Куница. Том 2 - Вадим Александрович Оришин

Покрутив эту идею, счёл её разумной, не став влезать со своими советами.

«Поняла,» — подтвердила девушка.

И через несколько секунд нас обогнала легковушка.

— Куница, — обратился ко мне Кабан.

— Чего?

— С нас бутылка, когда всё закончится.

Не объясняя, за что и почему, но я его понял.

— Пожалуйста.

Мы съехали с трассы на дорогу поуже и попроще.

— Маршрут отхода есть? А то наши друзья могут начать вообще все фуры останавливать.

— Да, — кивнула Олеся. — Уходить будем по просёлкам. Не беспокойся.

Ладно, будем считать, что у них всё продумано.

Грузовик свернул на какой-то натуральный просёлок, а затем и вовсе заехал на непонятного назначения асфальтированную площадку, где уже стоял развёрнутый кран и раскрытый длинномер. Кабан достаточно точно остановился под стрелой крана.

— Всё, в темпе! — крикнул он, выскакивая из кабины.

Я последовал его примеру, даже не спускаясь на асфальт, а сразу перепрыгивая на платформу. Успел запрыгнуть на контейнер и закрепить первый крюк паука, когда на контейнер запрыгнул Кабан. Закрепив все четыре крюка, спрыгнули. Кран, с натугой, но поднял контейнер и медленно перенёс его на длинномер, где встречали Як и неизвестный мне мужчина. Они завели контейнер в кузов, стоек которого едва хватало по ширине. Влез. Поставили, потратили минуту на закрепление контейнера, затем быстро закрыли борта и крышу. Всё, внешне — обычный закрытый кузов фуры.

— Олеся, предлагаю ехать в кузове, — предложил, прежде чем мы закрыли створки.

Девушка поджала губы.

— Нет, я лучше в кабине.

— Я поеду, — вызвался Кабан.

Распределились быстро. Двое неизвестных мне мужчин и Олеся в кабине фуры, мы с Кабаном в кузове, Як и Рысь в автомобиле, что прятался за краном.

Когда машина тронулась, я подошёл к створкам контейнера, прикидывая, можно ли их открыть внутри кузова. К счастью, да, одна открывалась без помех.

— Хочешь заглянуть? — спросил Кабан.

Киваю.

— Да, ради этого всё и затевалось. Советую отвернуться и не смотреть. За то, что внутри, уже погибло, демоны знают, сколько человек.

Кабан хмыкнул.

— Не рассказывай мне о секретности.

И демонстративно сел прямо на пол, спиной ко мне и контейнеру.

Я быстро проверил створки, но они были самыми обычными. Никакой магии. Однако я отчётливо ощущал контур блокировки. Осторожно открыл одну, заглянув внутрь. Темно. Повесил магический светильник.

Контур блокировки магии начинался через метр от входа. Судя по отсутствию свечения, даже в темноте, контур был пуст. Значит, внутри ничего не фонило магией. Сразу за контуром висела завеса, из полиэтилена, судя по виду. Осторожно шагнул за неё, постоянно прислушиваясь к ощущениям, в том числе к силе глаз, но ничего не обнаружил.

Содержимое контейнера напоминало... Не знаю. Куча всяких старых вещей, закреплённых, чтобы не двигались в движении. Картины, если судить по упаковке, какие-то вазы, кубки, сундуки, коробки, свёртки. Приходилось прислушиваться к каждому предмету, ища тот, к которому нужен был мой ключ.

Если нам подсунули пустышку, это будет очень смешно. Я даже сам искреннее над собой, идиотом, посмеюсь. А потом пойду искать и убивать шутников, потому что шутка стоила жизни хорошему, в целом, парню.

Тубус для крупных свитков дал отклик. Я повторил ключ и применил к предмету, получив подтверждение об открытии замка. Сняв светлячок со своего плеча и подвесив над парой стоящих рядом сундуков, аккуратно вскрыл тубус и очень осторожно вытащил содержимое. Большой, метровой ширины, свиток. Видом он напоминал древние китайские трактаты, которые видел я только на картинках.

Открыл свиток и хмыкнул. Китайский, кто бы мог подумать.

— Олеся, нам потребуется переводчик.

Глава 40

Трасса

Март 1983 года

Ещё раз проверил и осмотрел всё содержимое контейнера, удостоверившись, что свиток с китайскими письменами не обманка для дураков. Например, закрепили настоящий свиток на какой-нибудь картине и запаковали, а в тубус вложили рецепт супа. Но нет, я внимательно всё осмотрел, надписи присутствовали только на свитке в тубусе. Даже проверил ткани на проявление магией, и на скрытые чернила, к счастью, знал, как это сделать. Ничего.

Тубус со свитком я закрыл всей защитной магией, какую счёл уместной. После чего закрепил лямки и закинул себе за спину. Когда вышел обратно в кузов, закрыв контейнер, Кабан обернулся, удостовериться, что я цел. Естественно, тубус боец тоже заметил.

— Из-за этого весь сыр-бор? — спросил оперативник.

— Именно, — подтверждаю.

— Понял, — и мужчина потерял интерес к тубусу. — Так даже проще.

Мысль была правильная, поэтому я сразу потянулся к рации.

— Олеся. Груз у меня с собой. Контейнер больше не нужен. Его содержимое представляет только историческую ценность.

Услышав о переводчике, девушка даже не стала спрашивать, с какого языка, коротко бросив: «я подумаю». Сейчас ответ был развёрнутым:

«Хорошо, поменяем транспорт. Фура в одну сторону, мы в другую. Остановка через... — на пару секунд девушка отпустила кнопку передачи, — Через двадцать минут.»

— Понял, ждём.

Кабан поправил оружие, убирая его под одежду. Если мы остановимся на какой-нибудь заправке, не нужно привлекать внимание случайных свидетелей. Я потратил время на контролируемую регенерацию, убирая все следы ран с тела.

Минут через двадцать фура действительно замедлилась, а вскоре и вовсе остановилась.

«Приехали, пересаживаемся,» — скомандовала Олеся.

Я думал, что дальше поедем мы впятером, а неизвестные мне сотрудники поедут дальше с грузовиком, но нет. Когда мы с Кабаном оказались на улице, Олеся уже указывала Яку и Рыси на фуру. Обернулась, ткнула в меня пальцем и указала на легковушку.

— Вижу, дальше едем порознь, — понял Кабан. — Неплохо поработали, Куница. Может, ещё свидимся.

Мужчина протянул мне руку. Я ответил на рукопожатие.

— Надеюсь, в более мирных обстоятельствах, но, боюсь, это маловероятно.

Тот улыбнулся и кивнул.

Через несколько минут мы с Олесей покидали заправку. За рулём, естественно, сидела девушка, тубус лежал на заднем сидении.

— Нам нужен не просто переводчик, — заговорила оперативница, когда мы вышли на трассу и набрали скорость. — А востоковед. Там ведь наверняка какой-нибудь тибетский диалект.

Киваю.

— Да, потребуется специалист, который хоть что-то понимает в их методиках развития и культивации. И которому можно доверять. Есть кто-нибудь на примете?

Как ни странно, Олеся ответила практически сразу.

— Да, есть. С этим проблем не будет.

Удивился.

— Так уж?

Девушка улыбнулась.

— Это обитатель иного плана. Самурык, птица познания.