Дикий соблазн - Тата Кит

По нарастающие дрожи внизу живота, переходящей в пульсацию, поняла, что я уже близко.

Ваня тоже это понял и, сжав пальцами мои бёдра, начал вколачиваться до упора.

Уже не целовал — кусал, оставляя следы на шее, ключицах и плечах.

Без сил я откинулась назад и легла спиной на прохладную столешницу. Смотрела в потолок, залитый светом закатного солнца и улыбалась как дурочка, до сих пор чувствуя дрожь и пульсацию по телу.

Ваня уткнулся лбом в мой живот и тяжело, шумно дышал.

Когда волна эйфории начала отпускать, подобрался к моей груди и подразнил языком торчащую к потолку вершинку.

— Я забыл: я говорил, что я соскучился?

— Только что, — рассмеялась я.

Глава 42

Интересно, который час?

Я приподняла голову и осмотрелась. Вани рядом не было.

За окном светило солнце. Но летом по солнцу сложно понять, который сейчас час. Ведь светить начинает с четырёх утра.

Нащупать бы рукой телефон, но я понятия не имею, где он вообще.

Я вообще не в курсе, где хоть одна вещь, которая вчера вечером была на мне.

Сейчас я в пододеяльнике.

Ночью мы с Ваней меняли постельное, но так и не закончили начатое. Зато…

Ух!

К щекам прилил жар.

Глупо улыбаясь, села в постели и вздрогнула.

— Господи! — слетело с моим губ, когда Ваня вошёл в комнату. На нём ничего не было. Причинное место он прикрывал гитарой.

— Доброе утро, — улыбнулся игриво. Поставил одну ногу на постель и начал играть на гитаре и петь старую бардовскую песню.

Я смотрела на него, широко улыбаясь, а он заигрывающе мне подмигивал и шевелил бровями.

Серьга в его ухе ярко блестела, отражая солнечный свет.

— Голодная?

— Да.

— Я купил арахис и горький шоколад.

— Когда успел? — вскинула я брови.

— Только что сходил.

— Вот так? — показала на него голого с гитарой.

— Был и такой вариант, но пришлось накинуть треники и футболку.

— Слава Богу! — притворно облегченно выдохнула. — И что? Предлагаешь приготовить «Муравейник»?

— Ну, мы же о нём полночи мечтали в минуты, когда не ахались, — Ваня самодовольно ухмыльнулась.

— Не повышай тёте давление, — смутилась я.

На кухне приготовили «Муравейник».

Ваня соизволил надеть боксеры, а я надела его футболку.

Пока готовили, поняли, что с этого блюда началось наше настоящее знакомство. Правда, тогда я была пьяная и потому дурочка, а сейчас я просто дурочка, потому что влюблена по самую макушку.

Мы устроились в зале у журнального столика.

Рассказывали друг другу как прошли последние полгода. Поняли, что обоим было тяжело. Мы скучали, мы тосковали, мы прокручивали в голове лучшие моменты наших встреч. И, наверное, только на этом и вывезли, смогли выдержать разлуку и достичь каждый своих целей.

— Тебе нравится квартира, которую ты купила? — поинтересовался Ваня.

— Конечно. А что?

— Думаю, нам скоро придётся покупать квартиру побольше?

— Почему? Ты беременный? — спросила с улыбкой.

Ваня хохотнул.

— Нет, но, думаю, кто-то из нас в скором времени окажется беременный.

— Учитывая, что ты не бросаешь слов на ветер, моя матка сейчас в ужасе ищет дверь в климакс. А если говорить о расширении жилья, то… — я мечтательно задумалась. — В идеале я мечтаю о доме. Частном. Чтобы, знаешь, два этажа, у каждого из детей своя спальня. Возможно, у меня свой кабинет. У нас, — я поцеловала в щеку обнявшего меня Ваню. — Свежий воздух, своя территория придомовая. Мне кажется, Герда будет рада гулять в любое время, когда ей вздумается. Хочу садовые качели, мангальную зону… — я взмахивала в воздухе руками, будто мы уже сидели на своём приусадебном участке и размышляли о его планировке. — А ты что хочешь?

— Добавить пару грядок, — так же мечтательно ответил Ваня. — И гараж на две машины.

— Согласна. Но это всё в далёкой перспективе. Лет черед пять… десять.

— Почему? Если сильно захотеть, то можно и раньше.

— От сильного хотения денег обычно не прибавляется.

— Я что-нибудь придумаю.

— Меня пугает твоя титановая уверенность в том, что всё обязательно будет.

— Я почти перестал верить в то, что ты когда-нибудь вновь окажешься в этой квартире. Но ты здесь, да ещё и без трусов, — он нырнул рукой мне под футболку. Сжал пальцами ягодицу и потянул меня на себя так, что я оседлала его. — А всё остальное легко выполнимо. При желании. А я желание бешено имею.

— Это я чувствую, — рассмеялась я и поёрзала на нём.

— Ну что? У кого сопли, тот снизу? — спросил, снимая с меня футболку.

Эпилог

Два года спустя…

Я проснулась, услышав детский смех.

Открыла глаза и сразу заглянула в детскую кроватку, приставленную к нашей с Ваней постели.

Маши в ней не было.

Тихий детский смех повторился.

Значит, снова все проснулись раньше меня.

Ваня, как выяснилось, обладатель привычки, доставшейся ему от бабушки, просыпаться в шесть утра без будильников.

Посмотрела на Герду, спящую на своей лежанке в углу комнаты.

— Герда, — тихо позвала её. Она в ответ лишь фыркнула. Устало и сонно. — Не выспалась? А я говорила тебе, не сидеть со мной и малышкой ночью.

Так забавно ночью наблюдать за её попытками не уснуть, сидя рядом со мной и дочкой, и понимать, что сама я выгляжу примерно так же.

Улыбнувшись, села в постели, накинула халат и вышла из комнаты.

Дёма, Алиса и Ваня, держащий на руках нашу дочку Машу, сидели за столом. Завтракали.

Дёма и Алиса уплетали за обе щеки оладьи, которые они, как обычно, приготовили вместе с Ваней.

А сам Ваня придерживал бутылочку со смесью, кормя нашу дочку, и параллельно попивал кофе. Улыбался и тихо общался с детьми.

— А мы тоже такими же маленькими были? — спросил Дёма.

— Ты был даже чуть поменьше Маши, — ответила я, войдя в кухню. — Доброе утро, мои хорошие.

Обняла поочередно детей, поцеловала дочку в лоб, а Ваню в губы.

— Поспала бы ещё, малыш. Мы, вроде, справляемся, — произнёс Ваня, с нежностью на меня посмотрев.

— Я соскучилась. Давай, я покормлю Машу, а ты пока поешь сам.

— Ты первая. Там у нас гости. Тебя ждут, — Ваня кивнул в сторону окон, выходящих на террасу нашего дома. — Кое-как отбились от Кати, чтобы она тебя не разбудила.

— Ага! — подтвердила Алиса. — А ещё она заставила дядю Лёшу жарить ей клубнику.

— Жарить клубнику? — я удивленно вскинула брови, глядя через окно на подругу с большим животом. Катя сидела на качелях и руководила Лёшей, стоящим у мангала.

— Дядя Лёша делает Кате шашлык из клубники, — произнёс Дёма. — Лучше бы