Арго. Заря мечей - Глеб Сотник

— Пффф, — издал лис. — Повторюсь: у нас нет ни лордов, ни знатных кровей. Соблюдайте наши обычаи, пока вы в нашем доме: не делите существ на благородных и не очень.

Ацелас и Левален послушно поклонились. Принц вспомнил, как Табер на коленях упрашивал калеку пойти вместе с ними, и как тот наотрез отказался брать его. Видимо, он знал их обычаи, но, все же, переживал за неотесанность рыбака.

— Пройдем, — лис указал рукой к одному из столов и медленно пошел в его сторону. — Так, значит, отправляетесь на Цвейт?

Росэр смотрел на принца, а не на Левалена.

— Конечно.

— Думаю, вам придется чутка задержаться.

— Как это? — удивился принц.

— Ваши корабли, эльфийские, недавно только отошли. Ждали тут народ, потом повезли на Цвейт. Вернутся через пару дней, тогда и уплывете.

Лис, наконец, подошел к закускам. Он был так низок, что только голова нависала над столом. Ацелас смотрел на местного правителя сверху вниз.

— А как же корабль, на котором мы приплыли? Он-то может отвезти нас.

— Конечно, может, только в его планы это не входит. Он постоянно курсирует между Порт-Серином и островами, в океан не ходит. Вообще, мало какие корабли уходят дальше островов. Добрый океан, хоть и спокойный, но огромный, да и шторма там случаются. Что уж говорить про морских гадов… Потому наши рыбки и не плавают далеко от островов, — говорил Росэр, имея ввиду морских зверолюдов.

Ацелас кивнул, понимая, и посмотрел на Левалена. Тот лишь пожал плечами, мол «что уж, подождем».

— Ты, Ацелас, — начал лис, чуть помолчав, пока жевал тонкий кусок хлеба с тонким ломтиком лосося. — Передай на Цвейте деду, что зверолюды скоро будут готовы поставлять вам, туда, рыбу. Мы наладили промысел, запаслись лодками. Штук пятьдесят понапокупали, да понастроили. Если хотят, можем им поставлять. А так, конечно, хотели Оплоту продавать, у вас там такой рыбы не водится. Да только вот, думаю, не скоро вам понадобится вся эта рыбешка.

Лис горько усмехнулся, и издал звук, который обычно издают лисы: высокий, похожий на смех или икоту.

— Передам, Росэр.

— Ладно, уж, не буду докучать тебе. Старый лис устал и хочет посидеть. Кстати, Левален, не видел Оберона? Чего-то он задерживается…

Сказав это, Росэр сгреб с серебряного подноса десяток закусок и медленным шагом, бубня под нос какие-то мысли, отправился к креслам у стен пещеры.

— Интересный персонаж, — сказал Ацелас, поворачиваясь к Левалену.

— Росэр был членом круга друидов в Вайтанском лесу. Лет пятьдесят назад. Как только прошел обряд омоложения, не справился с управлением молодой версии себя. Так и получилось, что прожил две жизни: одну друидом, другую – лисом.

Ацелас слушал Левалена до тех пор, пока не заметил за его спиной Валению. Отодвинув однорукого, который только успел закончить мысль, он подошел к девушке, которая весело болтала с единорогом и каким-то бобром. Оба с трудом, но изъяснялись словами, а между собой говорили жестами, поясняя Валении основную суть.

— Приветствую, — поздоровался принц. Единорог и бобр ответили что-то, напоминавшее «доброго дня», хотя больше было похоже на блеянье и чавканье. Левален тоже подошел, но поздоровался членораздельно.

— Я думал, это вечеринка для особых гостей, — сказал с улыбкой Ацелас. Валения подняла брови.

— Что ж, тогда не понимаю, что ты здесь делаешь.

Ацелас посмотрел на Левалена, как бы говоря: «Сейчас она будет в шоке».

— Принца Альтмеров не могли не пригласить на званый ужин.

Валения и правда удивилась, округлила глаза и наклонила голову.

— Это ты-то принц? Да уж, не подумала бы. Наших детей фехтованию обучают куда лучше.

— Каких ваших?

Валения усмехнулась и посмотрела на Левалена, который, поджав губы, сдерживал смех.

— Ты действительно не так умен, как хотелось бы, — проговорил Левален и прыснул. За ним прыснула и Валения.

— Что смешного-то? Я принц, вашу мать, вы чего тут?

Валения, просмеявшись, сделала серьезный вид, и сказала, утрированно кланяясь:

— Лорд Альтмер, простите, что не представилась ранее должным образом. Валения Нарид, младшая дочь Дария Нарида.

Вления из поклона подняла голову, смотря на исказившееся лицо Ацеласа.

— А ты понял, да? — спросил он у Левалена. Тот лишь закивал, снова сдерживая смех. — Что ж, тогда ясно. Многовато здесь собралось знатных домов. Альтмеры, Нариды, Фолдеры. Может, где-то притаились Листрады?

Левален продолжал улыбаться, пока не заметил еще одну гостью на банкете.

— Насчет Листрадов не уверен, но здесь и правда есть еще один представитель Семи. Пойдемте, я вас кое с кем познакомлю.

Проходя мимо зверей и эльфов, Левален подошел к женщине. Если судить по человеческим меркам, ей было бы около сорока лет: небольшие морщины, темные, уже не такие шелковистые волосы, грустные и умудренные глаза. На деле же ей было около двух сотен лет. Фиолетовое платье, подпоясанное желтым ремешком доходило до пола. На ногах красовались туфли на небольшом каблуке. В руке она держала бокал с прозрачной жидкостью.

— Мирелла. Здравствуйте, — проговорил осторожно Левален.

Женщина повернулась и радостно посмотрела на Левалена и его спутников.

— Привет! Левален… что с тобой случилось?

— Особенности ремесла.

— Ужас! Ужас… Прости, не могу не спросить: как там Тит?

Ацелас догадался, кто перед ними. Левален рассказывал, что на островах живет мать его покойного друга Тита из рода Мид, которую сослали на острова за какие-то несуществующие преступления.

— Мирелла, я… Тит уже… Он мертв. Мне жаль.

Мирелла поникла. Хрустальный бокал выпал из руки и разбился, расплескав жидкость по полу. Женщина сделала пару шагов назад и присела на свободный стул.

— О, Левален… Как это ужасно. Ужасно… Мой сын… — ее глаза намокли, она начала хныкать и из глаз все сильнее побежали слезы, смешиваясь с напитком, разлившимся на полу.

— Он был моим другом… Мне жаль, Мирелла. Он был хорошим человеком. Тит подарил столице шанс… Пусть этого шанса и было мало, чтобы спасти город, множество людей смогло уйти живыми. Он – герой Эленвена. Слышите? Он достойный сын своих матери и отца. Мирелла…

— Хватит, Левален, — женщина вытерла слезы рукавом платья. — Я понимаю. Но… Они ведь добились своего, понимаешь?

Левален кивнул.

— Они хотели убить весь наш род… всю нашу семью. И, теперь, у них получилось… Убили Тайта, якобы случайный случай… Убили Тита, якобы нельзя было по-другому… На