Министр товарища Сталина 2 - Ал Коруд

их малопригодными для военных целей. Исключением была шахта Шинколобве в тогдашнем Бельгийском Конго, где руда содержала до 75% урана — это был уникальный природный источник высокообогащённого сырья. Американские спецслужбы организовали секретную операцию по вывозу всего доступного урана из Конго, чтобы не допустить его попадания в руки нацистской Германии и обеспечить собственные нужды. Значительная часть урана, использованного для создания первых атомных бомб, была добыта именно в Конго. В 1940 году директор горнодобывающей компании Union Minière Эдгар Сенжье тайно переправил крупные запасы урана в Нью-Йорк, а в 1942 году продал их армии США. Этот уран стал основой для производства бомб, сброшенных на Хиросиму и Нагасаки.

Таким образом, без урана из Конго американская атомная программа столкнулась бы с огромными трудностями, а, возможно, и не смогла бы достичь успеха в столь короткие сроки. Значимость этого ресурса для США была настолько велика, что вокруг него велись сложные геополитические игры и секретные операции, а сам факт использования конголезского урана долгое время оставался засекреченными. Но кое-что я уже рассказал Сталину еще месяц назад, когда приходилось доказывать пользу управления мною советской внешней разведкой. Часть информации была уже известна до моего появления здесь в теле реципиента, но все равно удалось показать много того, что крайне заинтересовало Сталина и Берию. Последний, видимо, был сильно недоволен тем фактом, что я его здорово обошел.

Связь между Шинколобве и Хиросимой, где убиты были более 200 тысяч человек, до сих пор мало неизвестна ни на Западе, ни в Конго, ни в Японии. Точно так же игнорируются катастрофические последствия для здоровья конголезских шахтеров, добывавших радиоактивную руду для бельгийского горнорудного гиганта Union Minière, владевшего шахтой Шинколобве в тогдашнем бельгийском Конго. В 1939 году американцы не знали о том, что гитлеровцы из-за отсутствия высокообогащенного урана не сильно продвинулись в разработке атомной бомбы. Но они все равно боялись, что Гитлер заполучит атомное оружие раньше них самих. А это, не исключено, могло бы повлиять на исход войны. И уже в 1939 году Альберт Эйнштейн написал президенту Франклину Рузвельту, рекомендуя ему принять меры к тому, чтобы не позволить нацистам получить доступ к Шинколобве.

Блестяще написанная и содержащая детальные исследования книга Уильямс рассказывает историю о том, как в предшественнике ЦРУ, Управлении стратегических служб США (УСС), было образовано специальное подразделение, перед которым была поставлена задача приобрести и тайно вывезти весь уран, к которому смогли бы получить доступ американцы. В Вашингтоне этим подразделением руководили директор УСС Уильям «Дикий Билл» Донован и Рад Боултон, шеф африканского отдела. Донован, пишет Уильяис, был одержим двумя темами: стремлением не позволить нацистам заполучить бомбу и недоверием к британцам, а также той роли, которую они играли в «урановой» операции. Британцы, со своей стороны, боялись, что США отхватят себе колонии Британии в Западной Африке.

Агенты УСС выступали под различными прикрытиями — кто-то, например, представлялся орнитологом, кто-то натуралистом, собирающим живых горилл, кто-то импортером шелка. Некоторые выступали в качестве сотрудников нефтяной компании Texaco. Это вскрылось после того, как президента «Texaco» Торкилда Рибера заставили уйти в отставку в 1940 году, когда стало известно, что он осуществлял поставки нефти нацистам. Уильямс рассказывает и том, что у американских шпионов возникали трудности при работе во французском Конго и других колониях, находившихся под контролем движения «Свободная Франция» генерала де Голля. Причина этого заключалась в том, что США признавали коллаборационистское правительство Виши вплоть до самого вторжения в Нормандии.

Американская операция по захвату шахты в провинции Катанга была засекречена настолько, что ряд агентов УСС, участвовавших в этом, думали, что они участвуют в контрабанде алмазов. А те несколько агентов, которые были в курсе того, что их цель — уран, понятия не имели, для чего была нужна руда. Один из таких агентов, Уилбур «Док» Хоуг, лишь после 6 августа 1945 года узнал о том, ради чего он выяснял маршруты нацистской контрабанды из Конго и помогал тайно вывозить уран из страны.

Уран вывозили по железной дороге в Порт-Франки, затем баржами по рекам Касаи и Конго до Леопольдвиля, где его вновь перегружали на поезд до порта Матади. Там уран грузили на самолеты компании Pan American или на океанские суда. И те и другие отправляли в Нью-Йорк на Стэйтен-Айленд. Здесь уран находился до того времени, как его применили против мирного населения Хиросимы и Нагасаки.

Интересно, что операция американцев осложнялась действиями некоторых бельгийских чиновников и сотрудниками компании Union Minière, которые сотрудничали с нацистами, помогая им вывозить смертоносную руду.

— Чего ты добиваешься, Виктор Семенович? — Сталин сбавил тон и угостил меня чаем.

— Есть мнение, — вот тут брови Вождя сами собой поднялись. «Есть мнение» — это его коронная фраза, — что нам будет полезно создать несколько точек мировой напряженности. Там, где нам это выгодно и обойдется минимальными усилиями.

— Поясни!

Чай отставлен в сторону, в меня вперся тяжелый взгляд.

— Например, мы можем сильно поменять расклад в Греции, использовав болгар и албанцев. Сами же поставим им лишь устаревшее для нас оружие и технику. Можно повторить опыт с созданием Интербригад. В Европе много бывших партизан из левых движений. Понимаю, американцам такое не понравится. Но их можно будет занять в Корее и Тайване.

— Там зачем?

— Если перебросить в северную Корею элиту войск НОАК, а также широко использовать на тамошнем театре военных действия советские ВВС под видом корейских, то можно одним ударом уничтожить проамериканский режим Южной Корее и создать сильную фланговую угрозу американской базе на Окинаве.

— Хм, — Сталин достает папиросу, затем со вздохом кладет ее обратно. — Кое-кто в Китае будет недоволен.

— Он и вами не очень доволен. Но мы-то именно ему ничем не обязаны.

Все — слово сказано. Осталось ждать, что мне ответят, и строить дальнейшую тактику от реакции Хозяина.

Через пару минут Вождь хмуро роняет:

— В чем наш интерес?

— Займем американцев. Они точно поначалу постараются влезть в Корею. Но будет уже поздно. Мы с Генштабом подсчитали примерное время их развертывания и переброски сил. Если крепко ударить сжатым кулаком, то не успеют.

— Что еще?

— Режим Чай Кан Ши доживает свои последние дни. Но он под колпаком США и при любом раскладе сможет уйти на Тайвань, откуда мешать китайским коммунистам. Необходимо начать бить туда, а не разбрасываться на Восточный Туркестан и Тибет. Такое впечатление, что Мао Цзэдун собирается восстановить империю. Стоит ли потакать ему