Гарри Поттер и Кольцо Согласия - Юнта Вереск

Гарри показалось, что Люпин говорит это не ему, а словно рассуждает вслух. Примерно те же рассуждения он уже слышал от профессора Дамблдора. Неужели это правда? И что же такое любовь?

Волдеморт лишил его родительской любви… Перед глазами мелькнуло лицо Джинни, но Гарри тут же постарался изгнать его из своего сознания. Потом он вспомнил Сириуса. Ведь тогда, в Министерстве, именно воспоминание о Сириусе изгнало Волдеморта, вселившегося в него… И это тоже любовь? Или сострадание, о котором говорит Люпин. Что значит сострадание? И разве не заботой о друзьях объясняется его желание покинуть их, уйти как можно дальше, чтобы не подставлять под удар?

— Если это так, — внезапно заговорил Люпин, — то тебе действительно будет нужна их помощь. Гарри удивленно взглянул на него. — Да, да! Ах, почему же я не понял этого раньше!

Где-то вдалеке послышались голоса. Затем что-то прогрохотало, раздался смех, затем резкий окрик. Госпиталь просыпался.

Люпин услышал, как от двери тихо удаляются шаги — скорее всего Гермиона потащила Рона обратно в палату. Да, наверное и вправду лучше вернуться на место, пока кто-нибудь не обнаружил пропажу пациентов. Ремус взглянул на Гарри, который в этот момент повернул лицо в сторону двери.

— Пожалуй, нам нужно возвращаться, а то потеряют нас…

Гарри кивнул и поднялся. Он чувствовал себя на удивление спокойным. Все, что он услышал, нужно хорошенько обдумать. Но на душе все равно теперь было гораздо легче. В конце тоннеля забрезжил свет.

Глава 18. Свобода!

— Привет, Гарри!

— Привет, Луна! Рон! Гермиона! Невилл! Джинни!

Приветствия сыпались со всех сторон. В первые минуты жертвы популярности не могли понять, что происходит, пока, наконец, Гермиона, не шепнула: «Нора!»

Большинство прибывших на экзамены старшекурсников уже знали о произошедшей в Норе битве с Тем-Кто-Не-Может-Быть-Назван. Тех же, кто еще не знал, моментально просвещали. Наша боевая шестерка (которую в Ордене Феникса теперь звали Отрядом Дамблдора, несмотря на протесты друзей и объяснения, что в Отряд входило чуть не 30 человек) прибыла в Дамфрис из Юлы позже остальных учащихся.

Воскресный вечер принес долгожданную прохладу. Измученные дневным зноем школьники высыпали на дорожки Привилегированного Университета Волшебных Искусств Дамфрис — раскинувшегося на огромной территории комплекса, в центре которого стоял выщербленный временем трехэтажный замок (раза в три меньше Хогвартса). Вокруг него (на первый взгляд весьма хаотично) были разбросаны небольшие одно- и двухэтажные домики, разглядеть которые было довольно сложно из-за обилия растительности — деревья, заполнившие лужайки, пышные цветники вдоль затейливо разбегающихся в разные стороны тропинок, многолетние лианы, оплетающие здания от фундамента до самых крыш…

Сопровождаемые родственниками, школьники прибывали в Дамфрис в течение всего дня, начиная с раннего утра. Их встречали у ворот авроры с суровыми лицами, которые пропускали на территорию замка только детей, категорически отсекая мамаш и бабуль, рвущихся проводить свои чада (а, может, просто поглазеть на легендарный университетский комплекс). Неподалеку от входа под тяжелыми дубами раскинулась широкая беседка, в которую авроры отправляли всех вновь прибывших. Там их распределяли по домикам и объясняли, где находится столовая, главный зал для собраний, учебный корпус и другие строения Университета. Держа в руках карту комплекса, школьники разбредались по своим новым жилищам, обживались и спешили прогуляться по территории, встретить друзей, обменяться новостями. В результате к вечеру, когда до Дамфриса, наконец, добрались главные герои разговоров и сплетен последней недели, об их подвигах знали уже все.

Подобная популярность отнюдь не порадовала сопровождаемых Ремусом Люпином друзей. Впрочем, настроение у них было и без того довольно нервным. Они мало походили на сплоченную команду. Невилла только утром выписали из госпиталя святого Мунго, откуда он прямиком отправился в Юлу, где провел весь день, восхищаясь увиденным и пытаясь обсудить свое положение с друзьями. Но попытки эти по большей части были тщетными — Рон и Гермиона постоянно сидели вместе в комнате с табличкой Флавия Белби, иногда тихо переговариваясь, но в основном молча уставившись в одну точку. Причиной такого поведения было отсутствие второго жильца этой комнаты — накануне Гарри каким-то образом выскользнул из дома и исчез. Поиски по всей стране поднятых по тревоге авроров и членов Ордена Феникса оказались тщетными — периодически в Юлу доходили неутешительные новости: найти мальчика пока никто не может.

На блуждания Невилла быстрее всех откликнулась Луна Лавгуд. Однако Невилл в душе побаивался этой странной девушки, в компании которой он чувствовал себя пришельцем с другой планеты, который никак не может понять логики аборигенов. Поэтому, в конце концов, он нашел собеседницу в лице Габриэль Делакур, которая отчаянно скучала среди погруженных в собственные тревоги подростков и озабоченных взрослых. Ее старшая сестра, Флер, до сих пор оставалась в госпитале.

Джинни держалась особняком — она до сих пор ни с кем не разговаривала, держать холодно и отстраненно, словно механически следуя ежедневной рутине с завтраками и обедами, между которыми она упорно возвращалась в свою комнату, не давая втянуть себя ни в один разговор, не интересуясь новостями никак не прореагировав на возвращение Гермионы, которая жила с ней в Юле в одной комнате. Ее не встряхнуло даже исчезновение Гарри — услышав об этом, она лишь прищурилась и еще сильнее сжала губы.

Сам Гарри вряд ли бы смог объяснить себе, почему он ушел из дома в одиночку после всех договоренностей с друзьями. Его, вместе с десятком других пациентов, выписали из госпиталя в четверг.

Накануне Пожиратели Смерти, праздновавшие какой-то известный им одним праздник, так развеселились, что решили «поиграть» с маглами. Объектом их нападения стал загородный дом одного из новоявленных миллионеров, который устроил для своих детей и их друзей летний праздник. Свалившиеся словно с неба в самый разгар вечеринки Пожиратели вначале показались гостям неким новым развлечением, придуманным для них нуворишами. Однако когда одни подростки вдруг оказались на деревьях, другие — в бассейне, а третьи — распростертыми на столах прямо поверх тортов, уцелевшие решили, что шутка зашла слишком далеко, и кинулись врассыпную. Кто-то из них вызвал полицию, при появлении которой все Пожиратели словно испарились.

Прибывшим на место аврорам досталась непростая задачка: нужно было преобразовать память чуть не сотни гостей (часть из которых уже разъехалась по своим домам), а так же обслуживающего персонала, полицейских, любопытствующих, встревоженных родственников и восторженных друзей