Западная Европа против Византии. Константинополь под натиском крестоносцев - Чарльз Брэнд

императору: «…в письме он упрекнул императора, потому что тот негуманно позволил многим из них погибнуть от голода и холода ввиду отсутствия одежды – людям, которые открыто взяли в руки оружие, чтобы воевать с римлянами по закону войны, но которые также были христианами и попали к нему в руки по воле Божьей. Он сказал, что победитель должен либо немедленно осудить пленников на уничтожение, таким образом уподобившись звериной натуре и пренебрегая человеческим законом, либо не одобрять этого и, взяв их в плен, должен по крайней мере давать им небольшую буханку хлеба, если ему жаль более полноценного питания, но не должен мстить иначе, чем мечом или напрямую гибелью, а не позволять им голодать и падать духом из-за мороза и холода, изобретая причину смерти, даже если он и не пронзил им грудь копьем или не вырвал стрелу из их тел, так как нет разницы между убийством и созданием условий для наступления смерти». Исаак не прислушался к словам короля; немало пленников ежедневно хоронили в общих могилах. Такое обращение с пленными продолжалось больше года, пока, нуждаясь в войсках, в 1187 г. Исаак не освободил выживших и не зачислил их в пехоту под командованием Алексея Враны для отправки на войну с валахами. Врана воспользовался этим случаем для поднятия восстания и повел свою армию на Константинополь, где его норманны с легкостью одержали верх над византийским войском, посланным им навстречу, но потерпели поражение от поспешно набранных рекрутов Конрада Монферратского. Об их последующей судьбе нет никаких записей.

В добавление к этим рядовым сицилийским пленным в руках Исаака находились норманнские полководцы – граф Балдуин и граф Ришар Ачерра. Император помнил о письме, которое граф Балдуин написал ему перед битвой при Деметрицах и в котором высмеивал Исаака и советовал ему отречься от престола. На официальной аудиенции новый правитель обвинил графа в неучтивости и пригрозил ему смертью. Балдуин, обладавший языком, искусным в лести, похвалил остроту меча императора и заявил, что слова Исаака – не просто правда, а божественное внушение. Более того, по его словам, Исааку нет нужды самому вести войну или возглавлять свою армию, когда он может послать людей, умения которых и его враги, и весь мир могут подтвердить. Император позволил своему гневу утихнуть и даровал прощение и освобождение от пыток и смерти всем, кто ранее боролся с ним, используя силу, или будет делать это в будущем. Так Исаак освободил норманнов от их страхов; вероятно, он не собирался делать больше, чем произвести впечатление на них своим величием.

Дата заключения и характер мирного договора между Вильгельмом и Исааком неизвестны. Договор не предшествовал победе Маргаритони на Кипре весной 1187 г., но он, вероятно, был заключен после завоевания Саладином Иерусалима в октябре того же года. Вильгельм II, взволнованный последним событием, немедленно использовал все свои ресурсы, чтобы отправить помощь в Святую землю; поэтому он захотел развязать себе руки от хлопотной и зашедшей в тупик войны. По этому договору Исаак, очевидно, освободил и своих оставшихся пленников: в 1189 г. Ришар Ачерра возвратился в Италию.

Из двух претендентов на трон крестьянский парень, назвавшийся Алексеем II, отправился во Францию, где все восторгались его умением говорить по-гречески, по-латыни и по-французски. Он утверждал, что Филипп II – его родственник по браку, и некоторое время ему оказывали почести при дворе до тех пор, пока его обман не раскрылся, и тогда он исчез. Ничего не известно о судьбе Малеина и Алексея Сикунтина, но есть вероятность, что они погибли либо во время, либо после сражения.

После войны 1185 г. ненависть норманнской армии к византийцам нашла отклик в Европе. Латинские летописцы поддерживали память о предательстве Алексея Враны в битве при Деметрицах. Один монах написал в 1200 г.: «В итоге армия императора Исаака, командовать которой был назначен некий князь по имени Гранатус [Врана], встретила его [Вильгельма] людей мирными словами, сказав, что они не могут дальше идти, а если они хотят возвратиться на свою родину, то он пообещал им безопасность и гарантировал прочный мир. Графы короля Сицилии приняли эту гарантию и, пообещав мир, в свою очередь, были обмануты греками в День святого Леонарда [15 октября] и благодаря хитрости уведены в Константинополь в плен». Преемник Вильгельма Тирского в 1229 г. даже утверждал, что некие греки, которые притворялись врагами власти в Константинополе, завели войска Вильгельма II в ловушку. Обвинение в предательстве было выдвинуто в 1195 г. Генрихом VI, чтобы оправдать свое требование восстановить завоевания Вильгельма II. Оскорбленная невинность латинян едва ли может устоять перед своим собственным неуважением к «законам цивилизованной войны», и византиец Никита Хониат не делает секрета из того, что одобряет хитроумную тактику Враны, хотя и пытается найти отговорку для такого вероломства.

Преступления норманнов в Фессалониках произвели сильное впечатление на византийцев. В труде большем по масштабу, чем монография Евстафия, Никита Хониат посвящает им много страниц, утверждая, что Господь допустил все эти вещи, потому что византийцы виноваты в том, что терпели тиранию Андроника, но армия агрессора, жестокость которой превзошла дозволенное Господом, была справедливо разгромлена Исааком Ангелом. Разграбление Фессалоники также стало прелюдией к разграблению Константинополя во время Четвертого крестового похода, и Никита, который писал или пересматривал свой труд после этого события, не жалеет усилий, риторически приукрашивая самые ужасающие инциденты, которые он нашел у Евстафия.

На тот момент империя Исаака Ангела выдержала одно из самых серьезных нападений, когда-либо организованных Западом, но вторжение Вильгельма довело до лихорадки навязчивый страх византийцев перед западной агрессией. Когда Фридрих Барбаросса, который хотел только спасти Иерусалим от сарацин, попросил разрешения пройти через Восточную империю, Исаак приготовил враждебный прием. Тем временем византийцы могли радоваться своему кратковременному избавлению: «Война на суше имела такой счастливый конец, который никогда и не приходил нам в голову. Господь, который заботится обо всех, потому что Он владыка над всеми и с огромным милосердием решает дела человеческие и имеет сострадание ко всем, потому что Он всемогущ, кладет дела наши на весы и вознаграждает все обоснованные надежды, карает нас за что-то, наказал наших врагов во множестве…»

Глава 7

Крестовый поход Фридриха Барбароссы

Исаак Ангел получил лишь небольшую передышку. Как только закончилась война с норманнами, в Константинополь пришла весть о том, что на Западе готовится новый крестовый поход, ставший необходимым ввиду завоевания Иерусалима Саладином в 1187 г. Одна армия крестоносцев пойдет по пути Первого и Второго крестовых походов через Византийскую империю. Командующий походом Фридрих Барбаросса – известный враг Византии, очевидно,