Маша и Медведь-3 - Ольга Войлошникова

шторм», а в сообщении с другого корабля «огненный ветер», так что я не вполне уверен. После чего… э-э-э, — секретарь посмотрел в депешу, словно не веря тому, что читает, — остров выпустил множество гигантских рук, и атаковал наши суда, находящиеся в его непосредственной близости. Все они стояли практически в линию, по той, э-э-э… черте, о которой я вам докладывал. Одномоментно было уничтожено шесть малых катеров, три эсминца, два крейсера и линкор «Голден Дюк».

— Линкор?..

— Да, сэр.

— Вы представляете себе запас живучести линкора, Винс?

— Я вполне отдаю себе отчёт, сэр. Однако, это сообщение подтверждено наблюдателями с «Альбиона». Этот авианосец шёл из Сиднея в Сингапур и немного отклонился от курса, получив задание попытаться воздействовать на пространство острова с помощью авиации.

— Так почему же они не воздействовали⁈

— Они начали. И потеряли пятёрку самолётов, сэр. Тех, что на тот момент были заранее подняты в воздух. После чего капитан принял решение просто наблюдать. В его отчёте сказано, что он не счёл возможным далее рисковать собственностью Британской короны, поскольку бросить вызов движущемуся острову, по его мнению, означало верное самоубийство, всё равно что воевать с торнадо.

— И их не тронули?

— Нет. Они не перекрывали острову дороги, не открывали огня и не проявляли агрессию иным способом. Только наблюдали. Все атаковавшие остров корабли, без исключения, были раздавлены. Или, возможно, растоптаны. На поверхности остался только мусор.

— Команды?

— На удивление, многие живы. Вот здесь написано, что каменная рука схватила крейсер и вытряхнула из него людей, как песок из ботинка. Причём, вытряхнула в стороне от линии своего движения! Многие получили травмы, но выжили. По счастью, их подобрал тот же «Альбион».

— В таком случае маги?.. — лорд подался вперёд.

— Увы, нет. На них пришёлся направленный огненный удар. Я вынужден огорчить вас, сэр. Лорды Закрытого департамента прислали яростный запрос: на каком основании вы потребовали привлечения специалистов именно из Шанхая? Они должны были участвовать в магической акции против русского царя. Покушение сорвано вследствие… смерти исполнителей.

Сэр Генри сжал зубы, сдерживая рвущиеся наружу бранные слова.

Лорды адмиралтейства будут в бешенстве. Но это ещё полбеды. Можно себе вообразить, в какую истерику впадут лорды казначейства, когда услышат о потерях. Линкор!.. И три мага-диверсанта. Ещё неизвестно, что хуже.

Следующая прода 23 марта!

27. ДЕЛУ ВЕНЕЦ

С ВЕТЕРКОМ

Бриарей

Маша

— А давайте посмотрим, на какую максимальную скорость Бриарей способен? — в глазах у Маруси зажглись исследовательские огоньки.

— А давайте!

— Ты только подскажи ему, чтоб корабли и лодки обходил! — Аня озабоченно следила за пустой проекцией, уменьшив её до максимально возможной микроскопичности. — О! О! Глянь! Чё там мелькнуло? Я даже разглядеть не успела, девчонки! Переедем случайных путешественников!

— Не переедем, — я уже получила от Бриарея утвердительный ответ на этот счёт. Так что — с ветерком!

ДАЛЬНИЙ ВОСТОК. ОЧЕНЬ ДАЛЬНИЙ

Далянь

Инспекция шла весьма неплохо, пока один из секретарей не прибежал с расшифровкой радиограммы:

— Государь! Получено сообщение по закрытому каналу.

Александр Владимирович пробежал глазами строчки, перевернул листок — естественно, ничего там не обнаружил.

— Если за два часа до Камбоджи долетели, то через три-четыре у нас будут. Готовьте встречу. А посла английского в Омске живо на ковёр вызвать. Пусть-ка он Ольшанскому объяснит, с какой радости их флот на суверенные территории нападает, — государь император вернул секретарю записку и хмыкнул под нос: — Ишь! Хотели остров отобрать!

БРИАРЕЙ

Маша

Я осталась дежурить у управляющего пульта, а Маруся с Аней самоотверженно вызвались приготовить из остатков вчерашнего великолепия что-нибудь приемлемое хотя бы для перекуса. Парней припрягли тарелки мыть и костёр разводить. Потом бывшие гардемарины вспомнили, что на «Царицыне» остался целый склад с сухими продуктами и консервами, и дело пошло куда веселее!

— Маш, — Дима остановился позади меня, и я с удовольствием прислонилась к нему. Голову наклонила чуть вбок, чтоб ему было удобно целовать меня в шею — что он незамедлительно и проделал.

— М?

— Я сгущёнку нашёл. Говорят, медвежата любят сладкое.

Я засмеялась.

— Ещё как!

Он обнял меня и шумно выдохнул в макушку:

— Мне ужасно неловко.

— Почему?

— Всё не так. Где кровать, усыпанная лепестками роз, и прочая романтика?

Я фыркнула:

— Зато был костёр и наш собственный живой остров. И ещё тревога! Кто может похвастаться таким дивным сочетанием?

Но он не был настроен смеяться.

— Я хочу, чтобы ты была рядом. Ты мягкая, нежная… лёгкая. Не знаю, почему это слово. Почему-то с девушками разговариваешь, и тяжесть какая-то висит, как будто вот сейчас булыжником по голове стукнет. А с тобой нет.

— Ну так в чём сложность? Будь!

Дмитрий Александрович вздохнул вовсе уж горестно.

— Я… не имею права… просить твоей руки. Пока отец… В общем, пока отец не одобрит.

— И что⁈ Я из-за этого не смогу быть с тобой? Дима! — я повернулась в кольце его рук. — Если папа не одобрит, мы будем встречаться без разрешения, — я добавила нуара в голос: — Это будет тайная порочная связь… — не выдержала и захихикала. — Твой папа не дурак. Будь уверен: одобрит.

— Мне бы твою убеждённость.

— Дарю! — я потянулась и поцеловала его, вкладывая всю самую солнечную эмоцию, на которую была способна. — Ну как?

— Ты чудесная.

— Ещё бы!

Сразу вам скажу: по прибытии в порт Дальний нас особо не хвалили, а даже немножечко поругали — за то, что сбежали с тайной базы, никого не предупредив, и тем самым чуть не довели до инфаркта целую кучу сотрудников, начиная с домоуправительницы и заканчивая светлейшим князем Константином, который, должно быть, окончательно поседел (ну, так я его себе представляла с этой нервной работой).

В ответ на что я вынула из кармашка маленькую памятную сферу (это Баграр мне оставил) и продемонстрировала его величеству его самого, сурово произносящего: «Также Мы гарантируем, что каждой из девиц будет предоставлена возможность выбрать себе супруга добровольно, без принуждения и по своей душевной склонности, а, кроме того — свобода передвижения, предпочтения какой-либо деятельности и прочих волеизъявлений».

— Вы очень предусмотрительная барышня, — слегка усмехнулся государь, — но что вы скажете на то, что сопровождающим вас мужчинам не было выдано подобной индульгенции?

— Скажу, что мужчины были вынуждены последовать за