Дневник историка (2015–2018) - Валентин Валентинович Шелохаев

Монографию Аксютина и Гердт читаю с интересом. Им удалось удачно скомпоновать огромный материал, в результате книга читается с большим интересом.

8 октября

Сегодня приезжали Стас и Федя. Ходили гулять в лес и обедать в «Караваец». В лесу уже не был много лет, есть кое-какие изменения. Оказалось, что изменения произошли и в нашей ближайшей округе (снесли гаражи, появились новые детские площадки, места отдыха для жителей района). Полезно бывает пройтись по давно нехоженым местам.

Продолжал читать монографию Аксютина и Гердт. Авторы проделали большую работу по выявлению дневников, переписки и воспоминаний непосредственных свидетелей революции не только в столицах, но и разных регионах страны.

9–14 октября

9–10 октября в ИРИ РАН прошла Международная научная конференция «Великая российская революция 1917 года. 100 лет изучения». На пленарном заседании (помимо приветствий) были заслушаны 6 докладов, среди которых наиболее интересны доклады Ю. А. Петрова и А. П. Ненарокова.

В рамках конференции работали 9 секций: «Революция и экономическое положение России»; «Политический кризис и трансформация властных институтов»; «Партии и общественные организации»; «Революция и национальные движения»; «Революция, культура, духовная жизнь»; «Революция, общество, человек», «Российская революция и мир»; «Революция: проблемы историографии и исторической памяти»; «Революция 1917 г. в собраниях и коллекциях музеев и архивов». Совместно с В. Ф. Солдатенко вел третью секцию, на которой выступили 12 докладчиков (Москва, Петербург, Новосибирск, Украина и Польша). Работа секции была организована таким образом, что докладчикам задавались вопросы, а в итоге состоялась интересная дискуссия. Характерно, что в ходе дискуссии, как правило, затрагивался более широкий круг проблем.

В кулуарах повстречал ряд знакомых зарубежных и отечественных ученых, приехавших из Англии, США, Японии, Польши, Финляндии, Белоруссии, Украины и РФ. По материалам конференции будет издан специальный сборник трудов. Мое же впечатление от конференции положительное, о чем я и сказал при подведении итогов и во время презентации двухтомника «Российская революция 1917 года: власть, общество, культура».

Из издательства «Политическая энциклопедия» прислали энциклопедию «Россия в 1917 году» и петровский двухтомник. Мое впечатление от изданных книг самое позитивное. По сути, все задумки, посвященные 100-летию революции 1917 г., мы реализовали, а это главное.

С Кириллом раздавали трехтомник «Революция 1917 года глазами современников». Удалось кратко пообщаться с А. А. Ивановым, А. Б. Николаевым, Домиником Ливеном, Алексом Рабиновичем, В. В. Востриковой, А. Н. Егоровым.

В среду занимался подготовкой отчета о работе третьей секции, который в пятницу был отправлен С. В. Журавлеву (2 с.).

В четверг в ИРИ встречался с Петром Григорьевичем и Алексеем, обсуждали нашу будущую работу в рамках новой секции РФФИ.

В эти же дни прочитал новую монографию Кирилла «Хозяин земли русской? Самодержавие и бюрократия в эпоху модерна» (296 с.). Книга написана хорошо. Кирилл, как всегда, молодец!!! Умение владеть словом и емко выражать мысль дано немногим.

Так что эта неделя была весьма напряженной, разных научных мероприятий не перечесть. В целом это свидетельствует о том, что, несмотря на все сложности и препоны, представители исторической науки не опускают рук, продолжают трудиться. И судя по ряду докладов на Международной научной конференции, отечественными и зарубежными исследователями достигнуты определенные подвижки в дальнейшем познании революционных событий 1917–1922 гг. Наука, в том числе и историческая, как атом, неисчерпаема. Другое дело, что глобальные события типа революции 1917 г., претендующие на качественное изменение мира, одновременно его идеологически раскалывают, что, в частности, проявилось и продолжает проявляться при интерпретации событий этого периода.

15 октября

За прошлую бурную неделю произошел явный перегруз, расслаблялся, читая книгу Аксютина и Гердт. Телевизионные передачи превратились в какую-то верблюжью жвачку и не представляют какого-либо интереса. Правда, на «Дожде» стали муссировать возможность участия Ксении Собчак в президентских выборах 2018 г. Продолжается ерничание по поводу специального тренинга по подготовке руководящих кадров. Судя по мировой и нашей информационной сети, мир вползает в какую-то трясину.

Дочитываю монографию Аксютина и Гердт. Жаль, что я не присутствовал на докладе Юрия Васильевича. Могу лишь предполагать, что в нем звучали те же мысли, что и в книге. Она написана лихо: собственного текста минимум, слово предоставлено героям – представителям разных слоев интеллигенции. А они наговорили много. Правда, лишь немногие раскаялись в своих деяниях.

Прочитал заключение секции ВАК на рукопись диссертации Мединского. Оно достаточно критическое, посмотрим, как отреагируют Пленум ВАК и Министерство науки и образования. Одно уже место защиты этой диссертации в Диссертационном совете социального университета говорит о многом. Более того, ВАК утвердила решение этого совета о присуждении Мединскому ученой степени доктора исторических наук. Сыр-бор начался уже вслед по инициативе т. н. Диссернета, который поднял вопрос о качестве диссертации в публичном пространстве. Посмотрим, что после всего последует.

16 октября

Возвращаюсь к научным мероприятиям, посвященным 100-летию революции 1917 г. Во-первых, утверждение, что Первая мировая война стала определяющим фактором развития революционного процесса в России, несет в себе идеологическую направленность. Кое-кому очень хочется представить дело таким образом, что если бы не война, то России был обеспечен мирный тренд дальнейшего развития. Именно из этой логики вытекает и утверждение о длинном ХIХ веке, который закончился в 1914 г. Это означает, что Первая мировая война подвела итог предшествующему историческому периоду и открыла собой новый, ХХ, век – век войн и революций. Такое дробление единого потока исторического процесса представляется проблематичным. Я уже не раз писал, что Первая мировая война стала ускоряющем фактором, предельно обнажившим многовековые противоречия, а не первопричиной российской революции 1917 г. Во-вторых, бессмысленно также разрывать единство революционного процесса в России, в частности, отрывать Первую российскую революцию и революции 1917 г. В-третьих, противостояние между властной элитой и интеллектуальным меньшинством стало проявляться со второй половины ХVIII века и нашло свое отражение в различной интерпретации прошлого, настоящего, а главное – будущего страны. Причем интерпретационные вектора не только существенно расходились друг с другом, но нередко выступали в качестве несовместимых противоположностей. На мой взгляд, противостояние правящей элиты и интеллектуального меньшинства и являлось главной причиной их непримиримого конфликта, приведшего к насильственным катаклизмам. В-четвертых, для российской общественной мысли и общественного движения было характерно не менее острое противостояние между представителями различных направлений и течений, ведущих друг с другом непримиримую борьбу. Понятие компромисса не было в ходу в российской интеллектуальной среде. Каждое направление и течение считало себя единственно правым, а свою позицию единственно приемлемой. В-пятых, конфронтационный характер взаимоотношений имел место и между различными социальными слоями российского общества, для которых понятие компромисса