Тараканьи бега - 2 - Вит Литвин

– Извиняюсь, – буркнул я. – Я торопился.

– А я думаю, ты успел. Выйдем!

– Тарра, дорогая! – через его плечо нашёл я взглядом орчанку. – Ты не будешь против, если я и у этого возьму его доспехи? Смотри, какая отделка! Воронённое серебро! Может, оно настоящее?

– Нет! – устало ответила дама. – Сколько можно на них время терять?! Я устала ждать! Идём.

И она встала.

– За женщину прячешься?!

Рядом с нами, с обеих сторон уже стояли охранники – «дворф, охранник, 99-ый уровень» – светилось над каждым.

– В очередь! – отмахнулся я. – Ваши свою сегодня уже использовали, – и у меня в руках появились две орочьи башки. – Правда же? – спросил я их.

И они послушно кивнули.

– Господа, – вмешался подошедший лощёный эльф-корчмарь. После моего громкого вселения при встрече мы обычно улыбались друг другу. – Напоминаю: нарушение правил поведения внутри таверны карается штрафом, не только денежным – вплоть до длительного отказа от оказания наших услуг. Оскорбление – это тоже нарушение. А при враждебном физическом контакте – вплоть до года.

И штраф в одной – распространяется на все! Ну, орк, дёрнешься?

Он скрипнул зубами и опустил руку. Да и ударить меня он не успел бы – дворфы перехватили б его руку и вышвырнули из помещения.

– О, уважаемый, – тогда повернулся я трактирщику: – На улице я был несколько неосторожен и нашумел. Думаю, следует ждать стражников. Но мне совсем некогда! Будьте добры, извинитесь за меня, – и я протянул ему кошель. Банковские кошельки – приметные и немного разные – на двадцать пять золотых, пятьдесят и сто. Этот, который поместился в кармане, был самым меньшим из них. – Как Вы думаете, хватит?

– Да, господин, Вы же не убивец какой-то. И понимаете правила вежества. Конечно, я должен бы удостовериться в сумме, но банковская печать не повреждена, а Вас ждёт такая женщина…

Он, покосившись в сторону Тарры, расплылся в улыбке, принял кошель и отступил, открывая мне проход в обход оскалившегося от беспомощности… как, там, его? – Корттега.

– Дорогая! – не уделяя более ему внимания, двинулся к Тарре я. – Я весь твой!

Она только головой покачала и, не дожидаясь меня двинулась к лестнице. На ней была всё та же лёгкая броня и, соответственно, сапожки, сверху и с боков усиленные металлическими вставками, но с мягкой, скрывающей шум шагов подошвой, однако, я почти услышал недовольный перестук несуществующих каблучков: дама публично демонстрировала своё недовольство этим залом, этим миром, этой вселенной. И, кажется, ещё и тем, что на ней не было туфель с такими каблучками!

Но у первой ступеньки остановилась, недовольно скосила налево взгляд и неспешно откинула руку. Я успел подхватить её.

« – Не, во, даёт! А ещё орчанка! С шатром вместо дворца!

« – Господин, Ваша последняя фраза была слишком вольной. Вам демонстрируют неудовольствие.

« – А не обойдётся ли?

« – Рекомендую извиниться. И, господин, я чувствую Ваше нетерпение… –

Черт! Чувствует она! А я-то как его ощущаю!

« – …но напомню, что согласно всем канонам, минимальная длительность прелюдии – полчаса, – и вдруг она усмехнулась: – Господин, а если совместить?

И как раз в этот момент коготок – да, у орков и ногти не плоские – когти!– её коготок чуть царапая кожу, прошелся по середине моей ладони – меня аж, до позвоночника продрало!

Совместить секс с прелюдией?

Смех на два женских голоса.

« – Прелюдию с извинениями, господин.

А и точно! Что любое извинение перед любой женщиной начинается с подарка, я знал. В этом были едины все мои знакомые дамы – от стервы Верки до грымзы-бухгалтерши – тёти Сони. Правда, последняя предпочитала термин “премия”. То есть: деньгами мне, наличными! Впрочем, это могло быть следствием её скепсиса в моей способности выбрать достойное.

А что предложить орчанке?

« – Ой, хозяин, не вздумай сейчас с ней торговаться – без штанов останешься!

Да я как бы не против!

« – Дык навсегда.

« – Да, господин. Она сейчас, вероятно, тоже ничего не соображает и чисто на женских рефлексах провернёт: я – вся твоя, а всё твоё – моё.

Я распахнул перед орчанкой дверь в свою комнату, и мы перед нею замерли.

« – Хозяин! – зашипела моя рыжая. – Входи первый! Не Земля это!

Да, что ж голова-то совсем не работает?!

« – Может, потому что вся кровь отлила к другому месту? Господин, не сорвитесь, я ещё раз напоминаю об извинении и первом получасе. Сделайте девушке красивое! Она, конечно, и слова не скажет, но ведь запомнит!

Я шагнул внутрь и потянул её за руку следом. Вошли. Загорелся свет.

Что она может оказаться здесь, я очень надеялся, так что, у меня было опрятно, солидно, просторно. И не одна уже комната – три. Эта – гостиная.

Кеттара огляделась, сжала мою руку и… и неожиданно, резко отодвинулась.

– Нет, так негоже!Где у тебя, в этих хоромах ванна? – я махнул рукой. – Я быстро. Входить ко мне запрещаю!

Ушла. И что всё это значит?

« – Да всё просто, хозяин: представляешь, ты её обнимать примешься, и начнёте доспехами звякать друг о друга! Не комильфо.

Слова-то какие выучила…

« – Господин, Вы её всё-таки впечатлили: «хоромы»! Но рекомендую переодеться тоже. И хоть чуть-чуть… обтереться, что ли!

Точно. Ванну она заняла, но на кухне вода у меня тоже имеется. И, так как время есть – стол! И шампанское! Нет – монастырское вино, его даже другая дикарка, Хельга, хвалила.

Тогда в прошлой локации, услышав, что “госпожа” поесть не успела, служанки натащили еды в библиотеку прямо к тайной двери. И когда Хельга после завершения промежуточного уровня вышла, она часть, вместе с тарелками! – побросала себе в рюкзак, про остальное же кивнула мне: «Возьмёшь!» Слуги с её самоуправством спорить не стали. Я и взял. Мне даже цапля ихняя досталась! С блюдом, а котором она лежала. И запечатанный кувшинчик вина.

А хранилище из Рюкзака – идеальное. Думаю, в нём – временной стазис, то есть, время вообще не работает. По крайней мере уже больше недели прошло, а на моей цапле, вон, капельки жира застыть так и