Белая башня - Екатерина Лесина

— Тебе стоит поработать над чувством такта, — заметил Миха.

— Ничего. Лучше пусть правду говорит, — Джер повернулся к магичке. — А то тот, который при папеньке… он всегда говорил много, красиво. И теперь понимаю, что отец путался в этих словах. Что слышал совсем не то, что ему говорили.

— Случается, — Карраго все еще сидел, не делая попыток приблизиться. — Великое искусство речи…

— Заткнись, — рявкнула Миара. — А ты постарайся двигаться не слишком резко. Я не знаю, что это такое, но теперь этот венец просто так снять не выйдет.

— И не надо, — Джер все же потрогал его. И кровь с виска смахнул, чуть поморщившись. — Он сейчас… он привыкнет. Да.

— Ты…

— Я ему нравлюсь. Хотя он помнит других. Да. Что такое расширенный доступ?

Он моргнул.

Нахмурился. Прищурил глаза, будто пытаясь разглядеть что-то, видимое лишь ему. И затряс головой.

Рука взметнулась к глазам, но была остановлена.

— Полегче. То, что ты не умер пока, еще не значит, что это в принципе не опасно. Посиди спокойно…

— Перед глазами такое вот… как будто пленку зеленую повесили. И на ней картинки. И буквы. Смешно. Буквы незнакомые, а я их понимаю. Как такое возможно?

— Как-то возможно. Как и существование мальчишки, которому в череп вогнали дюжину игл, а он все одно жив…

— Постарайся мысленно отодвинуть этот экран от себя… — произнес Миха.

— Эк… что?

— Пленку. Это как будто книга, только такая, которую видишь только ты.

— Когда человек видит то, чего не видят другие, это называется безумием, — проворчал Джер.

— Тебе еще рано становиться циничным, — Миара помахала перед глазами ладонью. — Это моя привилегия. Видишь?

— Руку твою. И этот… кран?

— Экран.

— Тоже… и да, кажется… а если… я могу его сделать большим и… — Джер растянул руки, и шар на ладони вдруг треснул, а затем развалился на две половины, каждая из которых выпустила пару серебристых лент. Ленты в свою очередь распались на нити.

А нити оплели ладонь и запястье, затем и выше поползли. При этом рукав грязной куртки помехой не стал. Скорее уж рукав этот рассыпался, а нити прижались к коже, сливаясь друг с другом. Досталось и пальцам.

— Ух ты… — Джер приподнял руку, отливавшую то ли сталью, то ли серебром, и пальцами пошевелил. — Это же ж…

А потом вытянул её и ткнул куда-то.

— Он предлагает принять какое-то… глашение.

— Соглашение?

— Ага! Похоже на то. Только как его принять? Клятву произнести? На крови? Или так? А слова какие?

— Погоди… потребуй вывести текст на экран, — Миха пересел ближе. Миара, снова завладевшая левой рукой Джера, ревниво покосилась, явно не собираясь расставаться то ли с пациентом, то ли с объектом изучения. — Мысленно…

Если все так, то венец будет своего рода… очками виртуальной реальности?

Чем-то вроде?

Венец виртуальной реальности. Хотя… кто их, Древних, знает, какие гаджеты им милее были. Может, они вовсе рептилоиды, у которых очки с носу соскальзывали.

— Ага…

— А можешь потребовать, чтобы текст стал виден?

— Э… — Джер ненадолго завис. — Тут это… внешний доступ к экрану?

— Попробуй.

Венец тоже преобразился. Он утратил угловатость, сделавшись одной сплошною лентой, опоясывавшей голову Джера.

Или не совсем лентой?

От ленты спускались те же нити, что уходили под кожу.

И смотрелось жутковато.

— Ага… тут настройки… это что? Погоди… ага, если так…

Воздух перед Джером замерцал. Экран оказался не таким и большим, ладони в две, хотя Миха подозревал, что размеры относятся к числу настраиваемых параметров. Но пускай так.

— Это… — Миара не удержалась и поднесла к экрану палец, но покосилась на Карраго, наблюдавшего за ней с милою улыбкой, и руку убрала. — Что?

— Экран, — ответил Миха. — В моем мире такие только создаются… точнее, может, где-то уже и есть, но не в общем пользовании. Текст?

Текст вышел.

Только в виде значков и символов, пусть вполне различимых, но от того не легче, поскольку ни один не знаком.

— Она тут… это… предлагает адап… дапти…

— Адаптировать?

— Да. Перевод на… местный язык согласно… как это вообще читать можно⁈ У меня голова болит!

— С непривычки, — заметил Карраго. — У многих молодых людей, не имеющих обыкновения читать, если вдруг случается необходимость таковая, начинает болеть голова. Мозг, мой юный друг, как и мышцы, надо тренировать.

— Соглашайся.

— Ага, — Джер спешно ткнул куда-то пальцем. И значки переменились. Он посмотрел на Миху. На Миару. И поняв, что никто-то читать не будет, вздохнул. — Я это… в общем… сейчас.

Читал он с запинками, то и дело спотыкаясь.

Но читал.

Вот ведь. мир другой. Время другое. А соглашение это… веет от него чем-то донельзя родным.

— И принимать, да?

— Да, — сказал Миха.

— А потом что?

— Потом… — Миха задумался. — Как минимум ты получишь доступ…

— К чему?

— Пока не знаю. Эти вещи созданы, чтобы управлять… чем-то. А вот чем именно… если повезет, то сможешь войти в систему. И открыть нам доступ. Дать разрешение на проход.

— Ага… — взгляд Джера расфокусировался, а экран, замерцав, побледнел. Но нет. Он снова стал ярче. И шире. Мальчишка чуть нахмурился. А потом протянул руку и просто раздвинул его за углы.

— Оно тут говорит, что… несанкционированное проникновение на… санкционировать? Или… ага… еще можно запустить программу ликвидации…

— Я тебе запущу! — рявкнул Миха.

— Да не дурак, понимаю… санкционировать… оно хочет… это… сканировать объекты для занесения в базу? Разрешить?

— Разрешай.

Джер кивнул и вперился взглядом в экран.

— Ага… оно того… этого…

— А точнее? — не выдержал Карраго. — Кого оно того, а кого — этого?

— Ну… тут… обнаружен объект с дефектным функционированием энергетических потоков. Его рекомендуется ликвидировать, как потенциально опасный.

Миха напрягся.

— А… это он про упыря… нет, ликвидировать не надо, — Джер пробормотал еще что-то под нос, совсем уж неразличимое. — Ага… дефекты энергетической оболочки… рекомендуется начать репликацию сознания для перемещения в другой носитель. Карраго… что такое репликация?

— Только ничего не нажимай! — попросил Миха.

— Я и не собираюсь… а у нее вон дефекты энергетических узлов вследствие деста… десто… дестбилизированной…

— Дестабилизированной?

— Я так и говорю. Этой самой… психо-эмоциональной сферы. А я знал, что она дура!

— Сам дурак! — огрызнулась Миара.

— Это не про интеллект. Это про эмоции, — поправил Миха. — Что еще?

— Рекомендуется внесение в эмоциональный профиль стабилизирующего кода… — рука замерла над экраном, а взгляд Джера стал задумчивым-презадумчивым. — Может, и вправду? Если она спокойней станет, всем же ж хорошо будет.

— Не мне!

— И тебе! — пообещал он.

— Нет, — Миха с трудом сдержался, чтобы не перехватить руку. Вдохнул. И выдохнул. — Эту вещь сотворили Древние. И времени с того момента прошло много. Нельзя быть уверенным, что она работает… адекватно. В смысле, что правильно. И что их способы подойдут нам. И что это вмешательство и вправду будет полезно. Может и наоборот…

— Свихнется окончательно? — кажется, подобный аргумент Джеру был понятен. — Ну да… нафиг, она и так истеричка долбаная, а тут вообще… кстати, у нее ранг оператора третьего уровня. И предлагает повысить доступ…

— Повышай.

— А…

Палец тыкнул куда-то в угол экрана. Но во взгляде Джера читался вопрос. И Миха пояснил:

— Доступ открывается внутри системы. Он никак не затронет саму Миару. Это как если… ты даешь ей ключи от дверей своего замка.

— Понятно, — мальчишка кивнул. — А у тебя это… рассинхронизация малых энергетических потоков вследствие… — он снова запнулся, проворчал что-то под нос и продолжил-таки. — Вследствие естественной разнородности биологического материала… это как?

— Это так, что его тело изменяли, — проговорил Карраго мягко. — Причем используя части других организмов. И тот, кто это делал, был неплохим мастером, но полностью синхронизировать течение энергии в разных тканях практически невозможно.

— А оно предлагает…

— Не стоит, — Миха подвинулся ближе к экрану. — Оно и будет предлагать. Если… когда убедимся, что в этом есть смысл, что эти изменения безопасны, тогда и попробуем. А пока нам нужно немного иное. Сдвинь личные карты… не закрывай, а просто в сторону.

Джер запыхтел.

— И вызови карту местности.

Если таковая имеется. А она должна быть.

Экран мигнул, пошел рябью.

— Ух ты!

Стало быть, получилось. Вот… все-таки в обычных стационарных мониторах есть свои преимущества. Там изображение видно не только хозяину монитора.

— А тут… речку вижу! И мост! Только…