Золотой гобелен - Рэд Инин

— Есть какие-нибудь предположения? — я решил забыть на время роль припадочной девицы. Мне просто хотелось поговорить о кораблях и море.

— Трудно сказать, — не глядя на меня, произнес своим необычным голосом Йуг. — Если бы все ограничивалось толчками, можно было бы списать происходящее на дефект обшивки. Но есть кое-что еще.

Я был почти уверен, что все происходящее связано с тем, что сейчас обжигало кожу у меня на груди.

— Что же? — спросил я, когда мы отошли к краю палубы, так что было видно водную гладь у самого борта.

— Ветер изменился. В это время года обычно дует западный ветер, но вот уже неделю он постоянно меняет направление. Иногда мне кажется, что он, как загонщик, направляет нас к определённому месту.

— А далеко до ближайшего порта? Может можно как-то послать сигнал?

— При попутном ветре не больше дня пути, — ответил он не отрывая взгляда от спокойного, как зеркало, моря, — но в такую погоду мы можем ждать вечно. И никого не позовем, потому что судно, пришедшее на помощь, тоже может попасть в беду. Так что остается надеяться, что все разрешится само собой.

В ярко-голубых глазах на усыпанном веснушками лице вспыхнул огонек. Парень, кажется, предвкушал новое приключение. Я вспомнил, как Йуг сказал, что его имя имеет какое-то особое значение, несомненно важное для него, раз он упомянул об этом, словно титул назвал.

— Мое полное имя Йуг Хау Хиату — «родившийся в море», — с ноткой гордости произнес он.

— Ты, то есть вы, родились на корабле? — вот уж поистине повезло — позавидовал я. Как потом выяснилось из его рассказа, завидовать было особо нечему.

Отец Йуга был хозяином и капитаном этого корабля, мать жила на одном из островов Срединного архипелага. Когда до рождения Йуга оставалось совсем немного, отец все еще был в море, а единственная повитуха на острове заявила будущей матери, что «ребёнку не суждено войти в этот мир». После чего ушла в свою деревню, не обращая внимания на слезы и мольбы женщины.

Через несколько дней вернулся из плавания отец. Он не поверил деревенской знахарке, посадил жену на корабль и отправился в ближайший крупный порт на поиски целителя, который смог бы спасти его жену и ребенка. Но не успели они добраться до берега, а у женщины начались роды.

— Отец рассказывал, что из моря вышла покрытая чешуей дева и помогла ему принять ребенка. Он боялся, что она заберет меня и сбудется пророчество деревенской повитухи. Но…

— Что? Она не попросила награду за свою помощь?

— Мать не пережила моего рождения. А я остался жив и вырос на корабле. Это мой дом. Думаю, отец придумал историю про деву в сияющей чешуе, — не отрывая взгляда от воды, продолжил он, — специально для меня. В прошлом году отца не стало, и команда решила, что я должен занять его место. Так что я тоже в некотором роде морской житель.

— Волк, — сорвалось с моего несдержанного языка.

— Почему? — не понял он.

— Морской волк, так у нас говорят.

Ой.

Но усмехнувшийся моряк, кажется, ничего не заметил.

— У нас в роду не было людей с материка, все островитяне. Так что духи леса тут ни при чем.

— А кто-же? — кажется, мы говорим о способностях, унаследованных от древних.

— Не знаю. Мой дар в том, что я чувствую море и корабль. Почти как часть себя. Ничего сверхъестественного в этом нет, просто опыт.

С этими словами Йуг схватился за борт и едва не перевалившись через него, посмотрел вниз. Я сделал тоже. Что он так внимательно высматривает в безупречной синей глади? Я ничего не заметил, только жемчужина потянула меня вниз и на короткое мгновенье все поплыло перед глазами.

«Как камень на шее», — промелькнула мысль. Не пора ли от нее избавиться, и так проблем хватает. Если ничего не произойдет до того, как мы попадем в порт, придется просто бросить ее в море. Не хотелось бы таскать этот груз на себе всю жизнь.

Стоило мне так подумать, как оно произошло.

Глава 9. МОРЕ ВОЛНУЕТСЯ

К нам приближался кто-то либо очень нервно дышащий, либо слишком горячий, потому что вода вокруг корабля забурлила, как переваренный суп в кастрюле. На уши навалился низкий гул, пробирающий до костей.

Первым среагировал капитан.

— Авра-а-ал, — его голос заревел, как труба, перекрывая гул, идущий с моря.

Ударил и уже не замолкал колокол. Все пришло в движение. Похоже, моряки прекрасно понимали, с чем столкнулись. Я краем глаза видел, что рулевой не шелохнулся, только костяшки на пальцах побелели. К нам несся на всех парах Лан. Его апатию как ветром сдуло.

— Началось, — тихо произнес я.

Судя по тому, как обернулся и посмотрел на меня Йуг, недостаточно тихо.

Двое моряков тащили котел с какой-то жидкостью. Выстроившись в длинную очередь, команда потянулась к странной посудине. Капитан повернулся к нам.

— Чтобы пережить звуковую атаку, вам придется запечатать слух.

Нам выдали по паре обрывков веревки, залитой жидким воском. Как только он немного остыл, мы засунули их в уши. Сразу исчез гул, путающий сознание и вызывающий животный страх. Осталось только ощущение постоянной вибрации.

Матросы забрались на реи, кто-то прыгал в люки и спускался на нижние палубы. Все были заняты одним и тем же: привязывали себя ко всему, что невозможно было оторвать, отломать и вынести с корабля — поручням, реям, кнехтам. Капитан лично обошел всех, проверив надежность крепления. Последним он проверил рулевого, прикрутившего себя намертво к штурвалу. Из трюма вылез здоровый дядька, которого я до этого не видел. Он вместе с капитаном приближался к нам.

— Орудия… — начал он.

— Отставить, — поняв