Бумеранги. Часть 1 - Варвара Оськина

– Поставили в эфир новый ролик. Удалось выбить самые кассовые для тебя часы, так что результаты просмотров станут лучше, думаю, уже на этой неделе.

Вообще-то, рекламой занимался Баррет и сделал это ещё три дня назад, но отчитаться так и не успел, чем коварно воспользовалась Джил. Ей нужно было отвлечь мужа от тревожных вопросов. Однако Бен молчал и отвлекаться не хотел. Тогда она подошла ближе, достала из верхнего ящика стола на всякий случай хранившуюся там пепельницу, а потом чиркнула зажигалкой. Воспользовавшись безмолвным разрешением, Рид затянулся, а Джиллиан коротко поцеловала пахнувшие дымом губы. Что-то было не так…

Она не удивилась, найдя мужа в своём кабинете. Бен приходил сюда думать о какой-нибудь нерешённой проблеме так же часто, как сама Джил искала утешение в его офисе в дни вынужденного одиночества. Но сейчас между ними висело столько недосказанности, что хотелось взвыть и выбежать прочь. Никакого спокойствия или умиротворения. Только тревога. Ещё раз затянувшись, Бен откинул голову на мягкую спинку и выпустил вверх струю дыма. Прикрыв глаза, он медленно провёл кончиками пальцев по бедру застывшей подле него жены.

– Скажи… – медленно проговорил Рид. – Стоит ли мне волноваться, где ты была?

Лишь чудом и силой воли она не дёрнулась в тот же миг, когда на последних словах Бен резко открыл глаза и посмотрел на неё в упор. И взгляд его был настолько жёстким, что почти пробивал насквозь. Однако она врала слишком долго и слишком успешно, а потому только удивлённо вскинула бровь.

– Я ездила за книгой.

Снова повисло молчание, которое нарушалось сухим треском тлеющей сигареты и спокойным дыханием Бена. Он что-то знал или подозревал, у Джил почти не осталось в этом сомнений.

– Мне понятно твоё желание получить хоть немного свободы и личной жизни, – наконец заговорил Рид. – Знаю, что, согласившись выйти за меня, ты разом отказалась от привычной жизни. Но неужели нельзя подождать две с половиной недели, пока не уймётся предвыборная лихорадка? Это был неоправданный риск…

– В полдень, рядом с Капитолием?

Бен гневно ударил по подлокотнику.

– Ты издеваешься? Даже через дорогу! – зло процедил он. Обычно Рид не позволял себе подобных эмоций. Уж об этом Джил знала точно. Однако в последние дни всё было не так. Впрочем, дальше голос его звучал уже спокойнее, с едва заметным налётом усталости. – Меня беспокоит внимание Сандерса лично к тебе. В прошлый раз мы тоже не ждали провокации, но она произошла. Я не хочу повторений.

– То был несчастный случай, не нагнетай… – Взгляд метнулся к плечу мужа, скрытому тонкой тканью рубашки, и где до сих пор краснел рваный шрам.

– Откуда ты знаешь? – прошептал Бен затягиваясь. – Нам обоим было не до расследований…

– Я не ищу заговоров там, где их нет. – Джиллиан осторожно запустила пальцы в жёсткие волосы мужа.

Он был, конечно же, прав. Даже не зная о заговоре за спиной, Бен неумолимо чувствовал царившее в их семье напряжение. Его чутьё всегда было на грани ищейки. И Джиллиан уже ждала новых вопросов, но тут Бен неожиданно поднял руку, прижал к себе жену и уткнулся лицом в её мягкий свитер.

– Тащиться через весь город с пересадкой в метро, – пробормотал он, покачав головой. – Сумасбродная мартышка, ты не могла выбрать менее захватывающее приключение. Это же не Чикаго. Пожалуйста, будь осторожна. Да, ты прожила здесь всю свою жизнь, но сейчас наш гадюшник особенно ядовит.

– Мне ли не знать всех змей поимённо, – с болезненным смешком откликнулась Джил и почувствовала, как Бен наконец улыбнулся.

– Я привёз документы, – его голос звучал глухо. А Джиллиан почувствовала, как снова начинают мелко подрагивать пальцы. Рано! Слишком рано! – Хочу сделать заявление… А потому скажи мне, генерал моей предвыборной кампании, когда лучше шокировать неподготовленную к нашей коррупции публику? Завтра? Сегодня? А может, прямо сейчас?

Муж шутил, но внутри Джил всё замирало от нахлынувшей паники. Однако она ни на мгновение не прервалась и всё так же размеренно перебирала тяжёлые пряди, в которых уверенно поселилась седина. Для них с Беном это были сложные шесть лет, и следующие будут не легче.

– Думаю, за неделю до всеобщего голосования, – наконец произнесла она и мысленно взмолилась всем, кого смогла вспомнить в эту минуту. Выиграть десять дней казалось удачей. – Народ успеет справиться с потрясением, обсудить на всевозможных ток-шоу, но к ноябрю острота проблемы спадёт. Люди будут искать защиты и гарантий, которые сможешь дать им только ты.

Вместо ответа Бен перехватил её руку и благодарно поцеловал ладонь, а Джил прикрыла глаза.

Боже, что же она творит…

19

6 лет назад

Чикаго, штат Иллинойс

Апрель

Боже, что же она творит…

Джил провела пальцем по ещё саднившим губам, чуть облизнула их и сползла по стене на пол. Спустя неделю после инцидента в больнице, одной апрельской ночью в квартире на двадцатом этаже было темно и пусто. Слишком темно и слишком пусто. Но для потерявшейся в себе женщины одиночество казалось ей лучшим лекарством и единственным оставшимся утешением. Без сомнений, Джиллиан запомнит этот вечер надолго, потому что… Потому что это случилось. И до чего же по-дурацки всё вышло, когда, не успев оправиться от встречи с Ребеккой, которая, кажется, перевернула всю её жизнь, Джил нарвалась на новые доказательства своих ошибок. А после призналась в этом не только себе, но и другому. Тому, кто наверняка понял.

О, она не сомневалась, Бен в совершенстве освоил её иносказательность и научился распутывать миллионы вложенных смыслов. Так что теперь он, конечно же, знал. А она…

Видит бог, она должна была всё понять, когда, придержав дверь своего кабинета, Рид предложил прогуляться. Всего лишь пройтись. Воспользоваться неожиданно тёплым вечером и выпить кофе, в кои-то веки поговорив не о работе. Только вернувшийся из тура по городкам штата Бен обещал просто беседу, а она не могла даже подумать, что он осмелится на такое! Снова рискнёт и на этот раз так удачно. Проклятье… Джиллиан