Мы все – семья.

- Это ничего не меняет.

- Слушай, тебя как воспитывали вообще? Это всё меняет. Даже любая внешняя проблема, это общесемейная проблема. Что уж говорить о внутренней… Чем скорее ты это примешь, тем лучше.

- «Кажется твоя самка беспокоится о нас», - встряла Стик. – «Если бы ты решил спросить моего совета, то я бы рекомендовала не слушать ее. Это, в значительной степени, ускорит ваше сближение».

- Хорошо, - сказал я Каре. – Допустим, я принял это. Что теперь?

- «Эмм, Марк, ты кажется не так меня понял…»

- Тебе надо поговорить с Думадилом. Найдешь общий язык с ним, Ларсоний угомонится. Дор су никогда не оспорит волю своего Ах вана.

- Да, я заметил, что он его чуть-ли не в жопу целует.

Иногда жизнь любит преподносить странные, неприятные сюрпризы, от которых любой предпочел бы воздержаться. Вот только жизнь не интересовало ничье мнение, она хотела и делала.

- За эти слова ты мне тоже ответишь низовой, - сказал очередной такой сюрприз.

На вершине подъема, в тени невысоких скальных образований, ждали Думадил и Ларсоний. Их взгляды обещали многое.

- Я тебе сказал, что ты будешь наказан, - сказал Думадил. – Время пришло. Ларсоний.

Одноглазый высший плотоядно усмехнулся. Он пошел вперед, вооружённый щитом из куска механического «шмеля». Копье, с наконечником из того же материала, Ларсоний оставил у скал вместе с сумками.

А вот мое копье нацелилось в грудь приближавшемуся высшему.

Ухмылка Ларсония стала шире.

- Давай, низовой, чем больше ты будешь сопротивляться, тем больше я тебя накажу.

Он наступал.

Я перебирал в голове названия навыков, думая какие из них могут помочь.

- Ты уверен, что Махаон спустит это с рук? – спросила Кара, обращаясь к Думадилу.

- Он поймет, - сказал высший. – Мы решаем проблему. Нин фех должен знать свое место. Как только он его осознает, воцарится единство, которое нужно командиру.

- Нин фех? С каких это пор он твой нин фех?

- Не мой. Мне он не нужен. Это подарок моему дор су.

Ларсоний ударил. Врезал щитом по копью, выбивая оружие из моих рук.

Пусть.

Каменный покров. В атаку. Поймать. Упасть. Повалить. Катиться. Вниз по склону. Меня защитит покров. А его?

Руки загребли лишь воздух. А потом… Удар! В меня словно впечаталась подушка на скорости звука. Мягко. Но очень весомо. Я упал, ничего не видя и не соображая. Разум безуспешно пытался зацепиться за реальность. Что-то кричала Кара. Меня продолжали бить. Но почему-то слабо. Точно! Каменный покров. Но он скоро кончится…

Однако удары кончились раньше.

Я медленно возвращался в мир осознанности и скоро смог разобрать голоса.

- Она врет Думадил, - говорил Ларсоний.

- Ты хочешь это проверить? – уточнила Кара.

- Тебе вырвут язык за эту ложь, низовая!

- Ах ван Миленикс сам накажет своего дор су за эти слова, или мне предъявить претензию клану? – спросила Кара.

- Спокойно Ларсоний, — это уже Думадил. – Остынь.

Шаги. Думадил спускался. Я пробовал встать, но мир все еще плыл и качался.

- Я сам его накажу, - продолжил Думадил. - Если… ты подтвердишь свои слова. Я вправе это требовать, учитывая обстоятельства и твое положение.

Я наконец смог подняться. Никто не обратил на это внимание. Мои недруги смотрели только на Кару. Девушка – преобразилась. Изменился ее взгляд. Она смотрела на высших так, будто перед ней два таракана.

- Вправе, - сказала Кара. – А я