Спецагенты в шоколаде - Валентина Анатольевна Филиппенко

Охранник понимающе кивнул и исчез в крутящихся дверях. Водителю уже сыпались сообщения в телефон с вопросом, доставлен ли груз, но он не открывал их, а только думал. Думал, как вдвоём опустить ящик на тележку и не сломать себе пальцы.

Конфеты

— Овсяное печенье, ириски, фисташковое мороженое с ореховой крошкой, фруктовая пастила, — подперев голову рукой, перечисляла «В глазури». Перед ней лежал журнал учёта съеденных сладостей, в котором она выискивала новые названия всяких вкусностей. У стены стоял «Сюрприз» со стопкой фотографий. Он крепил снимки: фото Колбина или фото вафель, марципановых конфет и медовых сот, когда их называла зефирка. Стена была завешена фотографиями уже наполовину, но журнал с записями пока был открыт едва ли на середине. «В глазури» перелистнула вперёд пару страниц, тяжело вздохнула от предстоящего объёма работы и продолжила:

— Торт «Три шоколада», нуга, мюсли с клюквой, засахаренные бананы, батончики, финики…

— А где, глазурь под фольгу… «Петушок»? — вдруг обернулся к зефирке «Сюрприз».

— «Петушка» в списке пока не видела… И на фото тоже. Кажется, Колбин не любит леденцы? — задумалась «В глазури».

— Да нет… Где наш леденец-молодец сейчас? Почему он нам не помогает?

— Хороший вопрос… Я не знаю… — вздохнула зефирка. Они с напарником переглянулись и понимающе поджали губы.

Они расстраивались, когда леденец вот так пропадал. Вообще, так случалось иногда… «Петушок» исчезал в самый ответственный момент и не помогал коллегам в подготовке к заданию. Иногда он врывался в кабинет, хохоча, затаскивал огромную авторучку с единорогом, сбрасывал с себя мексиканскую шляпу или новогоднюю мишуру, говорил по телефону на китайском или просто делал сальто… В этот момент он приносил команде какие-то невероятные новости и новые идеи. Например, как побороть зло и спасти мир, как отсечь сбивающие с толка зацепки и собрать улики.

Но не всегда «Петушок» появлялся в дверях кабинета, готовый помочь агентам. Некоторые задания «Сюрприз» и «В глазури» выполняли без него, а пропавший с радаров агент только извинялся потом и объяснялся с мармеладкой. Вот и сейчас, переглянувшись, зефирка и шоколадное яйцо гадали: что их ждёт на этот раз?

— Притащит смятый тюбик зубной пасты из детства Колбина, который вспомнит самую любимую конфету мальчика?

— Найдёт письмо Деду Морозу, святые бобы, где Колбин написал список подарков?

— Раздобудет откровенное видеоинтервью с сахарницей, стоявшей у Колбина на кухне?

И тут в окно кабинета влетел «Петушок». Улыбка его сияла, как прожектор, хотя ни зубную пасту, ни сахарницу он с собой не принёс.

Тайное общество

— Я слышал о нём давно. Но пока не было случая внедриться в их клуб, — шуршал фантиком от волнения и гордости «Петушок». — Тайное общество отказников от сахара существует много лет, в него посвящают самых преданных, самых неудержимых поедателей конфет. Тех, кому теперь их есть нельзя… Говорят, при посвящении новые участники должны выпить целое ведро горячего чёрного чая без сахара и даже без крошечки печенья или ложечки варенья. Чтобы доказать свою силу воли!

Зефирка и «Сюрприз» удивлённо переглянулись. Они были впечатлены. Кто бы мог подумать, что леденец будет копать улики и факты в этом направлении? Но «Петушок» мог!

И вот на столе перед шоколадным яйцом и зефиркой уже лежал блокнот их коллеги-агента. В нём острым почерком было оставлено несколько заметок: «Лакрица», «Мёд» и… «Гость из Тулы».

— Похоже на театральную афишу, — сдвинув брови, заключила «В глазури». — Участники Тайного общества ходят в театр?

— Хе-хе, нет! Это не афиша! Это способы бороться с зависимостью от сахара и… фокус Колбина. Ведь мармеладка сказала, что при Лавретски сладкое он не ест. И не покупает в магазинах: я тоже навёл справки. Конечно, можно было бы поискать пастилки на меду, но тут есть всё же кое-что из детства Колбина… Пряник!

— Где? — удивилась зефирка и прямо влипла в блокнот. «Сюрприз» почесал затылок.

— Да вот же: «Гость из Тулы». Это же пряник! Пряник с повидлом внутри. Их-то наш учёный и ест тайком от Лавретски, когда приходит в Тайное общество.

— Ну и что это за общество такое тогда? — возмутилась «В глазури».

— Как… как ты узнал об этом? — спросил, искренне удивившись, «Сюрприз». Игрушка внутри него тоже взволнованно затарахтела.

— Я смотрел презентацию мармеладки и вздыхал. Столько сладкого в детстве… Кажется, Колбин просто ел всё подряд без разбора. Он и теперь готов есть что-нибудь. Не мог же он совсем отказаться от сахара? А касаемо общества… Ну, люди стараются как могут. Ищут, так сказать, меру… Золотую середину. Не судите строго их. Они слабые!

«В глазури» и «Сюрприз» согласно закивали и стали приклеивать к стене записку с текстом «Гость из Тулы!».

— Там, наверное, характер… заварной, как тесто… — вздохнула «В глазури».

Горшочек

Двери в большой тёмный кабинет распахнулись, и в столб солнечного света, падающего из одинокого окна, вкатилась тележка. На ней стоял металлический горшочек почти идеально круглой формы, с двумя крошечными бесполезными ручками по бокам. Тележку катил охранник, с недоумением поглядывая на странный груз.

— Мистер Грибофф! Вам тут просили передать…

Кресло за длинным столом скрипнуло и повернулось. В кабинете было всего одно окно, свет выключен, поэтому сперва рассмотреть сидящего за столом было трудно. Но, привыкнув к темноте, любой посетитель понял бы, что в кресле перед ним трёхлитровая банка… с чайным грибом.

— Так-так, катите сюда! — запищал Грибофф и заёрзал в кресле.

Охранник послушно толкнул тележку вдоль стола. Та остановилась прямо у колёсика кресла и представила вниманию Грибоффа горшочек.

— Открывайте! — скомандовал чайный гриб.

Охранник с опаской посмотрел на груз, потом на хозяина и отрицательно покачал головой.

— Не буду. На ящике было написано, что эта штука опасная. Я пошёл, — не очень уверенно, с испугом сказал блюститель порядка. И развернулся к двери.

— А ну стоять! Открой горшок и не выпендривайся! — вдруг рявкнул басом Грибофф. — Не послушаешься — я тебя зарплаты лишу и скидки в супермаркете на сладкое!

Как ни странно, эта угроза убедила охранника, и он обернулся. Видимо, он тоже очень любил конфеты. Горшочек приветливо засиял и будто даже протянул к охраннику свои ручки. Но тот не взялся за них, а изо всех сил дёрнул крышечку. Она вдруг оказалась ужасно лёгкой, и охранник потерял равновесие, кубарем покатившись назад.

— А-ха-ха, силач! Ничего не скажешь! — загоготал Грибофф.

Внутри горшка оказался чёрный комочек какой-то странной массы, похожей на жвачку. Она чуть блестела на дне и казалась… неопасной.

— Так, бери эту штуковину и кидай в окно. Понял? —