Случайный папа для близняшек - Кэти Свит

Она заставила его продать квартиру в городе, купить за сотню километров дом, завести хозяйство. Мама поставила ультиматум. Отец не смог ей отказать.

Теперь мои родители живут на чистом воздухе и занимаются фермерством. Я с девочками пару раз летом приезжала к ним отдыхать. Родители были счастливы!

Папа с утра до ночи пропадает на земельном участке, он открыл для себя новый мир! Работы так много, что отцу некогда хандрить. И мы с мамой этому очень сильно рады.

После ухода моего отца со службы у Мирона Степановича карьера пошла вверх. Сначала его повысили в должности, затем в звании, а потом и вовсе назначили начальником отдела!

Сейчас бывший напарник моего отца занимает довольно-таки высокий пост в правоохранительных органах. Он единственный, кто сможет мне помочь. Игнатов просто так не отстанет.

— Нет, спасибо, — мягко отказываюсь от предложенных напитков. Кусок в горло не лезет.

— Ну тогда говори с чем пожаловала, — пристально смотрит на меня. И я начинаю рассказ…

Заканчиваю его уже за полночь. За окном давным-давно горят фонари, снегопад давно уже прекратился, промозглый ветер утихомирился. Дороги полупусты.

В кабинете стоит стойкий запах табака, на рабочем столе пустой стеклянный стакан и резная бутылка. Взгляд моего собеседника задумчив и обеспокоен.

— Почему я об этом узнаю только сейчас? — не скрывая недовольства спрашивает Степанов.

Под его пристальным профессиональным взглядом опытного следователя мне становится неуютно. Стыдно, что молчала о таком страшном враге, как Игнатов. Столько лет!

Но он сидел за решеткой. И должен был там провести ещё с десяток лет! Его не должны были выпустить ни под каким предлогом! Отпустили…

Кто ж знал, что он выйдет раньше… И что первым делом кинется искать меня.

— Ксюха, Ксюха… — тяжело вздыхает, качает головой. — Твои дочери где?

— Дома, — рассеянно отвечаю. Мои малышки в безопасности. С ними няня. Они не при чем!

— Квартира зарегистрирована на тебя? — продолжает сыпать вопросы.

— Конечно! — хмыкаю. — Я ж ипотеку по ней плачу!

Старый следователь хмурится. Мои ответы ему явно пришлись не по душе. Мужчина делает пару звонков, даёт указания, запрашивает документы из архива. И все это в первом часу ночи!

Мирон Степанович снимает блокировку с экрана, заходит в свою учётную запись, начинает что-то искать. Он сосредоточен и серьезен. Я не мешаю ему, сижу и молчу.

Глаза слипаются…

— Значит так, — спустя бесконечно долгих пятнадцать минут он отрывается от монитора. На лице суровая маска, голос сух и строг. — Дай сюда свой сотовый, — протягивает раскрытую ладонь.

— Зачем? — удивляюсь.

— Установлю прослушку и поставлю на контроль, — поясняет. — Будем отслеживать твое местонахождение.

— Это лишнее, — мягко отказываю. Не хочу, чтобы в моих личных вещах кто-то ковырялся!

В конце концов, там множество конфиденциальной информации! Адвокатская тайна! Не могу позволить все свои секреты раскрыть!

— А я и не спрашиваю! — произносит строго. — Или мне позвонить твоему отцу? — щурит глаза.

— Не надо! — вспыхиваю. Этого ещё мне не хватало! Так и знала, что не стоило приезжать!

— Ксюш, отдай мне телефон, — говорит уже значительно мягче. — Уваж старика!

Внутри меня что-то ломается, я соглашаюсь. Мирон Степанович очень хитрый, ведь знает на что давить!

У него были жена и сын. Но оба погибли. Стали жертвой ДТП.

У Степанова осталась лишь его работа и я, крестница. Которая находится под пристальным наблюдением крайне опасного человека.

— Держите, — протягиваю то, что просит. Мирон Степанович уходит, оставляет меня одну. С крайне тяжёлым грузом на сердце.

Сотовый и наручные часы мне возвращают спустя час, а ещё через тридцать минут я, наконец, оказываюсь дома.

Быстрый душ, стакан кефира и кровать. Насколько сильно устала понимаю сразу же, только стоит голове коснуться подушки. Все же отдых необходим! Давно я не чувствовала такого блаженства!

Глаза закрываются сами, уставший до невозможности мозг уплывает в столь необходимый ему сон.

— Мама, — на мою щеку ложится маленькая ладошка.

— Мамаська, — тихий шепот прямо на ухо.

С трудом разлепляю веки, щурюсь от яркого света. Вчера я была настолько уставшая, что не нашла в себе силы зашторить окно.

— Доброе утро, мои сладкие крошки, — целую своих любимых дочек, обнимаю, щекочу. Они задорно смеются и залезают на меня, начинают прыгать.

Детский задорный и весёлый хохот наполняет тишину квартиры.

— Ой-ой-ой! Не надо скакать! — сама тоже смеюсь. Но организм требует совершенно иного! — Я же сейчас лопну! — выбираюсь из-под малышни. Они не отпускают.

— Мила! Мира! — осуждающе произносит Тамара Львовна стоя в дверях моей спальни. — Я же сказала вам, что к маме нельзя! — строжит моих девчонок.

— Все в порядке, не переживайте! — заступаюсь за свою малышню. — Будильник вот-вот прозвенит, — меня окутывают странные сомнения.

Шарю под подушкой рукой, нахожу сотовый, достаю. Снимаю блокировку и у меня пропадает дар речи.

Будильник не прозвенел! Десять утра!

В этот момент мой телефон оживает. От неожиданности чуть не роняю его.

Блин! Он как всегда вовремя! Прямо как чувствует!

— Марк! Привет! Я проспала! — так и хочется добавить, что впервые.

— И почему я не удивлен? — ухмыляется. — Надеюсь, выспалась?

— Да. Вроде нормально все. Голова хоть прошла, — прислушиваюсь к своим ощущениям. Да… Не болит больше.

— Вот и славно! — говорит. — У тебя сегодня выходной. Поздравляю!

— В смысле? — не понимаю. — В чем прикол? Ты знаешь насколько плотный у меня график!

— Ксюх! Сегодня в офис ни ногой! — говорит строгим безапелляционным тоном. — Поняла?

— Марк! Что случилось⁈

Глава 7

Ксюша

Подскакиваю с подушки, резко сажусь, потираю глаза. Они все никак не желают просыпаться.

— Ты чего так пугаешь с утра? — спрашиваю у друга.

— У кого утро, а у кого рабочий день в самом разгаре! — произносит с сарказмом. — Так! Ты меня поняла? Сегодня в офис не приезжаешь! Как завтра сообщу позже.

— Не пугай меня! — в голову тут же лезут всякие мысли. От банального потопа до рейдерского захвата. — Что произошло⁈ Говори!

— Комиссаров взялся за дело Игнатова. Будет оспаривать