Подменная дочь клана Огневых - Айлин

— Я хотела узнать…

— Милена, я, ну в смысле… — я запуталась в определениях “кто и как” и махнула рукой. — в общем, неважно. Я по документам в приют попала как отказник. А насчет отца, та матушка и сама не знает, кто он - так, партнер на одну ночь. Ван Вановна к ней ездила, уточняла.

— Я думала… может, — Милена чуть всхлипнула, но мне и этих обрывочных слов хватило, чтобы понять, о чем она думала.

— Нет, с той стороны тебя никто не ждет. Слушай, зачем тебе все это?

— Просто девочки, они правы. Я у тебя…

— Если ты сейчас заплачешь, Милена, я ей-богу тебя стукну, в чисто профилактических целях. — “кузина по документам” уставилась на меня широко открытыми глазами, в которых светилось явное непонимание. — У меня нет сил тебя успокаивать. Я вообще плохо успокаиваю. А насчет правы они или нет… Забей. Просто забей. Живи своей жизнью, ходи в школу, встречайся с подругами, ходи... Чем ты там занималась?

— Я с ними дружила, — тихо вздохнула Милена, и как-то криво усмехнулась. — С детства. У меня сейчас только мама осталась. Отец всегда на службе, ему не до меня. Няньки, те тоже за спиной шушукаются. С братом я и не пересекалась особо. Иван при дедушке всегда. Я его на семейных торжествах только и видела. Вот и получается, что только мама, а она… — Милена резко замолчала и пошатнулась. Я протянула руку поддержать ее и вздрогнула, увидев ее взгляд, пустой и затуманенный.

—Мама самая хорошая. Мама самая лучшая. Мама желает мне только добра. Меня никто не любит, кроме мамы, — безэмоционально, как кукла, повторяла она. — Мне никто не нужен, кроме мамы.

Я резко встряхнула Милену, уж больно ненормальным было ее состояние. Мысли метались от "надавать пощечин, чтобы пришла в себя," до "бежать за помощью, потому что кто знает, что с ней?" Впрочем, того, что я ее встряхнула, тоже хватило. Милена моргнула и посмотрела на меня чуть растерянным взглядом.

— Ты отключилась на какой-то момент, - уверенно соврала я. — В своих мыслях заблудилась. Со мной такое часто бывает

— А … Понятно, — Милена все еще выглядела растерянной, но уже не напоминала живую куклу.

— У тебя здесь есть комната? — спросила я.

— Да.

— Тогда иди и отдохни как следует. Ты эмоционально выжата, тебе отдых позарез нужен. А насчет биологической матери я тебе все рассказала. Что я, что ты ей совершенно не нужны. У нее уже другие дети. Поняла?

— Да, — покладисто кивнула Милена, и попрощавшись, вышла из оранжереи, а я себе поставила мысленную зарубочку срочно поговорить с тетей.

Срочно не сложилось.

Да, я люблю подслушивать, особенно если понимаю, что разговаривают за неплотно прикрытой дверью очень неприятные мне люди, например, такие, как Елена и София Викторовна. Уж больно интересно, о чем могут говорить две эти женщины.

— Неужели ты думала, что Игорь Савельевич просто оставит это? Думала, да - думала. Ведь ты же, Леночка, дура. Глупенькая, молоденькая. Что взять с приблуды, которую из жалости держали рядом с наследниками. Тебе чудом повезло забраться на то место, которое ты занимаешь.

— Хватит! Замолчи! — Елена сорвалась на крик и зажала уши руками, забившись в угол кресла. Они б еще шире дверь открыли, чтобы весь этот спектакль могли лицезреть все, кому не лень. Я даже не пряталась особо. — Это неправда! Все не так. Никто не будет разбираться. Игнат не посмеет.

— Надеешься на благосклонность мужа, который тебя не любит и терпит только из-за парадокса? Ты ведь знаешь, что запечатление можно разорвать. Да, пожертвовав частью мощи, но все же можно, и разрыв такой связи не прецедент, — судя по всему, Софье Викторовне доставляло удовольствие тыкать в самые больные места Елены. А между тем женщина продолжила: — Даже если Игнат и не посмеет влезать, даже если ему неинтересно. в конце концов, ему наплевать на тебя и твоих детей. Есть те, у кого не меньше влияния и возможностей, те, кто хотят понять, как же драгоценная кровь Огневых оказалась снаружи. Как ты думаешь, что будет с Миленой, когда все вскроется? Или ты думаешь, что старый дурак оставит ее в клане? Думаю, он и сейчас прикидывает варианты, как бы отослать ее подальше. А твоя мелочная выходка с платьем даст им так необходимый повод. Ты останешься одна, а Милену отправят в самый строгий пансион для девиц.

София Викторовна склонилась над Еленой, как страшная ведьма над несчастной сироткой, которой она собирается пообедать. М-да, если до этого я считала Елену самой большой грымзой клана, то теперь с этого почетного места ей придется потесниться, тетушку Софию никто не переплюнет,

— Она должна была пробудиться! — истерично выкрикнула Елена в лицо нависшей над ней женщине, а та в ответ только рассмеялась:

— Но не пробудилась, и виновата в этом твоя биологическая дочь. Вот уж кто истинная кровь Огневых.

Я скрипнула дверью и спряталась в глубине коридора. Женщины замерли, а потом София Викторовна отошла от Елены, которую колотило мелкой дрожью, аккуратно поправила платье и вышла, оглядевшись по сторонам. Меня она, впрочем, и не заметила. Я уже тоже собиралась уходить, когда из комнаты раздался низкий полурык-полустон и звук падающей мебели. Я осторожно заглянула и отшатнулась. Еще минуту назад выглядевшая растерянной, подавленной и слабой Елена с силой, доступной не каждому мужчине, крушила комнату с совершенно безумным видом и взглядом. Я отшатнулась. Видеть такую Елену было страшно. Очень страшно. Неожиданно в голове всплыл подслушанный разговор:

— Я его пробудила!

— Ты его почти убила!

Я не совсем поверила в услышанное, но теперь, глядя на то, как Елена беснуется в комнате, превращая историческое наследие, стоящее огромных денег, в груду мусора и хлама, поняла - она могла. Она все