Ленивая пастораль - 5 - Олег Мамин

— Пока не знаю. Оставил на десерт. Лучше ты мне расскажи, что здесь происходит? Мы с тобой не договаривались о таком, — человек ткнул пальцем в сторону волкоподобного Короля. Волков он не любил, встречался с ними. Даже Лавовый Паук высокого уровня его не так смущал, как Волки с наклонностями бандитов.

К счастью, оставшийся барьер — это не тонкая скорлупка, а полноценная стена не один десяток метров шириной. По сути это вовсе и не барьер как таковой, как то, что подразумевают по этим термином практики. В данном случает это скорее переход из одного мира в другой. Излом пространства, не являющийся ни Малым, ни Внешним мирами и ими обоими одновременно. Этакое переходное состояние, совмещённое с фильтром. Не каждый может в него попасть и ещё меньше могут его преодолеть — он берёт плату жизнями. Собственно все остальные барьеры, установленные практиками, представляли собой именно скорлупки, установленные парами по обе стороны от этого переходного пространства.

В него-то троица неудавшихся взломщиков и отступила, заплатив очередную «пошлину» за проход: в пирамидках энергии осталось очень мало.

— Что теперь делать? — со страхом в глазах спросила Лисьи Кисточки. Может, назад, в наш мир?

— Второго шанса на отступление не будет, — Снежная Гора помахал артефактом. Да кисточки и сама это понимала, потому и не кинулась сразу же домой. — Семья-то тебя, может, и примет, а вот полубоги не простят.

И это все понимали.

— Есть предложение: проковыриваем в стене нишу и прячемся там. А потом ломаем барьер, и две силы сталкиваются между собой, перемалывают друг друга. Мы уйдём, когда всё закончится.

— А нас не прибьёт случайной атакой? Тут такая жаркая бойня будет!

— В проходе ни одна сторона не посмеет атаковать. У него пространственная природа, он может сломаться от мощной техники, исказиться, схлопнуться. Да Вся Гордая Звезда может погибнуть или перенестись куда-нибудь, если быть неосторожным. Всё-таки Малый Мир сопоставим с ней по размерам.

— Я всё равно боюсь! Вы видели, как этот Паук на меня смотрел? — Лисьи Кисточки передёрнуло.

— Может быть потому что в основе твоего прорыва ядро его сородича? — хмыкнул Снежная Гора.

— Что, правда? — удивился Алекс и тут же сам себе объяснил: — Вообще-то логично. Раз ты освоила технику Лавового Паука, то такой выбор правильный… Кстати, а почему у тебя не отросли ещё лапы? Ты же, вроде, испортила родословную таким подходом?

— Ничего я не испортила! — топнула лапкой лисичка. Человеческую форму она возвращать не спешила.

— Нити Чистоты, — напомнил Снежная Гора. — По твоей логике, я должен был крылья отрастить.

— А может и стоило бы. Тебе они были бы к лицу, — улыбнулась лисичка.

Понятно, что это просто шутка, чтобы разрядить обстановку. Порча родословной — это не только последствия для внешности, но и снижение потенциального предела развития.

— Ну, раз уж мы шутим про ангелочков, то давайте-ка приступим к изготовлению укрытия.

— Кто такие ангелочки?

Алекс замялся. О чём им рассказать: земные мифы или о первом поколении разумных, населявших вселенную? Решил выдать микс, что и сделал, пока прорубали нишу.

Кстати, дело это оказалось весьма трудным, потому как ограничение на применение волшебства касалось и такого «безобидного» действия как разрушение скалы. Что, между прочим, оказалось тем ещё геморроем: здесь, в переходном состоянии между двух миров, и техниками-то не так просто пользоваться, даже слабенькими.

Всё решили мечи.

Лисы, когда Алекс достал свой, сразу вспомнили забавные истории и под возмущение Лисьих Кисточек, Снежная Гора рассказал о первых попытках полёта на мечах. Шишек набили все порядочно, но в конце концов нельзя не признать, что они очень пригодились: смогли покрыть большое расстояние для поиска подходящих основ для прорыва. А однажды и вовсе только мечи и спасли от стычки с довольно большой экспедицией людей: благодаря такому транспорту и человеческому облику те приняли Лис за своих, точнее, за даосов, прибывших на Гордую Звезду с какой-то из соседних. Сами-то они мечами давно не пользуются, у них высокие технологии и тому подобное.

— Ну что? Сможете установить маскировку на вход в нашу нишу? У меня дел будет много, — поинтересовался Алекс, когда работа была закончена. Сделали небольшое видимое отверстие в скале, а за ним уже не очень большую просторную камеру: если в переходе будет валяться много «лишней» породы со свежими сколами, это может намекнуть на их хитрость. И так пришлось дробить породу и рассыпать на полу примерно ровным слоем по всему доступному пространству.

— Зачем? — удивился Снежная Гора. — Я пробку сделал. Вдруг лишние печати помешают твоему ритуалу?

— Звучит логично, — Алекс немного устыдился. Самую малость. Привык он ко всему волшебному и забыл о том, что материальный мир всё ещё существует. Можно вполне обойтись и натуральными вещами, а не прятаться за иллюзиями.

Работа с последним барьером заняла несколько дней: его нельзя просто сломать. Как уже было сказано, грубое воздействие может привести к непоправимому результату для целой Гордой Звезды, не говоря уже о Малом Мире. Ведь по сути это и не барьер вовсе, а переход, шлюз. Его просто несколько исказили с помощью Древнего Артефакта сгинувшей расы, сделав опасным.

Алекс хотел просто отменить "кровавую дань" и на этом успокоиться. Тогда все существа могут ходить друг к другу в гости. Так сказать дружить домами.

Работа эта весьма тяжёлая — сломать он мог бы быстро, по уже знакомой схеме, а вот перестроить, исправить — это уже искусство.

Опять же чуждая система знаков и символов не позволяла полностью понять, уже имеющиеся механизмы работы. Даже Древний Свиток не помогал — его Древность пожиже, не старее времён господства Зверей. В него вошли кой-какие воспоминания о техниках печатей ушедших рас, но это далеко не полная картина. По аналогии люди сейчас тоже создают свою систему и часто теряются при виде звериных построений. Но какие-то сведения имеют.

— В общем, у меня две новости, — спустя какое-то время подытожил Алекс. — Я не смогу навсегда переделать барьер. Зато могу сделать временную открывалку. Примерно такую же, как применяют ваши, когда выпускают вас наружу.

— Кажется, есть какое-то «но»? — понял лис.

— Есть. Всё-таки потребуется отдать чью-то жизнь, но хотя бы не с каждого проходящего.

Лисы ощетинились, шерсть встала дыбом.

— Эй! Вы чего? Я же не сказал, что нужна жизнь кого-то из нас троих!

Доверия не сильно прибавилось, но хотя бы товарищи снова приняли человеческую форму.

— Значит, пойдёшь договариваться?

— Ага. Но вы всё-таки спрячьтесь. Чужаков там не