Время тьмы - Майкл Коннелли

— Ну, как вы, наверное, знаете, Гарри отставной полицейский Лос- Анджелеса, — начала она. — В прошлом у меня были дела, связанные с некоторыми из его старых расследований, и поэтому я знаю его четыре или пять лет, и он как бы взял на себя роль наставника по отношению ко мне. Но конкретно в этом случае я говорила вам, что связала убийство Раффы с другим делом с помощью баллистической экспертизы. Это дело — жертву звали Альберт Ли — расследовалось Гарри Босхом девять лет назад. Когда я установила эту связь, я связалась с Босхом, чтобы пораскинуть мозгами по поводу этого дела и получить любую возможную точку зрения на него.

— И вам удалось?

— Да, именно информация от Босха позволила мне в дальнейшем выяснить, кому это выгодно. В деле Альберта Ли его бизнес и страховой полис перешли к дантисту, который одолжил ему деньги, чтобы удержать его бизнес на плаву. Этот дантист был партнером Хойла в другом бизнесе. Босх помог мне установить эти связи. Боннер стал подозреваемым в убийстве в обоих случаях. Но я полагаю, что он был послан за этими жертвами точно так же, как он был послан за мной.

— Дантистами.

— Предположительно.

Бэллард сразу покачала головой. Она должна была остановить это.

— Значит, когда мы поговорим с Босхом, он расскажет ту же историю? — спросил Сандерсон.

— Если он поговорит с вами, — ответила Бэллард. — Он покинул департамент не в лучших отношениях. Так что удачи вам в этом.

— И между вами и Босхом нет ничего романтического?

— Если бы я была мужчиной и обратилась к отставному детективу, имеющему отношение к моему делу, вы бы спросили меня, был ли между нами роман?

— Я расцениваю это как "нет".

— Вы можете воспринимать мои слова как хотите, но я не отвечаю на подобные вопросы. Но я рада, что это записано.

Сандерсон попытался посверлить Бэллард взглядом, но она и глазом не моргнула.

— Теперь я могу вас кое о чем спросить? — спросила Бэллард.

— Вы всегда можете спросить, — ответил Сандерсон. — Я не могу обещать, что отвечу.

— Вы нашли машину Боннера?

— Почему вы об этом спрашиваете?

— Потому что я предполагаю, что если он был за рулем, то припарковался в моем районе, и поскольку в карманах у него не было ничего, кроме отмычек, я предполагаю, что в его машине должны быть телефон, бумажник, возможно, записки и другие вещи. Возможно, пистолет, из которого были убиты две мои жертвы. На вашем месте я бы прямо сейчас искала его машину.

— Я могу вас заверить, что расследование продолжается за пределами этой комнаты, детектив. Вам не нужно беспокоиться об этом.

— Хорошо. Что насчет СМИ? Они уже в курсе этого?

— Детектив, в этой комнате вопросы задаю я. У вас на сотовом еще один повторяющийся абонент, о котором я хотел бы вас спросить. Гаррет Сингл, парамедик, который, как вы нам сказали, руководил вами во время полевой трахеотомии. Он звонил вам больше раз, чем Босх. Почему так?

— Ну, я точно не узнаю, пока не поговорю с ним и не выясню, но я предполагаю, что он хочет знать, все ли со мной в порядке.

— Он беспокоится о вас?

— Я думаю, что да.

Бэллард приготовилась к вопросу о романе, но Сандерсон удивил ее.

— Спасибо, детектив, — сказал он. — На данный момент, я думаю, мы получили от вас достаточно информации. Мы переводим вас на дежурство в офисе, пока не завершим наше расследование. Тем временем я приказываю вам не связываться со средствами массовой информации и не говорить с ними об этом инциденте. Если с вами свяжется человек из СМИ, вы должны направить его к...

— Минутку, — прервала его Бэллард. — Кто будет заниматься этим делом? Мы не собираемся прекращать его, пока вы и ваши люди решаете, сделала ли я что-нибудь неправильно.

— Насколько я понимаю, дело уже передано в Отдел по расследованию убийств Западного бюро. Они возьмутся за него отсюда. По вашим собственным показаниям, речь идет о самоубийстве. Я уверен, что они быстро закроют его, и вы вернетесь к работе.

— Я не говорю о том, что Боннер покончил с собой. Я говорю о деле Хавьера Раффы и Альберта Ли.

— Повторяю, Западное бюро разберется с этим.

То, что было в игре, только потом дошло до Бэллард. Кристофер Боннер был бывшим полицейским Лос-Анджелеса, и это было проблемой с имиджем. Огромной проблемой было не только то, что бывший офицер полиции Лос-Анджелеса, вероятно, был наемным убийцей до и после того, как он оставил работу, но и было неизвестно, были ли у него все еще связи в департаменте. Благодаря вопросам Сандерсона у Бэллард уже была одна идея о связях, которые все еще были у Боннера. Добавьте к этому пропавшие книги об убийствах, и это был громкий скандал, готовый взорваться в средствах массовой информации. Лучше всего было держать все в секрете. А связать воедино убийства Альберта Ли и Хавьера Раффы и раскрыть их будет работать только против Департамента.

— Я знаю, что вы собираетесь сделать, — выпалила Бэллард.

— Действительно? — сказал Сандерсон. — Что же мы будем делать, детектив?

— Вы собираетесь посыпать песком и подмести. Как вы всегда делаете. В этом Департаменте полный пиздец. Похоже, мы больше не заботимся о жертвах. Мы защищаем имидж и служим ему, а не гражданам.

— Вы закончили, детектив?

— О, да, я закончила. Где мой телефон? Где мой пистолет? Я хочу их вернуть.

Сандерсон повернулся, чтобы посмотреть на Хаммела, который вернулся и стоял спиной к двери.

— Ее телефон у лейтенанта, — сказал напарник. Сандерсон снова повернулся к Бэллард.

— Уточните у своего лейтенанта насчет телефона, — сказал он. — Ваше оружие обрабатывается. Вы получите его обратно, когда это будет уместно. Тем временем вы можешь попросить своего лейтенанта о временной замене в оружейной. Возможно, в этом нет необходимости, поскольку на данный момент вы назначены на дежурство за столом.

Он подождал мгновение, пока Бэллард ответит. Она этого не сделала.

— Тогда, я думаю, мы здесь закончили, - сказал Сандерсон.

Все встали. Люди из ОРПС были ближе всех к двери, и Бэллард позволила им уйти первыми. Когда она последней выходила из комнаты для допросов, она обнаружила, что Робинсон-Рейнольдс ждет ее в пустом обезьяннике. Сквозь створчатые окна Бэллард могла видеть, что снаружи было совсем