Там. Часть IV - Айдар Табрисович Фартов

Кайрат помог ей вдохнуть жизнь в приёмник. Красная лампочка загорелась. Ведущий на радиоволне предложил найти спрятавшегося ведущего в городских, уличных джунглях.

— Вот кнопка громкости, здесь настройка частоты, — объяснил он, — я ненадолго отлучусь.

Затем подмигнул.

— На здешнем рынке разговор короткий. Продавщиц мало! Так что не скучай! Через двадцать минут, в крайнем случае, полчаса, вернусь.

Распространитель открыл багажник и достал навьюченную тележку с пакетами. Поправив холщовый мешок, поплёлся на рынок. Торговля была вялотекущая. Он реализовал две тысячи пакетов. Записал должниц в блокнот, пообещав, что вернётся за деньгами через час. На обратном пути, остановившись возле весёлой женщины тёти Вали, купил пирожков с капустой, а также пару треугольников с мясом. Ближе к выходу из рынка, уже в другом киоске, Кайрат отоварился парочкой банок кока-колы. Затем распространитель возвратился к машине.

— Привет! Папа пришёл! — пошутил он, садясь на водительское место. Кайрат протянул пакет с пирожками Наташе.

— Я хотела сесть на диету! — жалобно сказала она, увидев румяные пирожки, — ты меня искушаешь.

Кайрат положил ей на джинсы банку газировки.

— Разве тебе не хочется расправиться с этим…, чудом кулинарии? — спросил он, вытаскивая аппетитный пирожок, — начнёшь голодать завтра. А сейчас заморим червячка. От пирожка и треугольника не потолстеешь. Это говорит тебе опытный диетолог! Я сам каждый день покупаю у тёти Вали пирожки и обедаю в машине. Посмотри, разве меня разнесло?!

В салоне вкусно запахло выпечкой. Дразня девушку, он приблизил румяный пирожок к самому носу и Наташа сдалась. Они принялись вдвоём кушать, запивая мучное изделие сладкой колой. Радиоприёмник поддерживал их трапезу, в том смысле, что позволил не отвлекаться разговорами от принятия вредной для желудка, но, смачной для языка, пищи.

— Вкусно! — работая челюстями, прокомментировала она, — действительно, пирожки обалденные!

— А я, что говорил? Не обманывал тебя!

Когда с коротким обедом закончили, Наташа отыскала в своей сумочке салфетки. Кайрат вытер жирные губы после масляного теста.

— Как торговал? — поинтересовалась она.

— Не очень, но здесь всегда так. На призовые места не рвусь.

— Сейчас, куда поедем? — настроилась путешествовать Наташа.

— Никуда! Разве ты торопишься?

— Нет. У меня выходной! — она радостно подняла руки вверх и запела. — Уси-пуси, миленький мой!

Улыбнувшись, Кайрат вскинул руку и посмотрел на циферблат часов.

— У нас ещё уйма времени. Целых сорок пять минут. Что-то мы быстро расправились с пирожками.

— Что должно произойти через сорок пять минут? — она томно глянула на парня и округлила губки, — ты меня поцелуешь?

— Я понял, что Азат тебя уже давно не целует? — отвлечённо предположил парень.

— Угу! — она поджала губы, — мне на него наплевать.

— Вы развелись?

— Официально, я замужем.

— Разве? — его бровь взметнулась ввысь. — Почему?

— Потому что этот…, урод сидит в тюрьме, — с надрывом выплеснула она горькую правду, — я лишь жду его освобождения, чтобы тут же подать заявление на развод. Считаю, что с моей стороны все обязательства выполнены, и не должно возникнуть никаких претензий. Азата больше не люблю!

— Разве нельзя развестись без него?

— Можно, но он попросил меня об отсрочке.

— Значит, он надеется на примирение?

— Какое примирение? — она нервно рассмеялась, — ему не хочется терять гарантированную тарелку супа, которую я сварю. И деньги на пиво, которые он самоуправно вытащит из моего кошелька.

— Может, он не хочет лишаться сына?

— О сыне он вообще не знал, и знать не хотел. Не подходил, не укачивал. Игнорировал. Жил в пьяном угаре, со своими дружбанами. Поколачивал меня, чтобы «…баба знала своё место по жизни!».

Кайрат неодобрительно поцокал языком.

— Как в тюрьму попал? За что?

— За пьяные драки, естественно. Когда Азат выпивал, то становился агрессивным и неуправляемым. В первый раз мои родители его вытащили из КПЗ, куда Азата привезли из кафе. Он напился и избил хлипкого мужчину, который имел несчастье быть в это время.

— Оказался не в то время и в не том месте, — пожалел Кайрат случайного посетителя.

— Вот именно. Но Азат забеспокоился, потому что в милиции приняли заявление от потерпевшего и завели уголовное дело. Ходил надутым индюком, а когда дело запахло керосином, то спесь сразу слетела.

— Конечно, по-другому запоёшь. Ему светил тюремный срок?

— Да. За хулиганство, — подтвердила Наташа, — каким-то образом Азат написал и передал мне письмо. В нём он слезно умолял принять меры, чтобы его вытащили из камеры. Обещал, что «…ять буду, но такого больше не повторится!». Мои родители сжалились. Папа начал искать знакомых, и нашёл. Подключили их к делу.

— Заплатили?

— А, как же? Конечно, родители выплатили некоторую сумму. Мы ходили к потерпевшему в квартиру. Я ужаснулась, когда увидела его, раздутую от синяков и ссадин, физиономию. Мощно ему досталось. Глаз заплыл и сплошные кровоподтёки по всему лицу. Азат поколотил со всей дури. Без мозгов, в общем, мой муж!

Кайрат, молча, осудил поведение бестолкового супруга.

— Папа, мама и я стали уговаривать мужичонка, забрать заявление. Объяснили, что Азат недавно женился и у него родился сын. Сказали, что это первый случай и произошла досадная оплошность. Я плакала.

— Что ответил побитый мужчина? Не послал всех вас?

Девушка отрицательно покачала головой.

— Нет. Он оказался порядочным человеком. Терпеливо выслушал. Пригласил пройти в квартиру и даже предложил чаю.

— Действительно, порядочным оказался.

— Вот именно. На счастье шалопутного Азата, — с волнением в голосе сказала Наташа, — он сжалился надо мной.

— Побитый забрал заявление? — спросил Кайрат.

— Да. Забрал. Но дело до судебного разбирательства всё равно дошло. Получилась оказия!

Кайрат кинул удивлённый взгляд.

— Каким образом?

Наташа криво усмехнулась.

— На суде секретарша стала зачитывать процессуальный протокол. Самым тяжёловесным обвинением в деле оказались проклятые синяки и царапины. Их невозможно было обойти вниманием, так как они официально числились в судебной, медицинской справке. Они притягивали внимание судьи, членов комиссии и у остальных присутствующих.

— Интересная заварушка! — вымолвил Кайрат. — Как же Азат улизнул от ответственности?

Наташа вздохнула.

— Синяки не спрячешь под слоем пудры и не замажешь тональным кремом. Особенно, когда морда раздутая, будто тебя укусил рой пчёл. Однако Азата не осудили. Он вышел сухим из реки, не замочив ног. Подробности истории таковы. В помещении кафе Азат гнался за потерпевшим и, поймав, бил несчастного по лицу. Мужичонка, получив порцию тумаков, каким-то образом вырывался и вновь бегал вокруг барной стойки и столов, пытаясь спрятаться от разгневанного Азата. Они совершили несколько кругов, словно легкоатлеты.

Наташа нервно постучала острым ногтём по дверной обшивке.

— Именно в этой последовательности произошли обстоятельства! По крайней мере, в первоначальной версии она звучала подобным образом.

— Если тебе неприятно вспоминать, то не рассказывай? — осторожно