Разреши любить - Анна Джейн

в спальне неожиданно появилась большая тень, а в свете луны блеснуло лезвие ножа, который тень держала в руке. Я и опомниться не

успела, как эта тень оказалась рядом с кроватью.

Меня грубо схватили за волосы и зажали рот пахнущей табаком ладонью. К шее приставили нож.

- Молчи, сучка, - проговорил незнакомый мужской голос - низкий и хриплый. - Иначе располосую прямо сейчас.

Глава 43. Спасение

От ужаса я дернулась и почувствовала острый укол лезвия в шею. По коже потекло что-то теплое.

- Не дергайся, - приказал мужчина, не отпуская меня. - Будешь вести себя хорошо, останешься живой. Поняла?

В ответ я промычала в его ладонь что-то неразборчивое. Ужас, сковавший меня, был такой силы, что я с трудом осознавала реальность. Это все происходило будто бы не со мной, а с кем-то другим. Я просто смотрю какое-то страшное кино...

- Идешь со мной, сучка. Никаких звуков и лишних движений. - Мужчина плотнее прижал лезвие к моей шее, делая больнее. А затем рывком поднял меня на ноги, которые подкашивались, как у сломанной куклы. - Может быть, твой папаша тебя спасет.

И он хрипло рассмеялся.

Я вдруг снова услышала шум и подняла взгляд. За полураскрытой дверью находилась еще одна тень. Это был Игнат, и когда я поняла это, страх и отчаяние отступили. Стало спокойно, несмотря на то, что к моей шее какой-то ублюдок прижимал лезвие ножа - так, что по ней текла кровь. Я знала, что он не оставит меня в беде. Спасет. Как спасал раньше.

Наши с Игнатом взгляды встретились, и он покачал головой, давая понять, чтобы я не выдавала его. Это заняло буквально две или три секунды - проникший в мой номер мужчина ничего не заподозрил. Он грубо поволок меня в сторону двери, совершенно не ожидая нападения.

Игнат появился внезапно, набросился на похитителя со спины, и тот на мгновение растерялся. Выпустил меня и накинулся на Игната. Завязалась борьба - жестокая и молчаливая, без криков и гулких ударов, как это обычно бывает в фильмах.

Дальнейшие события сохранились в моей памяти, как обрывочные картинки, наполненные страхом - не страхом за себя, а страхом за Игната.

Я выбежала в коридор и стала звать на помощь. Я кричала так истерично и громко, что почти тут же появились люди - постояльцы и охрана Вальзера. Они забежали в номер, не давая мне возможности последовать за ними. А спустя несколько минут вышли, волоча за собой небритого мужчину с окровавленным лицом. Моего несостоявшегося похитителя. Увидев меня, он ухмыльнулся:

- Фартовая ты.

Но тут же получил под дых от одного из охранников и замолчал. Только до него мне дела не было - я хотела знать, что с Игнатом. Он все еще оставался внутри. А вдруг охрана Вальзера решила, что они заодно?! И что-нибудь с ним сделала? Или этот урод ранил Игната?..

Я рванула обратно в номер, не слыша ничьих криков. Теперь всюду горел яркий свет, на полу виднелись капли крови. В прихожей и гостиной все было перевернуто вверх ногами - видимо, из-за борьбы. Бледный Игнат сидел на полу, привалившись к стене и откинув назад шею - так, что выступал кадык. Темные волосы полукольцами прилипли ко лбу, дыхание казалось тяжелым, а на рубашке виднелись пятна крови. Рядом валялся окровавленный нож.

Господи, Игнат ранен... Ранен из-за меня!

Он увидел меня и попытался улыбнуться.

- Влада, ты в порядке? - В его голосе было столько нежности, что она опалила сердце.

- Да... А ты?.. А ты как?!

Совершенно не контролируя себя, я бросилась к Игнату, упала на колени рядом, обхватила ладонями его лицо, заглянула в глаза и спросила странным тонким голосом:

- Тебе... Тебе больно?

Глядя мне в глаза, Игнат медленно кивнул.

- Где? - прошептала я, перепугавшись так, что удавкой сдавило горло. - Где больно? Скажи...

Он молча прижал ладонь к левой стороне груди. От ужаса внутри все перевернулось. Сердце? Его ранили в сердце? Что теперь будет?

Игната ждет... смерть?

Смерть. Слово-стрела, пронзающая насквозь. Слово-боль, после которого хочется выть. Слово-вечность, в которую вмерзает душа. Слово, после которого больше ничего нет.

Лучше бы это меня ранили. Только не его. За что ему эта боль?.

- Тебя ранили в сердце? - прошептала я, сжимая лицо Игната и вглядываясь в янтарные глаза. Каждое слово давалось с трудом.

Наверное, на моем лице отразился такой ужас, что Игнат замотал головой, прикладывая свои ладони поверх моих.

- Нет, нет, ты не так поняла, Влада... Так, несколько царапин, ничего страшного, - заговорил он. - Я в порядке. Все хорошо. А ты... У тебя порез на шее. Больно, моя девочка?

- Нет... Я тоже в порядке, - с трудом произнесла я.

Игнат подался вперед, привлекая меня к себе и обнимая, а я и не сопротивлялась. В его объятиях было тепло и безопасно. Я положила голову на его плечо и зачем-то вцепилась в его широкое запястье.

- Все хорошо, малыш, - сказал Игнат, прижимая меня к себе крепче. - Все хорошо. Ты так дрожишь... Не бойся, маленькая, все позади. Никто больше тебя не тронет. Веришь?

- Верю, - проговорила я с трудом, зарываясь носом в его плечо и вдыхая знакомый запах. Ты мой, только мой, Игнат. Мой...

Мне хотелось просидеть с ним так целую вечность, но уже спустя минуту меня подняли на ноги люди Вальзера. И, не давая больше ничего сказать Игнату, куда-то повели. Я в панике оглядывалась на Игната, не желая уходить от него, даже кричала что-то, но мне все равно не позволили остаться. Сказали, что должны следовать указаниям отца. Меня посадили в машину, в которой спустя несколько минут оказалась перепуганная Мэри, которая явно переборщила с алкоголем, и нам повезли домой.

День рождения закончился несостоявшимся похищением.

С Вальзером я встретилась только на следующий день, вечером - все это время он отсутствовал. Я так и не смогла уснуть, произошедшее не давало мне сомкнуть глаза. Просто лежала в кровати, сжимая одеяло, и думала об Игнате. А еще почему-то о маме. Плакать и кричать не хотелось - хотелось спрятаться. Забиться поглубже в нору и закрыть глаза, чтобы утонуть в