Мир истории : Россия в XVII столетии - Виктор Иванович Буганов

Скоро близкие люди принесли ему одежду и седло, подвели лошадь, и Петр всю ночь мчался в Троицкий монастырь. Сопровождали его трое. Утром прискакал в монастырь, упал на постель и весь в слезах поведал архимандриту о страшной опасности, нависшей над ним, просил укрыть его, защитить.

Тревога в связи с ожидавшимся походом стрельцов в Преображенское была ложной. Разговоры и слухи имели, конечно, место, и в напряженной, накаленной обстановке этих июльских и августовских дней они, может быть, сыграли роль запального шнура, вызвали цепную реакцию, привели к взрыву. Может быть, кто-то подготовил эти события? Использовал сложившуюся обстановку? Недаром некоторые уже тогда думали и говорили об умной режиссуре князя Голицына — не Василия Васильевича, а Бориса Алексеевича, конечно…

Еще одно обстоятельство любопытно: Петр и в молодости, и в зрелом возрасте трусостью не отличался, участвовал в сражениях под пулями и ядрами, нюхал, как говорится, пороху, и не раз, бывал и ранен; не боялся броситься в пекло во время пожара или в морскую бурю спасать погибающих. А тут — оставил мать, беременную жену, всех близких, «потешных», которые могли его, кстати, защитить, бросил все и пустился наутек, спасая свою жизнь.

Что это значит? Может быть, по договоренности с умным советником, разыграл, как по нотам, свою роль? Но очень уж натурально выглядели его страхи в спальне и роще, где он дрожал в одной рубашке, и слезы в монастырской келье…

8 августа, когда Петр в Троице-Сергиеве монастыре отходил от своих страхов и встречал прибывших к нему матушку, «потешных» солдат и стрельцов Сухарева полка, Софья, не подозревая ни о чем, ходила на богомолье. Ее сопровождали стрельцы. На брата нападать она не собиралась, и весть о бегстве Петра в Троицу была для нее неожиданной, встревожила ее. Удивился и «голант»: «Вольно ему (Петру. — В. Б.), — так выразил свое удивление Шакловитый, — взбесяся, бегать».

Петр между тем развил бешеную деятельность: послал в Москву приказ солдатским и стрелецким начальникам немедленно явиться к нему со своими полками. Те потянулись к Троице, и все попытки Софьи и Шакловитого остановить их не имели успеха. Софья послала к брату патриарха для уговоров, но Иоаким, приехав в Троицу, там и остался. То же делали многие бояре и дворяне.

Софья, понимая, что почва уходит у нее из-под ног, жалуется стрельцам: «Послала я патриарха для того, чтобы с братом сойтись, а он, заехав к нему, да там и живет, а к Москве не едет».

Опашень.

Стрельцы не поддержали ее, и, забыв гордыню, она сама поехала к Троице. На подъезде к обители ее встретил боярин Троекуров с приказом: царь запретил ей появляться в монастыре; если она не послушает, то с ней поступят «нечестно». Софье ничего не оставалось, как вернуться и ждать решения своей участи.

Петр, ставший господином положения (почти все полки явились к нему, на его же стороне оказалось и большинство служилого дворянского сословия), диктует свою волю — в первую очередь выдать Шакловитого и его сообщников: царю уже сообщили о тайном совещании у Софьиного фаворита и намечавшемся перевороте. Софья снова умоляет стрельцов, оставшихся еще в столице, поддержать ее, не выдавать своего начальника. Но ее опять не послушали, и она в безвыходном отчаянии соглашается с требованием брата. 7 сентября Шакловитого и его сторонников из числа стрельцов привозят в Троицкий монастырь и после допросов и пыток, через пять дней, казнят. Торжествующий победитель пишет письмо в Москву брату Ивану:

«Срамно, государь, при нашем совершенном возрасте тому зазорному лицу (Софье. — В, Б.) государством владеть мимо нас».

Вскоре Петр прибыл в Москву, и стрельцы, выйдя из столицы, легли вдоль дороги на плахи, в которые воткнуты были топоры; так они просили простить их, не предавать смертной казни. Царь помиловал. Софью же в конце сентября удалили от двора, и под именем сестры Сусанны она поселилась в келье Новодевичьего монастыря.

Начало самостоятельного правления

Петр получил наконец реальную власть. Внешне правил совместно с братом Иваном, которого в том же письме обещал почитать как отца. Слабоумный соправитель, как и прежде, делами не интересовался, ни во что не вмешивался. Так продолжалось до самой его кончины в 1696 году. Имя его всегда упоминалось во всех официальных актах, он присутствовал на церемониях в Кремле, но — не более.

Получив полную власть, Петр ею… не интересовался! Реальные дела по управлению страной перешли теперь от свергнутой сестры к матушке-царице Наталье и ее приближенным. Сам он по-прежнему занимался марсовыми и нептуновыми потехами, которые, по существу, готовили создание регулярной армии и флота, царской гвардии, то есть военную реформу Петра Великого.

При нем же, еще молодом правителе, и до него начались и другие реформы. Они охватили разные стороны государственной жизни. Власти пытались упорядочить центральное управление — объединяли группы приказов в руках одного начальника, создавали приказы, стоявшие над всеми другими (например, Приказ тайных дел при Алексее Михайловиче). В начале 80-х годов создали разряды — большие военноадминистративные округа (Белгородский, Севский и другие), по сути дела, предшественники петровских губерний. Тогда же отменили местничество.

Эта реформа выдвигала на первое место принцип годности при служебных назначениях вместо старого принципа «породы» — происхождения; окончательно он восторжествовал при Петре I и был закреплен его «Табелью о рангах» 1722 года.

Все эти реформаторские опыты носили еще «нерегулярный», подчас даже случайный характер. Но важно то, что они, вызванные потребностями жизни Российского государства, начались до Петра I, а потом, уже в его полновластное правление, охватили все стороны этой жизни.

Начало славных дней Петра

Начало правления Петра наполнено событиями, очень важными для судеб страны.