Эволюционер из трущоб. Том 6 - Антон Панарин

Лёха очень старался освоить заклинания как можно скорее. Выходило паршиво. Но он лез из кожи вон, чтобы к следующей вылазке сразить всех наповал своими новыми способностями. А пока он обучался, Фрол дважды нас отправлял на разгрузку вездеходов. На этот раз это были мелкие рейды, к которым не привлекали гвардейцев. Просто разломщики катались охотиться, но их добыча оставляла желать лучшего.

В свободное время мы с ребятами бегали вокруг города, отжимались, устраивали рукопашные спарринги и даже фехтовали, используя черенки от лопат, которые Макар спёр у владельца отеля из подсобки. Время летело незаметно, порой казалось, что мы в обычном городе, где безопасно, тихо и мирно живут люди. А потом я видел рожи уголовников — и возвращался с небес на землю.

К концу пятого дня Леший вполне неплохо освоил усиление. Он смог накладывать баф как на оружие, так и на самого себя. Для оружия улучшение казалось довольно бесполезным. Делало ножи немного легче, а ещё они начинали светиться, испуская желтоватое свечение.

Артём пошутил, сказав, что Леший вымочил ножи в собственной моче, и поэтому они пожелтели. Придурок. Едва не дошло до поножовщины. Лёха вложил в эту тренировку всю душу, ведь всегда мечтал стать особенным и овладеть магией. Хотя Прохорову этого не понять, ведь он одарён с рождения. Помимо этого, я объяснил Лешему, как создать Разрез света, но освоить его он так и не успел.

Рано утром в мою дверь постучали увесистым ботинком. Казалось, что дверь вот-вот слетит с петель. Потянувшись, я встал с кровати и пошел посмотреть, кто пожаловал в гости. На пороге стоял недовольный Фрол. Настолько расстроенный, словно ему с утра наступили на больную мозоль, или и того хуже — Барс намылил шею и обещал повесить. Осталось узнать за что?

— Утречка, — лениво сказал я, зевнув.

— Хорош спать. Поднимай своих архаровцев. Есть работёнка, — прорычал Фрол, сверля меня взглядом.

От Фрола пахло ароматным кофе. Вот же, кофейный пьяница. Каждый раз либо хлещет его из кружки, либо в термосе с собой таскает. А сейчас он предлагает нам работу. Интересно, какую?

— Что-то нужно разгрузить? — сонно спросил я и потёр глаза.

— Загрузить, разгрузить, по хозяйству помочь. Много что нужно. Только на этот раз получите за работу звонкую монету, — буркнул он и заглянул вглубь комнаты. — Хотя, я смотрю, вы особо не бедствуете, — оценил он моё жилище.

— Всё благодаря вам и Барсу-батеньке. Ежели вы не присматривали бы за нами… — начал было я нести чушь, но Фрол меня оборвал.

— Рот закрой и займись делом. Колонна отъезжает через двадцать минут. Собирайтесь и дуйте к Управе.

— У нас командировка? — удивился я.

— Она самая, — буркнул Фрол, развернулся чтобы уйти, остановился на секунду и добавил. — Многовато людей теряем в последнее время, вот и потребовались свободные руки. Вас-то потерять не жалко.

— Коли мы можем послужить на благо общего дела, то с радостью поляжем, не жалея живота своего… — Сегодня сарказм из меня так и лез.

Правда, этот сарказм звучал довольно паршиво. Голос, зараза, начал ломаться, и теперь я то хрипел, то рычал, то пищал так, будто мне дверью прищемили мошонку.

— Времянка не пошла тебе на пользу. Слишком много болтаешь, — бросил через плечо Фрол и ушел.

Слишком много болтаю? Да это потому, что я теперь проводник Гнева природы! Муа-ха-ха-ха!

Кстати, об этом. Подросшее тело само по себе было способно вместить на пятьдесят процентов больше маны, чем моё пятилетнее, а с учётом того, что я получил модификатор «Эконом», теперь я мог с лёгкостью выпустить три десятка ледяных стрел. Для пятилетки это чертовски много, для реального боя с сильным противником — чертовски мало. Но имеем то, что имеем.

Не теряя времени, я выскочил в коридор и стал барабанить в двери друзей. Сонные морды недовольно выползали из своих логов, узнавали о том, что нас позвали в рейд, и вяло ползли собираться. Все понимали, что новые доминанты сами собой в руки нам не придут, поэтому придётся поработать.

А ещё ребята не испытывали энтузиазма, потому что не знали о том, что я немного похимичил с ошейниками. Решил им ничего не говорить. Меньше знаешь — крепче спишь.

Спустя десять минут мы сидели в вездеходе и смотрели на уменьшающийся с каждой секундой Ленск. В кузове сидел высушенный, словно изюм, старик, которого все называли Петрович, рядом с ним — ещё трое с опухшими мордами. Очевидно, бойцов выдернули с попойки и отправили в срочный рейд. Лица недовольные, перешептываются, косятся на нас.

— Петрович, а чего такая срочность-то? Обычно о рейде заранее оповещают, — спросил я, посмотрев на деда, пытающегося забить самокрутку табачком. У него ничего не получалось, вездеход бросало из стороны в сторону на кочках, из-за чего табак летел куда угодно, но только не в самокрутку.

— Да чё ты мучаешься? На, нормальные сиги, — буркнул один из троицы и протянул деду пачку сигарет.

— Промеж булок себе эту гадость засунь. У меня свой табачок, деревенский, а не ваша погань фабричная, — огрызнулся Петрович и посмотрел на меня. — А рейд срочный — знаешь, почему? Да потому, что Фрол мудак.

— Петрович, ты чё такое говоришь? Если Фрол узнает… — пряча пачку сигарет, возмутился боец.

— А откуда он узнает? Ты стуканёшь, что ли? — с прищуром спросил Петрович. — Я так не думаю. А значит, и бояться нечего.

— Не, ну всё равно…

— Хрена «всё равно», Кость? Из-за этого мудака в каждом рейде людей теряем. Сам посуди, это уже пятый рейд за месяц. Сколько раз мы возвращались полным составом?

— Ни разу, но…

— Вот именно, что ни разу! А чё тогда ссать? Этот ушлёпок так и так нас угробит. Причём, заметь. Пока зверушек в клетках была тьма, у нас и потерь, считай, не было. Так как часть живности пускали в разлом, часть оставалась сторожить лагерь. А сейчас что? — Петрович сосредоточенно смотрел на скрученную бумагу и улыбнулся, когда удалось засыпать в неё табак. Забил папиросу, запихнул её в зубы и с наслаждением закурил. — А сейчас, Костик, мы с тобой — расходный материал.