Савитри - Шри Ауробиндо

Оно считает истиной единственной событие внешнее,

Мудрость отождествляет с приземленным взглядом,

А ситуация, давно известная, и действия, уже исполненные,

295. Являются при его цепком рассмотрении перилами

Для безопасности на лестнице рискованной, протянутой во Времени.

Вера его – в те только Небеса, которые ведут по древним, признанным дорогам,

И в непреложные законы, которые никто не вправе изменять,

И в нерушимое наследие великого и умершего прошлого,

300. И в ту одну дорогу, что Бог нам дал для жизни,

В Природы образ прочный, который никогда не будет изменен,

В ту часть гигантского порядка, что заведён во всей вселенной.

Милость Спасителя Миров давным-давно

Отправила Мышление это – этого косного Хранителя – на землю,

305. Чтоб всё могло здесь стать неизменяющимся, стойким образцом

И никогда не покидать свою извечную позицию.

И каждый видит, что движение по кругу это своей задаче служит точно,

И что оно неутомимо в предписанном традициями цикле;

В увядших, распадающихся службах Времени

310. Оно несет охрану строгую перед стеной обычая

Или в окрестностях туманных древней Ночи

В дремоте пребывает на камнях какого-то двора

И лает на любой, ей незнакомый свет,

Как на врага, который может дом её разрушить,

315. Как пёс сторожевой жилища духа, чувством огражденного,

Против гостей незваных из Незримого -

Как пёс, которого вскормили на объедках жизни и костях Материи

В собачей конуре реально объективной неизбежности.

Однако позади него стоит космическая мощь:

320. Неторопливое Величие хранит свой более глубокий план,

Непостижимое подобие ритмических рисунков жизни поступи;

Звезд неизменные орбиты морщинами покрыли инертное Пространство,

И миллионы видов жизни следуют безмолвному единому Закону.

Мир защищает колоссальная инертность -

325. Ведь, даже в изменении хранится неизменность;

В инерции слабеет революция -

Старое в новом платье играет ту же роль;

Энергия работает, Её печать – стабильность:

У Шивы на груди не прерывается сей грандиозный танец.

330. Вторым из трёх пришел дух огненный.

Горбун-наездник, необузданный упрямец -

Стремительный гривастый Интеллект вниз спрыгнул

Из великого мистического Пламени, что окружает те миры

И разъедает сердце существа своими жуткими остротами.

335. Оттуда появилось также жгучее видение Желания.

Оно носило тысячи обличий и примеряло без числа имён:

Необходимость в неопределенности и множестве явлений

Пришпоривает вечно к поиску Единого

На многочисленных дорогах по просторам Времени

340. Сквозь совокупности различий бесконечных.

Двусмысленный огонь сжигает грудь людскую.

Мерцающим сияньем в потоке тусклом

Огнь устремлялся к небесам, затем, поверженный, тонул в аду;

Он поднимался, чтобы ввергнуть Истину в болото,

345. Использовал для грязных целей свою сверкающую Силу;

Хамелеон огромный золотой иль голубой, иль алый,

Меняя цвет на черный, серый или мертвенно-коричневый,

Голодный, пристально глядел он, сидя на пестрой ветке жизни,

Чтобы схватить все радости, как насекомое – его любимую еду,

350. Сомнительную пищу для богатого остова,

Питающую его красок роскошь пышную.

Змей пламенный с хвостом из облака туманного,

Ведомый роем грёз блестящих мыслей,

Приподнятая голова с трепещущими гребешками всех оттенков, -

355. Тянулся к знанию он языком, дым испускающим.

Водоворот, засасывающий в необитаемую атмосферу,

Он притязания громадные свои основывал на месте на пустом,

В Небытии рожденный он шел в Небытие обратно,

Хотя невольно гнал всё время

360. К сокрытому Чему-то, которое есть Всё.

Горячий, чтоб искать, но неспособный это сохранять, -

Ярчайшее непостоянство было его чертой,

С пути сбиваться – его врожденная особенность, его естественное поведение.

Предрасположенный к бездумной вере, он в то же время

365. Истинным считал всё то, что льстило его собственным надеждам;

Любил он нежно золотые пустяки, рожденные желанием,

Ненастоящее использовал себе для пищи.

Во мраке обнаружил он сияющие формы,

Когда ж всмотрелся в нависающую полутьму,

370. Увидел красочные образы, начертанные фантазией своей;

Метался он кругами в ночи догадок

И в фотокамеру воображения ловил

Яркие сцены перспективы, ухваченные в мимолетных вспышках,

Запечатлевал он в жизни воздухе шаги мечтаний ускользающих,

375. Хранил следы случайных Форм и Сил, укрытых тайной,

И образы-мгновения наполовину обнаженных истин.

Нетерпеливо броситься, схватить и овладеть,

Не подчиняясь разуму иль виденью души, -

Вот, побуждение единственное естества его.

380. Он безрассудно тратил силу жизни, чтоб невозможного достичь:

Презрев прямую верную дорогу, он несся по путям извилистым

И оставлял всё то, чего добился, ради того, что не испробовал ещё;

Он видел недостигнутые цели безотлагательной судьбы своей

И выбирал рискованный обрыв для своего прыжка к небесным сферам.

385. В азартных играх жизни его система – авантюра,

Случайные успехи воспринимал он за надежный результат;

Ошибки не смущали самоуверенное представление,

Не знавшее глубокого закона о дорогах бытия,

А неудача не могла замедлить горячей хватки;

390. Один счастливый случай воистину оправдывал всё остальное.

Попытка, не победа, пленяла жизнь его.

Сомнительные ставки, да и призер сомнительный -

Инстинкт родил его, отцом был разум жизни:

Бежал он в этом состязании и приходил то первым, то последним.

395. И всё-таки его работа была ни мелкой и пустой, ни не имеющей значения;

Он вскармливал частицу силы Бесконечья

И мог создать всё самое высокое, что пожелала бы его фантазия;

Его страсть схватывала то, что упускал спокойный ум.

Внезапный импульс озаренья свою способность возлагал на небеса,

400. Возвышенная Мысль которых была сокрыта в тумане ослепляющем:

Он уловил мерцания, которые открыли нам солнце скрытое,

Исследовал он пустоту и обнаружил там сокровище.

Часть интуиции окрашивала чувство в пурпур;

Метнув молниеносную стрелу, он поразил незримое.

405. Он видел в темноте и слепо щурился при свете,

Полем его было неведение, неведомое – выигрышем.

Из всех трех Сил самой великой была последняя.

Явившись позже первых двух из дальних планов мысли

В мир Случая, сложившийся и иррациональный,

410. Где всё было вслепую сделано и ощущалось грубым,

И случай этот представлялся неизбежным,

Добрался Разум – мастеровитая божественность, сошедшая на землю,

Из дома своего на узком гребне Времени.

Эксперт по планам творческим и чистой выдумке,

415. Лик размышляющий с внимательными строгими глазами -

Она – эта божественность – завоевала себе сразу место прочное и постоянное -

Сильнейшая, мудрейшая из этой Троицы, подобной тройке троллей.

Вооруженная своею линзой, линейкой измерительной и пробником,

Она смотрела на вселенную, как на предмет,

420. На массы, что живут и умирают в ней,

На вещество Пространства и убегающую душу Времени

И брала землю, звезды в собственные руки,

Чтобы понять, что может она сделать из этих предметов странных.

В уме своём могучем, целеустремленном и усердном