Скиф - Оксана Николаевна Сергеева

Макс рванул обратно, собираясь перехватить ее с другой стороны.

– О, смотри, на новый уровень вышли, – усмехнулся Чистюля.

Они с Киром как раз разожгли гриль, собираясь жарить мясо, когда увидели, как Лизка в полотенце и сланцах шлепает по мосткам вокруг главного дома, а Скиф несется ей наперерез.

– А главное, нога у Макса уже не болит, – со смешком отметил Молох, поддержав друга.

Поймав Лизку за углом, Скиф снова преградил ей путь.

– Хорош бегать от меня. Я перегнул, признаю.

Лизавета сделала неудачную попытку изобразить бесстрастность. Губы ее обиженно дрогнули.

– Угу, думаешь, сказал пару слов, и всё само собой наладится, – двинулась в сторону, но Скиф выбросил руку вперед и, оперевшись на стену, перекрыл ей дорогу.

Лиза раздраженно выдохнула. Вспомнила разговор с Евой, набралась смелости, размахнулась и со всей силы врезала Скифу по лицу.

Молох и Чистюля, оживленно о чем-то беседующие, примолкли.

Виноградов замер в немом ошеломлении. Внутри у Лизки всё дрогнуло, но она сумела совладать с собой и ничем не выдала своих чувств, смело посмотрев ему в глаза.

– Всё? – хмуро спросил он. – Легче стало?

– Сам ты… сволочь распоследняя, – сквозь зубы проговорила она и прислушалась к своим внутренним ощущениям. Действительно, сердце теперь билось легко и освобожденно – обида начала отпускать.

– Это было лишнее. Обзываться нехорошо, – спокойно сказал Виноградов, ухватил ее за локоть и потащил на террасу, в крытую ее часть, где Кир и Илья готовили ужин.

Поскольку Лизка живо упиралась, потеряв по дороге сланцы, Макс окольцевал ее руками, приподнял, принес к барной стойке и приткнул на стул.

– Давай-давай, попку свою сюда прижала. Чистюля, организуй по сантиметрику. Нам с Лизой срочно нужно помириться. Так сказать, окончательно стереть наши противоречия.

– Хорошо выглядишь, Лизок, – улыбнулся Чистюля, отметив ее одеяние.

– Дружбану своему спасибо скажи, – проворчала Лиза, потуже стягивая на себе полотенце.

– Я больше не намерен дискутировать по этому поводу, – сказал Макс с заметной иронией в голосе.

– Всё, бля-я-ять, – засмеялся Молох, и Керлеп подхватил его смех.

Лиза тоже невольно улыбнулась.

Глава 4

Глава 4

Вскоре Ева присоединилась к компании. Она принесла для подруги сухую одежду, и Лиза, зайдя в уличный душ, сменила полотенце на просторный сарафан цвета алеющего мака.

– Здесь больше сантиметрика, – отметила Третьякова, вернувшись к Максу и глянув на свой бокал.

– Так и противоречия у нас не маленькие, – усмехнулся Скиф.

– Если мы будем выпивать сообразно нашим противоречиям, мы с тобой точно нажремся. Хотя я не против, – решила Лизавета и, сделав большой глоток, чуть поморщилась от крепости напитка.

Обычно Лиза пила мало. Привыкла ждать от жизни подвоха и всегда была настороже, даже в компании друзей не позволяя себе расслабиться. А сегодня ее так тряхнуло, что сделалось всё равно.

– Серьезно?! – обрадовался Виноградов. – Наконец-то!

– Радость-то какая! Лизка напиться собралась! – рассмеялась Ева.

– Их обоих давно надо было в сопли уделать, – тихо сказал Чистюля, отходя к грилю проверить, готово ли мясо.

Ева тут же поднялась, чтобы ему помочь, и достала тарелки.

– Давай их напоим, – смеясь, шепнула она. – Можешь им какую-нибудь убойную штуку намешать?

– Легко.

Они накрыли на стол, а потом Илья сделал два коктейля на основе рома.

– Чё за хрень? – спросил Скиф с подозрением. – Ты же знаешь, я эти компоты не особо уважаю.

– Попробуй, тебе понравится. Авторский рецепт, – заверил друг.

– Угу, прям подвох чую.

– Никакого подвоха. Это мои извинения за провокацию. От него похмелья не будет.

– Хорошо, уговорил.

Лиза отпила первая и удовлетворенно кивнула:

– О, это очень вкусно.

– Вкусно – это то, что сегодня мясо на ужин, – провозгласил Скиф, радостно глянув в свою тарелку. – А то мне эти морские гады уже в глотку не лезут.

– Это Кир Владиславович придумал, – ухмыльнулся Керлеп.

– Макс, а откуда у тебя шрам? – вдруг поинтересовалась Ева.

Шрам, который пересекал щеку, начинаясь у виска и обрываясь на скуле, совершенно не портил его лицо, и сейчас, когда Макс загорел, был не сильно незаметен.

Виноградов поджал губы и посмотрел сначала на Молоха, потом на Чистюлю.

– А ты у дружбанов спроси.

– Подрались, что ли?

– Угу, подрались, – хмыкнул Скиф. – Эти супостаты бешеные убить меня хотели. Пришлось через окно убегать – вот и поцарапался.

– Мы думали, что он предатель и сливает важную информацию, – со смешком пояснил Кир.

– Но потом выяснилось, что мы перепутали, – добавил Илья. – Потому что Скиф тогда был весьма суров и не очень разговорчив. Но мы-то знаем: когда Молох хочет, чтобы с ним поговорили, не только немые говорить начинают, но даже такие суровые, как Скиф.

– Вот и мне пришлось объясняться, – посмеялся Виноградов.

– С тех пор у него рот и не закрывается, – продолжал поддевать его Керлеп.

– Ничего себе… – охнула Ева.

– Во-во, – кивнул Макс, пережевывая мясо. – А ты ругалась, что я Чистюле немножко морду начистил. Еще не то было! Охуенная у нас компашка!

В разговоре возникла странная заминка.

Виноградов вдруг отложил вилку и поднялся:

– Пойду покурю.

– Я с тобой, – Илья последовал за ним.

– Я тоже отойду на минутку, – сказала Лиза. – Надо вещи собрать. Кажется, дождь будет.

Лизавета вышла из-за стола и стала собирать с шезлонгов свою одежду. Несколько футболок снесло ветром, и теперь они валялись на террасе.

Ева повернулась к мужу и поцеловала его в губы.

– Хорошо, что ты не позволил Лизке уехать.

– Я это сделал ради себя, – ответил Кир. – Если Лизка с горя вляпается в неприятности, плакал мой медовый месяц. Мы все помчимся ее выручать, а у меня другие планы. Так что пусть сидит здесь.

– Надеюсь, Скиф с Чистюлей снова не подерутся, пока курить будут. Может, надо было с ними пойти? На всякий случай. Макса сильно задела выходка Илюши. Я понимала, что он разозлится, но не думала, что до такой