2. Схватка за вкусняшки - Пушок Сосискин

Котики-ученики строили мордочки, давая понять, что ничего особенного им об этом не известно.

— Прекрасно, давайте, в таком случае, поговорим о чутье. Вот скажи, Пушок, почему для котиков так важно иметь хороший нюх? — спросила Мурка Васильевна.

— Потому что с развитым чутьём всегда можно унюхать вкусненькое, пронюхать интересненькое, разнюхать тайное и вынюхать сокровенное, — быстро нашёлся Пушок.

— Прекрасно. А что свидетельствует о том, что у котика развито чутьё, Нюша?

— Такой котик всегда держит нос по ветру, глазки открытыми и сам начеку, — ответила Нюша без раздумий.

— Соглашусь с тобой. Так вот, многие котики ленятся и как бы дремлют. Мимо их носика проходит много того, что можно было бы пощупать усами, так сказать, и сделать из этого интересные выводы. Вот взять, к примеру, газету, — Мурка Васильевна указала на выпуск Кошачьего вестника, лежавший рядом с Пушком. — Многие ли из вас читают то, что написано на её обратной стороне?

— Но это же скучно! — возразил один из учеников. — Всё самое интересное всегда на первой странице. А дальше уж… ну просто наполнитель…

Некоторые ученики захихикали, а Мурка Васильевна покачала головой.

— Если вы хотите раскопать что-то ценное, то порою приходится порыться в самых разных местах. Действительно, многие ямки окажутся пустыми, а затраченный труд, казалось бы, напрасным…

— Главное, чтобы в тех ямках не оказалось чего-нибудь неприятненького, — залился хохотом другой ученик. Мурка Васильевна терпеливо подождала, пока гомон утихнет.

— Главное то, что ваше старание обязательно приведёт к интересному открытию. Чем лучше вы ищите, тем больше разыщите!

Пушок всерьёз воспринял сказанное учительницей, перевернул газету и стал читать заметки, выбирая их наугад. «Открытие новой игровой площадки для котят», «Мясомолочные коктейли впервые в нашем городе», «Конкурс живописи: ваш хвост — ваша кисть!». Пушок показал эту заметку Нюше и стал читать дальше. «Экскурсия по ночным крышам — узнай тайны города», «Сегодня отличный клёв — время браться за удочку!», «Мышиное нашествие. Отчего мыши бегут из подолья?». Этот заголовок тут же привлёк внимание Пушка, ведь он и сам видел, как мышки выбирались жить на поверхность.

— Хороший вопрос, — задумчиво сказал Пушок. — Что заставляет мышек покидать спокойное местечко? Ведь для них опасно жить на поверхности.

— А может, в подполье им сделалось ещё опаснее жить, — предположила Нюша.

— Но по какой причине? Хорошо бы это выяснить… — призадумался Пушок.

— С моей белоснежной шёрсткой только в подземельях лазить, — Нюша даже отпрянула. — Вот уж дудки!

— А вот я бы с удовольствием составил вам компанию, — вдруг сказал один из учеников. Он был коричневого окраса, и был единственным, кто не смеялся над ехидными шутками. — Говорят, под этим городом есть обширные старинные подземелья. Хорошо бы на них посмотреть. Я, знаете, большой любитель таких вылазок, имею некоторый опыт.

Пушок сразу догадался, что этот тот котик, о котором ему рассказывал дядюшка Василий. Просто сейчас на нём не было шляпы с прорезями для ушей.

Пушок внимательно оглядел его, задаваясь вопросом — а можно ли доверять этому незнакомцу? Вдруг он задумал привести Пушка в ловушку.

Это был ухоженный котик с умными глазами. Пушок решил, что такой не станет водиться с плохой компанией и согласился на его предложение. Ведь если уж Нюша не захотела отправляться с ним под землю, чтобы не портить красоту, то Мурзик и подавно не захочет.

На уроке поговорили ещё о важности дневного сна и о кошачьей гигиене. Кажется, Мурка Васильевна знала всё и обо всём. Темой следующего урока она объявила времена года, и попросила подготовиться. Урок состоится через три дня на этом же месте.

Остаток дня Пушок провёл за рыбалкой. Ох и давно ему хотелось поудить местную рыбку, да приготовить её вкусненько. А ещё рыбалка прекрасно помогала собраться с мыслями. Ведь столько всего произошло, и столько всего предстояло, что не мешало бы привести мысли в порядок.

Был уже поздний вечер. Пушок бежал домой с полным ведёрком рыбки и думал о том, как обрадуется Бабушка. Хороший улов и свежий речной ветерок навеяли Пушку прекрасное настроение. Даже предстоящий поход в мрачные подземелья сейчас нисколько его не заботил. Бархатистое небо было усеяно звёздами, которые Пушку всегда нравилось разглядывать. Урчащий животик предвкушал вкусный ужин. Охваченный радостным волнением, Пушок запел песенку:

Драгоценной россыпью

Звёздочки блестят!

По ночным заборчикам

Весело гулять!

И не заблудиться вам

С котиком Пушком!

Самой тёмной ночью

Видит он как днём!..

И только Пушок собрался было пропеть своё фирменное «Мяу!» в завершении, как очень близко — прямиком под забором, по которому он бежал, и оглушительно громко кто-то как гаркнет: «Гау!». Пушок аж подпрыгнул и чуть не сорвался с забора вниз. Несколько рыбёшек выпрыгнули из ведёрка и упали вниз.

Кто-то, громыхая цепью, бросился за рыбкой и принялся её уплетать.

— Гав-гав-гав, гвахахахаха! Ой не могу, гав-гав-гав-гав-гав, умора! Что за рыбка, гав-гав-гав-гав-гав! — донеслось снизу.

Глава 7

Следующие два дня Пушок посвятил приготовлениям к экспедиции в подземелье. Нужно было раздобыть много всякого полезного снаряжения для этого похода, что-нибудь разузнать о подземельях, ну и вообще собраться с духом. Ведь бегать по тёмным, холодным и сырым подпольям представлялось страшноватым занятием. Мало ли, какие опасности в них могли подстерегать: коты-разбойники, огромные крысы, привидения… Пушок старался не фантазировать лишнего, но очень хотел быть готовым к разным неожиданностям.

Настроение было скверным. Ведь мало того, что он не мог положиться на своих друзей в этом предприятии, так ещё эта вредная собака снова поживилась его едой.

«Проучить бы её хорошенько», — думал Пушок. Он решил, что надо бы поговорить об этом с Тимкой, ведь у Тимки с этой собакой были давние счёты.

Рыжий Тимка был простым дворовым котом и редко отлучался хотя бы даже в соседний квартал. Ему нравилось всё родное и привычное, и даже вредную собаку он воспринимал как что-то немножечко родное, хоть даже и не знал, как её зовут. Да и откуда ему знать, если даже хозяин обращался к ней исключительно словом «псина».

— Знаешь, что я подумал, Пушок? Если всё время сидеть на цепи и не знать ласки от хозяина, то всякий станет вредным. Или даже злым. Поэтому если ей кинуть перчённую котлету, то она её съест и станет ещё вреднее. Или если её напугать, то это тоже не поможет. Тут нужно придумать что-то очень хитрое. Такое, чтобы всю вредность из неё вывести…

Как ни странно, но это соображение навело Пушка на одну интересную мысль. Если эта собака так