Системный рыбак – 2 - Сергей Шиленко

Проигнорировав его, я направился прямиком к полкам со свитками.

Взгляд сразу зацепился за один из них. Свиток лежал на нижней полке, в простом деревянном футляре, но он был перевязан лентой из голубоватого шёлка, так помечали в школе культивации свитки техник с водной стихией. На ярлычке к товару крупными буквами было написано «Техника Речного Потока».

— Сколько стоит этот свиток?

Торговец приблизился с видом человека, вынужденного отвлекаться на досадные мелочи.

— Эта техника стоит один золотой, — он произнёс это тоном, каким обычно говорят «луна сделана из сыра» или «свиньи умеют летать». — Боюсь, молодой человек, вам лучше поискать что-нибудь в шатрах попроще. В конце торгового ряда есть несколько лавок с более… доступными свитками.

Намёк был настолько прозрачным, что я едва не рассмеялся.

— Я спросил про цену, а не про ваши рекомендации, — ответил ему спокойно.

Торговец поджал губы, явно собираясь сказать что-то ещё более «рекомендательное», но тут рядом со мной раздался знакомый голос.

— Разве в вашем караване не ко всем клиентам должно быть одинаково уважительное отношение?

Обернулся и увидел её.

Всего в нескольких шагах от меня стояла Эмма. Та девочка, лет девяти, и её помощь мне, что до сих пор остаются для меня загадкой. Её тёмные волосы были аккуратно заплетены в косы, а глаза смотрели на торговца с большим упрёком.

За её спиной маячил слуга в тюрбане, нагруженный сумками с покупками. Судя по их количеству, девочка провела на ярмарке не один час.

Торговец мгновенно преобразился. Его снисходительная мина сменилась угодливой улыбкой.

— Юная госпожа! Какая честь видеть вас в нашем скромном заведении! Разумеется, ко всем клиентам у нас равное отношение, я просто хотел помочь молодому человеку сориентироваться в ассортименте…

— Я куплю эту технику для него, — перебила его Эмма. — Сколько вы сказали? Один золотой?

Она достала из складок платья небольшой кошелёк и потянулась к завязкам.

— Госпожа, — слуга за её спиной кашлянул. — Позвольте напомнить о распоряжении вашего дяди. Вам запрещено…

— Это мои деньги, — Эмма к нему даже не повернулась. — И я трачу их так, как считаю нужным.

Она уже собиралась высыпать монеты на прилавок, когда я мягко отвёл её руку в сторону.

— Спасибо, — сказал ей. — Но за свиток я могу заплатить сам.

Достал из-за пазухи свой кожаный мешочек и опустил его на прилавок.

Звук, с которым он ударился о дерево, был тяжёлым и глухим.

В шатре стало тихо.

Торговец уставился на мешочек так, будто перед ним вдруг материализовался настоящий дракон. Его глаза медленно округлялись, превращаясь в два чайных блюдца, рот приоткрылся. Даже староста Элрик в соседней секции обернулся на звук, и его брови поползли вверх.

Мой мешочек был раз в пять больше и явно тяжелее кошелька, что держала Эмма.

Девочка посмотрела на меня с удивлением, которое буквально за секунду сменилось искренней радостью. Её губы тронула теплая и лучезарная улыбка.

— Я рада, что у тебя всё налаживается, — сказала она тихо.

— Спасибо за поддержку, — ответил ей. — Правда, ты была одной из немногих, кто проявил ко мне доброту в этой деревне, я это очень ценю.

Эмма слегка смутилась и опустила взгляд.

В этот момент полог шатра резко откинулся.

В проёме стоял мужчина. Грузный, с надменным лицом и тяжёлым взглядом. Дорогая одежда, на руках перстни. Он сразу увидел Эмму, потом перевёл взгляд на меня, и его лицо перекосило от отвращения.

— Эмма, немедленно идём домой, — сказал он тоном, не не терпящим возражений.

Девочка вздрогнула, её плечи непроизвольно съёжились.

— Да, дядя, — она повернулась ко мне и почти прошептала. — Мне нужно идти, но я постараюсь найти способ поговорить с тобой позже.

И быстрым шагов выбежала на улицу, проскользнув мимо мужчины. Слуга с сумками поспешил за ней.

Мужчина задержался на секунду, буравя меня взглядом. В его глазах была такая концентрированная неприязнь и злоба, что даже у меня, закалённого и прошедшего огонь и чугунные сковородки высокой кухни заныли зубы. Потом он развернулся и вышел, не сказав ни слова.

Я же остался стоять посреди шатра, пытаясь понять, что только что произошло. Эмма явно знала меня, вернее знала того, чьё тело я занял.

Если поначалу я принял ее за девочку одержимую синдромом матери-терезы, то теперь её забота и желание помочь выглядели слишком личными для помощи случайному прохожему. А этот мужчина, её дядя судя по словам слуги, почему-то ненавидел меня всеми фибрами своей души.

Память прежнего владельца тела по-прежнему оставалась для меня закрытой книгой. Какие секреты она хранила?

Рид потёрся о мою ногу и издал вопросительное «мяу».

— Сам не понимаю, — ответил ему.

Ладно, с этим разберусь позже, а пока есть дела поважнее.

Я повернулся к торговцу, который всё это время стоял с приоткрытым ртом, переводя взгляд с меня, на кошель, дверь и обратно.

— Итак, — я постучал пальцем по мешочку с золотом. — Насчёт того свитка…

Торговец моргнул, словно выходя из транса, и его лицо мгновенно озарилось самой услужливой улыбкой, какую я когда-либо видел.

— Уважаемый клиент, прошу простить мою прежнюю неучтивость. Раз уж у вас есть средства, я с радостью продам вам этот свиток. Однако…

Он сделал многозначительную паузу.

— Должен признаться, что эта техника, — он кивнул на свиток с «Речным Потоком», — довольно низкого уровня. Если вы желаете, я могу принести другие, более качественные. Те, что не лежат на общей полке.

Деньги творят чудеса в любом мире.

— Какие именно техники вас интересуют? — продолжал торговец, уже доставая откуда-то маленький колокольчик.

— Водная стихия, всё что у вас есть, — ответил я.

Торговец энергично закивал и позвонил в колокольчик. Откуда-то из глубины шатра появились двое помощников, молодые парни в одинаковых серых халатах.

— Принесите кресло для уважаемого клиента! И чай! Лучший чай, что у нас есть! — торговец сноровисто раздавал указания, почувствовав в моём лице настоящий клондайк. — А вы, молодой господин, присаживайтесь, отдохните с дороги.

Через минуту я уже сидел в удобном кресле с мягкими подлокотниками. В руках была фарфоровая чашка с ароматным чаем,