Формула власти. Первое условие - Анастасия Поклад

— Тебе не кажется, что если обда выйдет на поле с ЭТИМ, то вызовет подозрения? — Ристинка ядовито прищурилась.

— Клима и от пернатой доски отбрехаться сумеет, — убежденно ответил Тенька, водя над крыльями ладонью. — Не понимаю, какую из линий я сдвинул, что получилось так интересненько? А может, это из-за взаимодействия с сильфийской магией? Она здесь даже видна. Если принять магию за материальный объект, пришпиленный сознанием к исследуемому предмету…

Ристинка посмотрела на веда как на помешанного, но промолчала. Говорить что-либо она считала ниже своего достоинства.

Крылья пару раз дернулись, у носа доски проклюнулось несколько маховых перьев. Тенька звонко прищелкнул пальцами над левым креплением. Перья стыдливо съежились до пуха.

— Если все веды так колдуют, я удивляюсь, почему мы до сих пор не выиграли войну! — все-таки вырвалось у Ристинки.

— Нам Эдамор Карей помогает, — огрызнулся Тенька. — Он ковыряется в носу и орденцы дохнут от эстетического шока.

— А может, от мерзкой вони?

— То есть, ты не отрицаешь, что ваши все равно дохнут?

Бывшая благородная госпожа язвительно фыркнула и отвернулась. Тенька продолжил бормотать:

— Ну-ка, посмотрим, что ты за объект такой, сильфийская магия. Какие у тебя свойства есть? Линия воздуха, часть как у свинца — забавное сочетание. А если те три связки местами поменять?..

Доска взвизгнула, затрепыхалась, как выброшенная на лед рыба, крылья местами поголубели. Ристинка напоказ заткнула уши.

— Отрицательный результат — тоже результат, — философски заключил Тенька. И снова протянул: — Интересненько это у меня получилось…

— Высшие силы, избавьте меня от этого психа! — прошипела Ристинка вполголоса.

Тенька понимал, что нарывается на очередную идеологическую полемику, но промолчать не сумел:

— Как у тебя язык поворачивается просить высшие силы, если вы их предали? Талант обды — от высших сил, а Орден сверг ее.

— Я никого не свергала и не предавала, — надменно сказала Ристинка. — Это меня предали. И мою семью.

— Заметь, это тоже сделал твой любимый Орден.

— Ненавижу Орден. Но ведов и обду я ненавижу больше.

— Ты хоть кого-нибудь любишь вообще? — вздохнул Тенька.

— Я любила, — Ристинка цедила каждое слово сквозь зубы. — Родителей, братьев, сестер, жениха — они все сгорели, вместе с домом. Теперь некого любить. А высшие силы мне безразличны. И я им тоже. Поэтому только высшим силам мне осталось молиться. Чтобы не обратили каждое слово во вред.

— Лечиться тебе надо, а не молиться, — колдун покачал головой.

— Тебе тоже. Снабдил доску крыльями и разговариваешь с ней.

— А тебя больше волнует первое или второе?

— Иди к смерчам!

— Значит, просто нервы слабые, — невозмутимо сделал вывод Тенька. Ему надоело, что бывшая благородная госпожа демонстративно презирает ведов (Эдамора Карея в частности) и постоянно строит из себя не пойми что.

Загремела снаружи узкая винтовая лесенка, и вскоре на чердаке объявились Клима, Гера и Выля, благоговейно держащая обду за рукав платья. Ругаться эти трое явно начали еще внизу, а здесь, вдали от лишних ушей, спор разгорелся куда жарче.

— Ты спала! — грохотал Гера. — Беспробудно, как неживая! Что я, по-твоему, должен был делать? Распускать организацию, созданную с таким трудом?!

— А подождать пару дней тебе ортона в заднице мешала? — Клима говорила тише, но в ее речи звучал лютый гнев. — Ладно Тенька, ему лишь бы "интересненькое" замутить, да и порядков наших он не знает, но ты-то должен был понимать! Несколько дней погоды не сделают, а если бы нечего не изменилось, можно было додуматься до более скрытных действий…

— Тебе вечно лишь бы скрываться! Хватит! Тридцать четыре смерча, я пошел за тобой, чтобы воевать! За мир и единство!

— "Воевать за мир", — едко передразнила Клима. — Хочешь драки — бейся головой об стенку, ей-ей, меньше хлопот! Сколько лет твержу: без моего слова ни шагу! Почему тебя вечно тянет на самодеятельность?!

— А что тебя не устраивает? — Гера встал перед обдой, расправив плечи. Он был выше ее на полторы головы. — Никто не попался, входы и выходы под нашим контролем, все в смятении. Лучшего времени, чтобы заявить о себе, просто не найти!

— Я не хотела пока ничего заявлять! — взорвалась Клима. — Я не готова, понимаешь или нет?! Собрание свалило меня с ног, а что дальше? Тебе следовало затаиться и не дать другим куролесить, а ты сделал все наоборот!

— Подумаешь, не готова она! Зато готовы мы, твой народ! Все твои сторонники поддержали эту авантюру, все до единого писали на стенах "Обда вернулась". Мы развернули наши знамена и требуем, чтобы ты их несла! Не обда решает, когда ей править, а народ! Мы уже решили, мы хотим, чтобы ты прекратила войну. И ради этого готовы повоевать еще немного. Поэтому, пробуждайся окончательно, Клима, и возглавляй восстание, раз уж созвала его!

Обда смотрела на "правую руку" так, словно хотела испепелить на месте. У Геры горячо пылали щеки. Выля притихла, как мышь под веником, не отпуская Климин рукав. И в этот момент измененная доска заливисто крякнула. Тенька, смутившись, поспешил схватить результат неудачного опыта и спрятать за спину. Делу это сильно не помогло — пушистые бело-голубые крылья торчали в разные стороны. Теперь казалось, они растут не из доски, а из самого Теньки.

— Это что такое? — почти нормальным голосом спросила Клима.

— А… э… учу доску летать! — нашелся горе-колдун. — Так нагляднее получается.

— Дай-ка попробую, — Гера выхватил пернатую из Тенькиных рук, положил на пол и собрался привычно вставить ноги в крепления.

Но не тут-то было. Едва стопа вместе с тяжестью тела опустилась на облупленную поверхность, доска дико заверещала и забила крыльями, словно гусь, которому едва не переломили хребет. Гера отшатнулся, присутствующие разинули рты.

— Побочное действие, — поспешил объяснить Тенька. — Не те линии не туда изменил… Бывает. Интересненький эффект, но я еще не закончил…

— А в итоге она должна запеть соловьем? — сыронизировал Гера. — Или обругать летчика человеческим голосом?

— Полететь, — вздохнул Тенька.

— В теплые края?

— Интересно, — подала голос Выля, — а если отрезать крылья, потечет кровь или посыплется стружка?

— Одно знаю — визгу бу-удет, — фыркнул Гера.

— Тенька, — с иронией уточнила Клима. — Ты же не рассчитываешь всерьез, будто сегодня вечером я на этом полечу?

— Полетишь. На улучшенном варианте. И вообще, чего вы сюда пришли, ругаться между собой или мои полработы критиковать?

— Никто не ругается, — сухо сказала Клима. — Мы с Герой поговорили и друг друга поняли. Надеюсь, этого понимания хватит дольше, чем на обычные месяц-полтора. Выля, отцепись от меня, наконец. Передай по цепочкам, что повальная порча стен прекращается, иначе на нас ополчатся все