Приятные вещи - Дмитрий Петюк

— Впечатляет, — фыркнул Дреймуш. — Особенно впечатляет, насколько ты закис и разучился обращаться с оружием.

Я наклонился, вытянул нож, вошедший в каменную плиту на треть лезвия, и вложил его обратно в ножны, пообещав себе, что для последующих демонстраций буду брать что-то попроще клинка Повелителя Чар.

— Что хотел, показал, — спокойно ответил Ксандаш, потерев запястье.

— Девка очень хороша, — заметил Дреймуш. — Настоящая красотка, но я говорю не про красоту. Очень быстро подлатала, не хуже твоей Лез. Вот только если ты меня хотел этим убедить, у тебя не вышло. Если бы мне мог помочь хороший доктор, я бы его нашёл лет пятнадцать назад.

— Рейш, похоже, закис не только я, — усмехнулся Ксандаш. — Ты же так гордился своей наблюдательностью! Ну-ка припомни, как я выглядел после Архипелага и какой рукой держал ложку в больничной столовой?

Дреймуш пристально посмотрел на Санда, а потом на Кениру. Затем он отвесил моей жене лёгкий поклон.

— Простите, госпожа, — сказал он. — Мне всегда говорили, что мой язык опережает голову. И последнее, что бы мне хотелось, по дурости обидеть Высшую Целительницу.

— Никаких обид, — кивнула Кенира. — Вот только вы ошиблись. Если целительницей меня назвать, наверное, уже можно, но пока не Высшей.

— Но рука Ксандаша! И нога!

— Их ему вернул я, — усмехнулся я. — А я вообще не целитель.

— Но тогда кто вы? — удивился Дреймуш.

— Паладин. Паладин Властительницы Сновидений, госпожи Ирулин.

Дреймуш задумался, бросая взгляды на Ксандаша, Кениру и меня, что-то решая.

— У вас тоже искусственный глаз, — наконец, сказал он. — Не удивляйтесь, когда потеряешь свой, такие вещи начинаешь подмечать.

— Ну, себе глаз я заменил сознательно, — не стал скрывать я. — У меня особые обстоятельства, из-за которых и понадобилась ваша помощь. Вернуть вам пальцы не составит труда, с глазом чуть сложнее, но, честно говоря, тоже не вижу никаких препятствий.

— Сколько это будет стоить?

— То, что вы друг Ксандаша — достаточный повод, чтобы это сделать просто так, — ответил я. — Поэтому оплаты я не возьму. Вот только мне понадобится помощь человека с вашим опытом. Её я готов щедро оплатить отдельно.

Дреймуш задумался. Наконец, он заговорил, медленно, тщательно выбирая слова:

— Больше всего на свете мне хотелось бы заменить эту стекляшку на родной глаз. И исцеление стало бы не просто достаточной оплатой — если бы пришлось отдавать всё заработанное в течение десяти лет, я бы посчитал, что мне неслыханно повезло. Но от оплаты отказываться тоже не стану. И если это с вашей стороны какая-то проверка, то скажите лучше сразу, так будет лучше для нас обоих.

— Проверка? Какая проверка? — удивился я.

— Ну, обычные вопросы, какие задают при найме. «Какие у вас слабые стороны?», «Если вы выиграли в карты миллион курзо, что вы с ними будете делать?», «Сколько челдронов груза сможет утащить дарута, если он станет размером с грулдара?» и прочая ерунда. Словно меня нанимают играть в карты, а не проводником.

— Нет, это не проверка, — улыбнулся я. — И играть со мной в карты очень не рекомендую, редко проигрываю. Думаю, Ксандаш вам рассказал основную суть, а я проясню детали.

— Вы сказали, паладин Ирулин? — спросил Дреймуш. — Слышал о вашей богине, помогает выжженым и дарит хороший сон. Ещё слышал, какой-то важный крецаш из вашего духовенства женился, некоторые ребята из наших были на свадьбе. На Ортнузде, это остров в океане Ридат.

— Я там тоже был, — усмехнулся Ксандаш. — На этой свадьбе.

— А мы с Алирой там женились, — добавил я. — В тот же день.

Я уже давно уверился в способности Керуват скрывать даже самые очевидные вещи, так что раскрывать подробности не боялся. И действительно, мысль, что священник одной и той же богини, чья свадьба произошла в одном и том же месте, одно и то же время, является со «святым» одним и тем же лицом, ему в голову не пришла.

— Повезло, говорят была ещё та церемония. Ну неудивительно, он же в вашей церкви, так что помог брату по вере. Но я не о том. Мне выгорание не грозило никогда, я всегда следил за своей магией, не то что некоторые нетерпеливые идиоты. Но исцеление — это нечто большее, чем просто хорошо поспать.

— Вы хотите спросить, как я обеспечу вам выполнение обещания? — уточнил я.

— Именно. Не подумайте, что я вам не доверяю. Вернее, обычно я бы доверять не стал, но Санд за вас поручился.

— Скажем так, авансом. Сначала я использую один из простых способов, потом за дело примется моя жена или жена Санда, ну а всё остальное обеспечит Ирулин, да осияют её крылья темноту ночи. Полагаю, вы ещё не в курсе, но сон моей госпожи дарит исцеление. Если вы будете спать под покровом её крыльев, то ваши глаз и пальцы отрастут сами, я просто немного ускорю процесс.

— Звучит слишком просто и слишком хорошо, — недоверчиво поморщился Дреймуш. — Не то, что я сомневаюсь, но каждый жрец всегда рассказывает, какой его бог замечательный.

— Но это действительно так, — оскалился Ксандаш. — Если лапы мне вернул всё-таки Улириш, то шрамы… Помнишь Краганский форпост и Высокий Холм?

Хартан, не принимавший участия разговоре и о чём-то болтавший с Миреной, навострил уши.

— Там где тебя едва… Думал, тебе конец, особенно на Холме.

— Милость Ризвинн уберегла, но да, оба раза едва разминулся со тьмой. Ну так вот, ожоги от Последнего Шанса: их больше нет, что очень радует Лексну. И, как ты прекрасно понимаешь, сам я их не сводил и никому бы не позволил. Но силы богов действуют вопреки нашим желаниям. Так что хочешь или не хочешь, но морду тебе госпожа подлатает тоже.

— Жалеть не буду, — рассмеялся Дреймуш. — Тот кто говорит, что на шрамы ведутся девки, свистит, как ветер! Хотя, конечно, был случай, и одна красивая целительница на такое всё-таки повелась!

— Если ты о Лез, — фыркнул Ксандаш, — то она не устояла перед моим обаянием.

— Надеюсь, что вот эта милашка бросит сопляка и