Сумеречное состояние души. Часть 3 - Нина Тарутина

«Богиня» Марина, через подругу, прознала об успехе Аркадия, о его близком знакомстве с самим Генералом… — и на ближайшей корпоративной вечеринке Холдинга R. она разыскала Аркадия…

— Здравствуй, дружок!!! Аркадий, а ты, оказывается, талантливый конструктор, а, вовсе, не ничтожное приложение своей богатенькой жены!!! Рада за тебя!!! — она провела своим пальчиком по его щеке и шее, пристально заглядывая, расширенными зрачками своих глаз, внутрь «его души» — затем, Марина облизнула, неторопливо, свою верхнюю губу — и грациозно удалилась… Аркадий, не раздумывая, последовал за своей «богиней»: простушке-Лике не осталось места в его сердце — в нем, всецело, воцарилась та, что была рождена для обожания и поклонения…!!!

Через неделю, после своего воссоединения с «богиней» Мариной — Аркадий пришел с работы, домой…, но, исключительно, за своими вещами… Лика, молча, смотрела, как ее муж собирается… — она не стенала, не задавала ему никаких вопросов… — зачем, если Аркадий так… решил, он не отступит от своего…?! Эту ночь Лика провела без сна, и следующую тоже, и последующую… — она стала похожа на механическую куклу: ее внимание было необходимо шестилетнему Марку и двухлетней Юлечке, но у Лики все валилось из рук… — она еще осознавала, что нужно собрать свою волю в кулак и продолжить жить… — поэтому и последовала совету Иннокентия Петровича и приняла снотворное, чтобы поспать немного…

Лика уснула…, а в недрах ее подсознания проснулись кошмары, что пришлось пережить ей, пятилетней, после смерти своей матери Виолетты… Две противные девчонки, дочки Муры, больно щипают и кусают ее, до крови… — затем, появляется сама Мура, с мокрой тряпкой в руке и начинает ею бить Лику, хватает ее за волосы и тащит к ведру, с грязной водой, чтобы утопить Лику… Она пытается вырваться из рук Муры, стонет, задыхается…

Марк и Юлечка, со страхом, смотрят на спящую мать: на ее мучения во сне… — пытаются ее разбудить… — бесполезно!!! От пугающего отчаяния, Юлечка заплакала… — и на ее плач, к ним в комнату пришел Иннокентий Петрович…, но и ему не удается пробудить ото сна, задыхающуюся Лику…

Взгляд Марка падает на мамин телефон, и он решается поискать помощи у других… Его взгляд натыкается на запись: доверенное лицо — прочитал, по слогам, взволнованный Марк и решив, что, именно, этот человек нужен его маме… — он делает дозвон абоненту…

— Дядя, моей маме очень плохо… — помогите!!! — в отчаяние, произносит Марк и слышит, в ответ: — Не переживай, я сейчас же, подъеду к вам…!

На пронзительный звонок в дверь реагирует Иннокентий Петрович…

— Голубчик, Андрей Игоревич! Такая беда, такая беда!!! Ликуша не спала несколько дней, а это чревато… — я и уговорил ее принять снотворное… — теперь, ее мучают кошмары… — она задыхается…, а мы не в состоянии ее разбудить!!!

Андрей Игоревич оборачивает тело Лики в простыню, и берет на руки….

— Дорогая, милая моя девочка!!! Не бойся ничего: я с тобой!!! И все у нас будет хорошо, и Марка с Юлечкой мы не отдадим твоему Аркадию… — не позволим его самке богомола скушать тебя и твоих крошек!!! Мы еще будем счастливы, назло недоброжелателям!!! — Андрей Игоревич, присаживается на диван, но Лику не выпускает из своих рук… — и говорит, говорит, ей на ушко, одни и те же слова:

— Дорогая, милая моя девочка!!! Не бойся ничего: я с тобой!!! Все хорошо — и у нас будет все хорошо — и у Марка с Юлечкой… — не позволим самке богомола скушать тебя и твоих крошек!!! Мы еще будем счастливы, назло всем завистникам!!! — и на глазах у Марка, Юлечки и Иннокентия Петровича их Лика успокаивается и начинает дышать ровно, но ее доверенное лицо, как мантру, неустанно, повторяет спящей… все те же слова: она дорогая, милая девочка… — ей ничего не грозит, она в безопасности, как и ее Марк с Юленькой… — и им ни, что не угрожает!!!

Когда их мама, совсем, успокоилась, Андрей Игоревич уложил ее на кровать, оставив Марка рядом с матерью: для ее спокойствия, лучше держать Лику за руку…, чтобы она и во сне чувствовало тепло и заботу любящей руки сына…, а он пошел на кухню, приготовить обед для детей… Временами, на Лику накатывали, вновь, волны страха, но Андрей Игоревич был начеку и у этого мерзкого чувства не было шансов…

Немного позднее, дети, с аппетитом, покушали стряпню доверенного лица, и утомленные переживаниями, за жизнь своей мамы… — уснули, уверенные: дядя Андрей не позволит умереть их маме… — и они не достанутся прожорливой самке богомола…

Среди ночи, Лика проснулась, а рядом с ней, на кровати, лежит Андрей Игоревич и внимательно наблюдает за ней…: так тигр сторожит свою косулю.

— Андрей Игоревич, у меня нет сил, бороться за себя, но у моих детей есть дедушка и прабабушка, и вы, поможете им?! — в глазах Лики стояли слезы.

Ее доверенное лицо пододвинулся к Лике, почти, вплотную и пристально посмотрел ей в глаза своим возбужденным взглядом…

— Дорогая, а тебе, вовсе и не нужно бороться: за нас, буду сражаться я…! У тебя не осталось сил… — возьми у меня, сколько тебе необходимо!!! Можешь забрать все…, без остатка, только, живи… — ради себя и детей: нельзя позволить, чтобы и твои дети росли без матери!!! Можешь располагать мною, как хочешь, можешь черпать силу и мужество из меня…, только не падай духом!!! — его горящие глаза заворожили и пугали Лику, его шепот, в ночи, пробуждал в ней, ее оставшиеся жизненные силы… Потом, она не заметила, как, вновь, уснула и проспала до утра…

Этим ранним утром, Лика уже была в состоянии, приготовить завтрак для своих близких. Когда взрослые и дети сели за стол, Марк огорошил всех, своим заявлением: — Юля, дядя Андрей хочет жениться на нас!!! Наша мама скоро выйдет замуж… — и дядя Андрей станет нашим папой! Извините, я не хотел… — я, ночью, решил проведать маму: все ли в порядке с ней… — вот, и, нечаянно, подслушал, как вы, обещали, позаботиться, о нас и нашей маме… Мы согласны жениться на вас… — да, Юленька?! — Марк, вопросительно, посмотрел на младшую сестренку — и та, уверенно, мотнула своей кудрявой головкой, в знак согласия…

Потом, ошеломленный Иннокентий Петрович обрел дар речи:

— Марк, Юля, а ведь, замечательно, что вы — дети, вновь, приобретете себе отца — лучшего выхода, из этой