Выбор, который делают за нас - Галина Добровольская

Слова любимого вызвали такую нежность и умиление, что я даже разревелась. В себя меня привели слова сестры. Но не испугали, а вернули меня к тому кошмару, что творился вокруг последнее время.

- Слушай, а ты часом не беременна?

Сразу перед глазами предстала Вяземская, которая со слезами на глазах кричала Саше, что это его ребёнок. Наверное, эта сцена еще долго будет стоять у меня перед глазами, и мучить меня своими кошмарами.

- Вряд ли, - сипло ответила я.

- Всё возможно, - вместе со мной ответил Саша. – В любом случае тебя осмотрит врач, и назначит обследование. И я считаю, что свадьбу лучше отложить.

Последние его слова, были как звук забиваемых гвоздей в крышку гроба. Если цель Вяземской была, что бы отменить мою свадьбу, то она её достигла.

Обычный потертый линолеум и выкрашенные бежевой краской стены с побеленным потолком. Время здесь будто остановилось, хотя, нет. Стулья были уже ближе к двухтысячным, а не восьмидесятым годам. Да и офисные столы с компьютерами вряд ли имели место, быть в тех далеких годах. А я ведь думала, что во всех казенных учреждениях уже давно властвует пластик, а здесь даже окна деревянные.

Именно с такими мыслями я сидела в кабинете следователей, которые вели дело Вяземской. Сейчас мой адвокат, точнее адвокат нашей семьи с пеной у рта доказывал, что эти люди не имеют никакого права вызывать меня сюда повесткой. Особенно мне понравилась метафора «как простую простолюдинку». А я ведь не королевских кровей. И то, что у моей семьи денег больше чем у четверти населения Российской федерации, не делает нас обладателями голубой крови.

Вызвали же меня для повторной дачи показаний. И сейчас вместо того, что бы готовится к свадьбе, которую все же на семейном совете решено было не переносить, я сидела здесь и ждала, когда же это всё закончится.

- А мы не заметили у гражданки Порш депутатской неприкосновенности, – усмехнулся один из следователей.

Я только сейчас смогла их нормально рассмотреть. Ведь после случившегося, я была в таком шоке, что даже не запомнила их внешний вид. Хотя он был и не примечательным, обычные серые люди, на которых в толпе и внимания не обратишь.

Отвечающий адвокату, был именно серым, а точнее, его волосы были сдобрены сединой. Длинный нос с горбинкой и впалые скулы, и глубоко посаженные глаза, делал похожим этого мужчину на серую ворону. А его сухощавая фигура больше напоминала длинную жердь. Второй же наоборот был полным, коротышкой с рыжими кудряшками и в тон им конапушками. А его румяные выпирающие щёки наталкивали о мыслях, о гномах, если отрастить ему бородку и стать ещё сантиметров на двадцать ниже.

Сама себе поразилась, со смерти Дианы прошло всего тридцать шесть часов, а я уже сижу и ассоциирую этих следователей с птицами и фэнтезийными персонажами.

- А давайте уже к делу перейдём, а то у меня примерка платья через два часа, - решила вмешаться я.

- Значит, трагедия, произошедшая с вашей подругой, не заставила вас перенести столь значимый для вас момент? – усмехнулся рыжий «гном».

- Она никогда не была моей подругой. По факту, мы даже знакомы не были, - равнодушно пожала я плечами.

«Ворон» и «гном» переглянулись между собой, а потом серый весь подобрался, видимо решил, что владеет информацией, которая меня как минимум уязвит.

- В дневнике погибшей сказано, что отец ребенка и ваш будущий муж – одно лицо, - он вцепился в меня взглядом, следя за моими эмоциями. Я с трудом сдержалась, что бы ни поморщиться.

- Да, она говорила что-то подобное, - стараясь казаться равнодушной, я снова пожала плечами.

- То есть вас, совершенно не заботит тот факт, что ваш жених не был вам верен? – взвизгнул рыжий.

- На тот момент, он не был моим женихом, и я знала о том, что Саша переспал с Вяземской. Она была девушкой Димы, его брата, а он является моим лучшим другом.

Следователи снова переглянулись и сделали какие-то записи в свои бумажки.

- Вашему жениху, гражданка Порш, грозит 110 статья УК РФ…

- Это немыслимо, - вскликнул адвокат, заставив меня вздрогнуть. – Александр Сергеевич уважаемый человек, вам придётся наизнанку вывернутся, что бы доказать ваши абсурдные обвинения.

- А что это за статья? - шепотом обратилась я к адвокату.

- Статья 110 УК РФ, инкриминирует доведение до самоубийства. Но трудно доказуемая.

Шокировав меня, адвокат снова начал скандалить и выяснять отношения, со следователями, кидая в них статьями и прочими умными словечками, которые я даже никогда не слышала. А я сидела и пыталась подавить душевную панику. Уговаривала себя, что какие-то записи в дневнике не могут служить доказательной базой. Ведь написать можно всё что угодно… верно ведь?

Белоснежное лёгкое платье развивал ветер, оплетая им худосочную хрупкую фигурку. Он так же играл с волосами блондинки, то подкидывая их, то опускал обратно, запутывая непокорные пряди, неугомонный шалун. Она стоит ко мне спиной совершенно босая, и её изящные ступни с красным ноготками, утопают в хлопьях белоснежного снега, который меняет свой цвет от алых капель, что стекают по её запястьям.

- Мне холодно, - шепчет Диана, повернувшись ко мне в пол оборота.

Порыв ветра ударяет ледяными иголками мне в лицо, но я всё равно пытаюсь подойти, прижимая к груди меховую накидку. В голове пульсирует только одна мысль, что я должна укутать девушку. Вот только, чем ближе я пытаюсь подойти к ней, тем дальше она от меня. Я ускоряю шаг, срываясь на бег, и в этот момент она сливается с белым горизонтом, просто утопая в белёсой прозрачной дымке, заставляя меня вскрикнуть отчаянное «НЕТ».

Я поднимаюсь с кровати с тем же криком, резко открывая глаза, и белый свет полуденного солнца ослепляет на какую-то долю секунду. Сердце стучит о рёбра в бешеном ритме, заставляя понять, что это был всего лишь сон. Один из кошмаров, который мучают меня в последнее время.

Смятая вторая подушка, подсказывает мне, что Александр всё-таки ночевал рядом. Несмотря на то, что я не вижу его уже почти неделю после печальных событий. Сейчас он разрывается между фирмой и следователями, которые насели на него как стервятники на пару с прессой. И если полиция делала свою работу, отрабатывая все возможные варианты, то вот