Возвращение Узурпатора 3 - Илья Игоревич Савич

━—━————༺༻————━—━

Это был тронный зал моего дворца. Сияние золота, дорогих тканей и драгоценных камней, привезённых со всего Арахата.

Блистательная пелена, застилавшая мой взор.

— Ты наконец-то пришёл, господин, — раздался чарующий голос, от которого сжалось моё сердце.

— Анна! — воскликнул я и с удивлением обнаружил, что голос изменился.

Это был мой голос.

— Светозар, — улыбнулась черноволосая девушка.

Её глаза были самым добрым, что я помню за всю свою жизнь. Маленький вздёрнутый носик, чуть оттопыренные и оттого забавные уши.

В роду Нелидовых была Анна, и тогда она мне показалась необычайно похожей. Наверняка она была её потомком, но теперь, глядя на свою верную подругу и незаменимую помощницу, я понимал, что различий слишком много.

Вдруг снаружи, за аркой, ведущей на открытый помост, раздался гулкий протяжный рёв Бергира.

— Я вернулся? Я снова…

— Нет. — Анна подошла ко мне и коснулась лица, но я не чувствовал тепла её пальцев. — Нет, господин, это место не настоящее. Я просто хотела вас увидеть, прежде чем мой осколок развеется в духовных потоках это мира. И постаралась вспомнить, как выглядел тот день, когда мы виделись в последний раз.

Всё что я мог — это улыбаться. Мне одновременно было радостно, что я вижу Анну, и печально от того, что ей пришлось ждать так долго.

Она проделала огромную работу, чтобы проложить путь к моему возвращению. Её работы стали основой для будущих поколений. И такие мастера как Елена из рода Нелидовых или Анелит Странник или многие другие примут, разовьют и овладеют магией так, что даже боги, быть может, позавидуют.

Да что уж говорить, мои печати без её помощи были бы невозможны. Да, это я первым изучил язык богов и привнёс его людям. Нам двоим, если быть точным. Но я уж точно не стал бы записывать его и создавать алфавит.

И теперь, глядя в её глаза, заметив её милую, почти детскую улыбку, я понял, что она не врала. Она сделала всё это только затем, чтобы увидеться со мной в последний раз.

— Спасибо тебе, — с трудом выдавил я из себя. — Я очень рад тебя видеть.

Анна улыбнулась ещё шире, и вдруг во взгляде я на мгновение уловил не молодую девушку, которую я знал, юную, болеющую любопытством ко всему миру, рассудительную, но при этом глубоко эмоциональную. Свою помощницу Анну, которая, казалось, была со мной всегда и везде, даже до того, как мы встретились впервые.

Нет, на одно мгновение мне померещилась взрослая женщина, умудрённая годами, спокойная и, наверное, куда более мудрая, чем я был бы, проживи полторы тысячи лет от года к году.

— Не стоит, господин. Но прошу… — Она вдруг снова взглянула на меня так, будто взглядом что-то хотела сказать: — не теряйте больше свой меч.

И достала из-за спины лучший клинок, что только видел этот свет.

И я сам будто увидел его впервые. Прямо как в тот день, когда Сварг выковал его для меня.

И многое понял. Пазл в голове сложился в единую картинку, которая никак не хотела складываться за всё путешествие вокруг Арахата.

Я улыбнулся.

— Стоит, Анна. Спасибо. Прощай.

Я почему-то знал, что наша встреча подошла к концу. Анна поклонилась — насмешливо и играючи, как это делала каждый раз, чтобы подразнить меня. Ведь ей кланяться не следовало.

А я поклонился в ответ. Но безо всякой шутки, низко, как не кланялся ни перед кем, даже самыми могущественными правителями всех княжеств и королевств.

— Прощай, Светозар…

И треклятый белый свет снова начал застилать всё вокруг. Я почувствовал, как возвращаюсь обратно, и сжал рукоять покрепче. Чувствуя, как она приятно и удобно ложится на пальцы.

Меч Окулы был хорош. Он, наверное, оказался лучшим во всём Арахате, ведь прошёл по всем странам и одолел каждого противника, что встречался на нашем пути, но этот меч…

В нём была заключена часть души самого Сварга и тысячи духов земли, воды и неба.

А теперь он и сам стал духом, и потому мне было страшно выпускать его из рук. Потому что этот меч — отгадка на задачу, о которой я и не подозревал с самого начала.

Вдруг белый свет начало заволакивать фиолетовым дымом, а сквозь моё сознание пронеслась сильная скрежещущая дрожь. И я очутился в полумраке, в чьей-то спальне, посреди которой стояла огромная кровать, закрытая пурпурными занавесками, а пол застлан мягкими коврами южных мастеров.

Воспоминания нагрянули не сразу, но затем я нахмурился и насторожился.

— Здравствуй, Эфлен.

Из-за занавесок, скрывающих ложе, показалась женщина. Она была прекрасна во всех своих проявлениях. В чарующем взгляде, способном побуждать настоящие воины — что и делала не раз. В изгибах тела, обещающих невероятное наслаждение, в бархаткой коже, в шелковистых волосах, спадающих с плеч и зачем-то закрывающих упругую грудь.

Она была одета полупрозрачный халат, съехавший с плеч, и босой ногой ступила на мягкий ковёр, поднимаясь на ноги.

— Здравствуй, Светозар, — промурлыкала она. — Ты изменился.

Я вдруг понял, что снова стал Лютом. И в руке у меня лежал меч Окулы, приземлённый и проверенный, привычный не хуже божественного клинка.

— А ты — ничуть. Хотя прошло уже полторы тысячи лет.

— Так долго? — удивилась главная стерва Арахата. — Удивительно… Я надеялась задержать тебя хотя бы на две или три тысячи, чтобы магия этой девчонки развеялась.

— Анна тебя обдурила, — усмехнулся я. — Всех вас.

— Мда, — хмыкнула Эфлен. Она плавно сбрасывала с себя маску сладострастной нимфы. — Но прежде мы обдурили её. Это ведь она…

— Создала ту печать. Я в курсе.

— И помогла лишить богов силы. И тоже не желала этого, кстати, просто выяснилась довольно забавная закономерность.

— Какая же?

— Чем больше знаний у рода людского, тем меньше власти над ними у богов.

Эфлен уже стояла передо мной в своём величественном обличии Советника Императора, и полупрозрачный полуснятый халатик заменило элегантное платье с узорами из золотой нити.

Что это было? Она решила подразнить меня?

Наверное это так, но даже несмотря на реакцию духовного тела и тесноту в моих шароварах, я сохранял разум холодным и расчётливым. Женщины уже давно перестали иметь надо мной ту власть, что творила великие воины и великие свершения. И Эфлен это знала лучше остальных.

И теперь ещё больше разозлилась.

— Ничего страшного, милый… — От такого обращения я почему-то почувствовал, будто мои чресла коснулись холодной стали тисков. Хотя напоминаю, что я до сих пор находился в духовном теле, а не в физическом. — У нас будет ещё не одна сотня лет в ожидании, пока магия развеется,